За гранью реальности. - Александр Науменко

Волк тоже увидел изменения, которые происходили со мной, и взглянул на меня с интересом, словно понимал что-то важное. Потом он опустился на передние лапы, вытянул голову вверх и завыл так, что весь лес зашумел в ответ на его призыв. Я тоже заметил, что моя реакция находится на инстинктах.

Меня захлестнуло желание выть в ответ на волчий зов. Я дернул головой вверх, чувствуя, как моё горло наполняется воздухом. И я начал выть, изо всех сил, не обращая внимание на сильный ветер, который мгновенно относил звуки далеко в лес.

Волк поднялся на лапы и, наклонив голову в мою сторону, вновь завыл. Мы выли так несколько минут, пока не прекратили почти одновременно. Я ощутил, как мои мышцы стали расслабляться, а тело возвращаться к прежнему состоянию. Хищник повернулся и потрусил вглубь леса.

Я ещё некоторое время стоял на месте, пытаясь осмыслить, что только что произошло. Затем сознание слилось с телом, и я ощутил себя прежним, который стоял, слегка согнувшись, глядя в темноту, туда, где исчез зверь.

Трясущийся от всего пережитого, с разорванным рукавом, я обернулся, вспоминая, что людям в салоне помощь нужна гораздо больше, чем мне.

Я огляделся, но мальца не обнаружил. Возможно он помчался к машине, или где-нибудь спрятался, за что я его не виню.

— Эй! Малой, ты где там?

Ветер унёс во мрак мои слова.

— Слышь, пацан!

Рука тряслась, но я вновь осветил салон, вначале женщину примерно моего возраста, а затем и её ребёнка.

Луч задержался на лице парнишки, и я вдруг ощутил страх, который был гораздо больше, чем от столкновения с волком. Нет, даже не страх, а скорее удивление, некое суеверное благоговение перед неведомыми силами. Теперь понятно, почему я не мог найти пацана. Он лежал на заднем сиденье, окровавленный, с тяжело поднимающейся грудной клеткой. Но как такое возможно, спросите вы. Не знаю я. Но возможно всему виной те давние события, которые произошли в лесу. Иногда я мог видеть то, что другим оказывалось недоступно. К сожалению, работало всё это довольно непонятно, как-то выборочно.

Спотыкаясь, то и дело затравленно оборачиваясь, я поплёлся наверх, выбираясь на дорогу, беря телефон, вызывая скорую помощь, спасателей. Потом принялся ждать, не рискуя извлекать их из салона.

А мои мысли всё ворочались на том отрезке времени, когда я увидел при свете фар стоявшего на обочине мальчишку. И только тут я понял одну странность, которую заметил ещё тогда, но просто не обратил внимания. Малец не оставлял на снегу следов.

* * *

Заканчивая свою историю, могу сказать, что спасатели и доктора приехали быстро, и это несмотря на погоду. Женщину и пацана удалось спасти. К их огромному счастью, повреждения оказались не особо тяжёлыми. Несколько переломов, ушибы, ссадины, сотрясение мозга. Согласитесь, всё могло быть гораздо хуже. Они перевернулись, и оба остались живы. Я проезжал в этот момент, и увидел пацана. Позвоночники целые, а жизненно важные органы не задеты. А итогом всему… Моё знакомство с ними.

Да, с того времени прошло уже семь лет, и мы до сих пор живём вместе. Теперь по вечерам меня встречает не только кошка Шельма, но и семья… Моя семья, которую я обрёл в тот заснеженный вечер за городом, на пустой дороге.

— Ты что-нибудь помнишь о том вечере? — поинтересовался я у теперь уже юноши в один из дней.

Он задумался, а потом медленно кивнул, словно был не уверен в этом.

— После того, как мы перевернулись, — начал он. — Я видел маму. Она была в крови, без сознания. Мне хотелось ей помочь, но я не мог пошевелиться из-за сильной боли в рёбрах. Дышать стало невыносимо. Не знаю. Потом, наверное, я отключился. А когда вновь пришёл в себя, то все-таки вскочил. И удивительно, боли больше не ощущал.

— И всё?

Он пожал плечами.

— Я обернулся лишь раз. И увидел странные лица, разукрашенные, будто шаманские. Рядом со мной находился громадный белый волк, и я ухватил его за хвост. Он повёл меня прочь, выше и сказал, чтобы я ждал человека, который вскоре появится здесь и поможет. Затем зверь исчез, растворившись в воздухе.

Он тряхнул головой, словно избавляясь от каких-то воспоминаний.

— Последнее, что я помню. Или же мне это приснилось, не знаю. Короче, мама уходила от меня, а я кричал, пытаясь вернуть её обратно. Я умолял, плача, говоря, что обязательно помогу ей. И она вернулась ко мне, взяв за руку. А после я увидел вас и врачей, когда те прибыли… Не знаю… Всё смешалось в голове. Много обрывков, воспоминаний. Где реальность, а где фантазии, трудно понять.

— Белый волк, — проговорил я задумчиво, повторяя давнишние слова деда Матвея. — Если ты его услышал и повстречал, значит, ты — избранник…