Последние дни шахского Ирана. Глазами корреспондента ТАСС - Михаил Иванович Крутихин

— Не исключено упрочение позиций Бахтияра, который способен сплотить вокруг себя те слои общества, которые не желают правления ни шаха, ни духовенства.

— Военные и службы безопасности получают время, чтобы опознать и, возможно, истребить физически активистов движения или — в качестве превентивной меры — проникнуть в их ряды с подрывными и провокационными целями.

— Растет число жалоб населения на перебои в снабжении, на проблемы, которые «множатся, пока аятолла спокойно и без забот сидит во Франции». Реальна возможность постепенного спада забастовочной борьбы.

— К решительным действиям зовут экстремисты в религиозном движении. Группы исламских фанатиков уже располагают оружием и готовы пустить его в ход против солдат шаха.

Все это, утверждают авторы докладов, адресованных Хомейни, заставляет надеяться на скорое возвращение его в роли вождя, спасителя и объединителя всенародной революции.

Все готовятся к встрече человека, ставшего не просто признанным лидером, но знаменем и символом революции. Бастующие сотрудники радио и телевидения призвали коллег выйти на работу, чтобы транслировать репортаж о прибытии аятоллы. Их стачечный комитет наладил контакты со служащими авиакомпаний, рабочими на электростанциях и связистами.

Заработала комиссия по встрече. Начавшаяся утром пресс-конференция Мехди Базаргана дважды прерывалась телефонными звонками в его квартиру из парижского штаба Хомейни. Видимо, идет какая-то лихорадочная закулисная возня. (Только через два года выяснится, что Базарган и его единомышленники противились приезду Хомейни и вели тайные переговоры и с Бахтияром, и с генералами, и с сотрудниками американского посольства.)

Враги Хомейни тоже готовятся. Чтобы продемонстрировать силу монархистов, в гарнизоне Лавизан прошел смотр ударных подразделений шахской гвардии — так называемых «бессмертных». Шах создал отряды под таким названием, подражая отборным войскам древнеперсидских царей.

Полторы тысячи солдат и унтер-офицеров выполняли перед иностранными журналистами различные упражнения: жонглирование винтовками, бег с препятствиями и так далее, и то и дело скандировали «Джавид шах!» («Шах вечен!»). Для них, судя по всему, обожаемый монарх и вправду находился временно на отдыхе, а не бежал с позором от собственного народа. После показательных упражнений на плацу появились бронетранспортеры, зенитки и гаубицы, тяжелые танки. Командир гвардейцев генерал Али Нешат обратился к журналистам:

— Нас учили защищать Его Величество. Когда шахиншах вернется, его верные войска будут служить ему, как и прежде, до последней капли крови.

Зрелище вышло внушительное. Я поневоле вспомнил помпезный «Парад веков», который шах устроил в 1971 году в Персеполе, отмечая 2500-летие монархии в Иране. Тогда и вправду мне казалось, что его правление на редкость крепко.

Бахтияр принимает меры, чтобы воспрепятствовать возвращению Хомейни. По радио объявлено, что аэропорт Мехрабад закрыт на 2 часа 40 минут, «чтобы предотвратить несанкционированные полеты, которые хотели организовать некоторые лица». Немного погодя передали другое сообщение: аэропорт закрыт изза плохой видимости. Погода между тем стоит ясная и безветренная.

На самом деле по приказу Бахтияра часть территории аэропорта попросту взяли штурмом. Ворвавшиеся на летное поле на бронетранспортере гвардейские офицеры устремились к самолету, который наземные службы готовили к перелету во Францию за Хомейни. Практически готовый к рейсу лайнер был быстро выведен из строя, в воротах, ведущих на поле, появилась вооруженная охрана. Армия сделала ход в запутанной иранской игре.

24 января 1979 года

Утром диктор Тегеранского радио зачитал новое официальное сообщение: не работает не только Мехрабад. До особого уведомления закрыты все аэропорты страны. А если верить городским слухам, 26 января Хомейни все-таки должен вернуться из изгнания. Причиной чрезвычайных мер правительство назвало необходимость профилактики оборудования.

Похоже, монархисты в самом деле решили дать — хотя и с большим опозданием — решительный бой противникам. Реакция действует нагло и примитивно. На улицах стало больше патрулей, причем гвардейских, а не состоящих из солдат срочной службы. А правительство призывает сформировать «движение в защиту конституции», разумеется, шахской.

Национальный фронт распространил заявление: «Сейчас в защиту конституции выступают как раз те, кто долгие годы ее попирал». Деятели фронта привычно призвали не поддаваться на провокации и не участвовать в мероприятиях «конституционалистов». С таким же призывом выступили и представители духовенства. А глава военной администрации генерал Мехди Рахими выпустил коммюнике, указав, что намеченные на завтра демонстрации и митинги в поддержку конституции проводятся с ведома и по разрешению руководства страны.

Бахтияр хорохорится. От имени правительства он представил в парламент два законопроекта: о частичном роспуске тайной полиции и об организации в будущем суда над бывшими шахскими министрами. При этом он вновь заявил, что не собирается покидать свое кресло. На самом деле интересным было только одно признание премьера: он сказал, что вступил в переговоры с Хомейни, хотя не добился пока ощутимых результатов.

В Тегеране прошла демонстрация пятидесяти военнослужащих вместе с членами их семей. Они скандировали: «Мы ждем тебя, Хомейни!» Выступившие на стороне народа военные провели митинги в Исфахане и Ширазе. В Бушире после демонстрации арестованы 80 военных летчиков.

Провинция оживилась. Жители отдаленных городов действуют зачастую так, словно уже захватили власть. В Ширазе по инициативе школьников открыли средние учебные заведения. В Семнане ликвидированы все полицейские участки и отделения САВАК. В Керманшахе члены Комитета гражданской безопасности арестовали нескольких лиц по обвинению в убийствах, и расследование поручили комиссии во главе с местным муллой при участии сотрудников прокуратуры и полиции. Работники Дворца молодежи в этом городе сменили вывеску на «Национальная организация молодежных дел» и объявили о солидарности с революцией.

Иранцы, которых много за границей, в большинстве своем присоединяются к восставшему народу. Сегодня обучающиеся во Франции студенты захватили здание иранского посольства в Париже. Ранее такие акции происходили в иранских дипломатических миссиях в других странах. В иранском культурном центре в Каире студенты устроили сидячую демонстрацию. Их лидеры во время выступлений демонстративно рвали портреты шаха, который за два дня до этого перебрался из Египта в Марокко.

25 января 1979 года

Еще три дня тому назад комиссия в составе ста пятидесяти высших офицеров во главе с генералом Рахими разработала план проведения массовой манифестации в защиту шахской конституции. На это мероприятие организована переброска на военных самолетах военнослужащих из провинций. В колонны демонстрантов предполагалось включить вооруженные группы провокаторов.

Организаторов «патриотического» шествия разоблачили авторы листовки, подписанной «армейскими борцами за свободу». В ней говорилось, что член комиссии якобы предложил Рахими организовать убийство Хомейни, однако генерал ответил: «Это преждевременно. Такой шаг будет осуществлен в недалеком будущем».

Газеты оценили численность участников сегодняшнего шествия в 150 000–300 000. Они прибывали с утра группами на оцепленную