Музей апокалипсиса. Что Помпеи рассказывают об истории человечества - Габриэль Цухтригель

увы, есть и зарубежные, прежде всего американские, музеи. Для археологии настоящая ценность настенных росписей и статуй заключается не в их рыночной стоимости, а в том объеме новых сведений, что они нам дают. Однако, чтобы полностью использовать эти новые сведения, необходимо знать контекст находки. Контекст же разрушается при расхищении гробниц, чаще всего безвозвратно. Монета, например, украденная из гробницы, могла бы рассказать археологам ее историю: когда она была создана, какой социальный статус имел похороненный в ней человек, что говорят погребальные дары о древних представлениях о жизни после смерти. Даже если монета, побывав на черном рынке, вернется в руки ученых, она, скорее всего, уже не сможет ответить на все эти вопросы.

То же самое относится и к Дорифору из Стабий. Будучи копией греческого оригинала, он рассказывает не только о мастерстве Поликлета, но и о том, как римляне воспринимали это многовековое наследие. Чтобы понять это, важно было бы знать, где статуя находилась. Стояла ли она на вилле, в храме или на общественной площади? А если она была установлена на вилле, то где именно? Была ли она частью общей программы декора, включавшей другие скульптуры, с которыми она как бы вступала в диалог? Эти вопросы, вероятно, останутся без ответа. Тем не менее важно, чтобы Дорифор вернулся в Стабии. Виллы Стабий со своим скульптурным декором, которые, в отличие от Помпей, вскоре после катастрофы возродились, являются частью их истории, не меньше чем сам Поликлет и греческая классика.

Не для слабонервных

В Чивита Джулиана государство нарушило план торговцев древностями, вмешавшись в ход незаконных раскопок. Однако ущерб был уже значителен: специалисты Министерства культуры Италии оценили его почти в 2 млн евро. Эта сумма складывается из урона, нанесенного неквалифицированными раскопками, разрушением древней архитектуры и предметов интерьера, а также вывозом настенных росписей и археологических находок.

Но самая большая загадка еще не разгадана. В телефонных разговорах, прослушивание которых привело к раскрытию незаконных раскопок в Чивита Джулиана, упоминается biga — двухколесная повозка. Значит, должна быть еще одна колесница! Великолепная повозка, найденная в 2021 г., не может быть ею, потому что, во-первых, она четырехколесная, а во-вторых, грабители ее не видели — они прорыли свой туннель в 3 см от нее.

Летним днем 2021 г. мы спускаемся в освежающую прохладу древней виллы, расположенной на 6 м ниже уровня узкой дороги, зажатой между полями и домами. Рядом с частью двора, где была найдена роскошная повозка, обнаружены три небольшие неоштукатуренные комнаты. Недалеко от них — конюшня, в которой были останки двух лошадей. Мы, очевидно, находимся в хозяйственной части виллы. Жилые помещения владельцев виллы расположены на другой стороне дороги.

Некоторые комнаты были найдены еще в 1907–1908 гг. во время частных раскопок, подобных тем, что велись на начальном этапе открытия виллы Мистерий. Другие помещения изучались с 2017 г., в результате чего были обнаружены останки двух жертв извержения Везувия, с которых были сделаны слепки: пожилой, хорошо одетый мужчина и молодой человек в простой одежде, возможно его раб.

Остальная часть виллы в значительной степени находится под дорогой и соседними зданиями. Скрывается ли там вторая колесница, о которой говорилось в телефонных разговорах грабителей? В этот летний день 2021 г. мы пытаемся приблизиться к ответу на этот вопрос с помощью пожарных.

Грабители опередили нас потому, что совершенно не заботились о правилах техники безопасности. Они вели раскопки не сверху вниз, как это делали мы, а с помощью сети подземных туннелей, которые начинались в подвале их дома прямо над виллой и оттуда простирались под соседними участками и дорогой. Туннели пробивают древние стены, чтобы попасть из одного помещения в другое; они обычно следуют вдоль стен, где могут быть росписи, которые затем безжалостно изымают.

Когда я смотрю в темный туннель, ведущий от раскопок в сторону дороги, меня пробирает легкая дрожь. Туннели настолько узкие, что передвигаться по ним можно только на четвереньках. Там, где они приближаются к хрупким слоям лапилли, существует серьезная опасность обрушения, особенно под дорогой, по которой движутся автомобили и грузовики. Чтобы стать грабителем, нужны крепкие нервы.

Поэтому совсем нелегко получить представление о разветвленной сети ходов, которую «черные археологи» создавали годами, рискуя жизнью. Пожарные и карабинеры помогают нам шаг за шагом продвигаться в этом подземном мире, составлять карту и проводить измерения. Сегодня мы ничего нового не обнаружили.

Тем не менее этот летний день останется у меня в памяти. Чтобы добраться до входа в туннель, нам пришлось пройти через еще не полностью раскопанное помещение, выходившее во двор, как раз там, где стояла роскошная колесница, и из которого узкий проход вел в систему туннелей. Оставалось раскопать около метра твердого пеплового грунта. Мы пошли по этому проходу без особых ожиданий, так как раскопки двух невзрачных соседних помещений не дали практически никаких результатов.

Комната рабов

Как же мы ошибались! Этот метр пеплового грунта в комнате площадью всего 16 кв. м оказался самой потрясающей находкой из всех, в работе над какими мне доводилось участвовать за всю мою археологическую карьеру. И я говорю это как человек, которому посчастливилось присутствовать при обнаружении еще одного греческого храма в Пестуме — пусть небольшого, но сохранившегося полностью, от фундамента до фронтона. Это было в 2019 г., во время реставрационных работ на городской стене Пестума. Тоже незабываемая находка, заслуживающая отдельной небольшой книги.

Но здесь было иначе. Именно потому, что это был не храм, гробница или дворец. Даже не приличный дом. Никаких следов настенных украшений или архитектурных орнаментов. Шестнадцать квадратных метров обыденной нищеты. Но также и стремление противостоять ей; попытка создать, несмотря на тесноту и убогость, хотя бы минимальный уровень уединения и уюта. Самый низ социальной лестницы. Три походные кровати, крошечное окно, ночной горшок под кроватью.

Особые условия сохранности в Помпеях, подарившие нам и слепки жертв извержения вулкана, позволили здесь восстановить практически всю обстановку из дерева и ткани — с помощью той же техники, которая используется для создания слепков фигур людей и животных, погребенных под слоем пепла. Полости в породе заливаются гипсом, чтобы восстановить форму разложившихся органических материалов (дерева, кожи, ткани и т. д.).

Итак, они стояли перед нами, каждая у стены: две кровати длиной 1,7 м и одна всего 1,4 м, очевидно предназначенная для ребенка. Название «кровать» — некоторое преувеличение. Это античный аналог походных раскладных коек. В четыре угловых столба вставляются горизонтальные перекладины круглого сечения, все это можно разобрать и собрать за пять минут. Когда ребенок подрастал, просто меняли продольные перекладины, а