Беги, Настёна… - Саша Тат

более обидных слов, не лезло. Никакой объективной причины съезжать от Андрея он не видел, кроме той, что теперь Насте ничего не мешает видеться с Владом, который конечно же будет строить из себя ее верного телохранителя, ведь вокруг столько чужаков…

Руслан заметался по тесной комнате, которая в этот момент стала совсем уж невыносимой. В голову закралась мысль, что может быть Елизар и обошелся чудовищно со своей женой, но зато он никогда бы не позволил другому оборотню даже смотреть в ее сторону. И уж точно отец не позволил бы запереть себя в клетке. Не потерпел бы унизительного ареста – давно выдрал эту проклятую решетку и наказал тех, кто встал ему поперек горла.

А он, Руслан, терпит. Старается держать себя в руках и быть послушным. Ради чего? Ради стаи, которая никогда не считала его своим до конца? Ради своей пары, которая нужна ему гораздо больше, чем он нужен ей?

– Плохие мысли, плохие… – пробормотал он вслух, пытаясь еще как-то сохранить благоразумие.

Но каждый раз ему давалось это все трудней и трудней.

Глава 18

Настя снова взяла в руки телефон, чтобы в очередной раз убедиться, что здесь он бесполезен. Связи в лесу не было. За учебу она не волновалась, на фоне студентов, не появляющихся в Университете месяцами, ее не такое уж и долгое отсутствие вряд ли катастрофично. Училась она хорошо, и надеялась, что заработала определенный кредит доверия, чтобы под конец года немного прогулять без последствий.

Другое дело – мама с папой. Вообще-то сотовой связи не было и у них, но есть стационарный телефон в местной школе, в администрации и на почте, и родители обычно звонили ей хотя бы раз в неделю. Но прошло уже почти две! Наверняка они пытались с ней связаться. Сколько у них займет времени путь от волнения до паники? У мамы прихватит сердце, а папа помчится в город, и в Университете ему скажут, что их дочь не появляется на занятиях…

Даже думать не хотелось, как на это отреагируют родители. Нужно как-то связаться с ними! Настя решила, что поговорит об этом с Андреем при первой же возможности. Видела она его не очень часто – он постоянно пропадал в лесу. Влад тоже периодически исчезал там же, потому что все оборотни посменно патрулировали территорию вокруг, обеспечивая безопасность. Но в остальное время он почти постоянно находился в зоне видимости. Его лесные дежурства сменялись дежурством под Настиными окнами, хотя границы дозволенного он не пересекал: не заходил в дом, не приближался к ней, когда она сама выходила на улицу, но следовал везде безмолвной тенью.

Вызывало это двоякие чувства. С одной стороны ее сердце разрывалось от жалости, но с другой – в его присутствии все же было не так страшно, да и, как бы это ни эгоистично звучало, в глубине души все равно приятно, когда кто-то о тебе заботится. Тем более, что отношения с Русланом окончательно зашли в тупик, и Настя не представляла, как теперь из него выйти. Она снова приходила к нему, но слов друг для друга никто из них так и не нашел. Посидели в молчании, глядя в разные стороны, и разошлись. Точнее, Настя ушла, а Руслан остался в четырех стенах один – холодный и чужой.

Трудно было сказать, что хуже: открыто ссориться или в тишине наблюдать за тем, как пропасть между ними разрастается, становится глубже, и уже почти невозможно протянуть руки и сохранить истончившуюся связь. Настя еще пыталась убедить себя, что у всех бывают тяжелые моменты, что нужно просто переждать, перетерпеть, ведь это все еще ее Руслан – тот, кто привносил в ее жизнь столько уюта. Но он и до этого не любил делиться своими мыслями, а сейчас и вовсе замкнулся в себе и отгородился ото всех стеной. И Насте эта преграда казалась непреодолимой.

А Влад, тем временем, все ходил за ней, глядел так задумчиво и вопрошающе, и ждал. Его мать, как и обещала, переехала в дом Руслана, полностью забрав на себя все хозяйственные хлопоты. Настя даже начала чувствовать себя так, будто живет со своей гиперзаботливой мамой.

– Позвонить, наверное, не получится. Сама понимаешь, сейчас нельзя выходить в лес, а здесь связи нет… – покачала головой Алина. – Но ты не бойся, Андрей что-нибудь придумает, чтобы твои родители не волновались. Оладушек хочешь?

Настя хотела оладушек. Настя вообще хотела все, что готовила Алина, потому что это было невероятно вкусно, и стало понятно, откуда у ее сына способности к кулинарии. В общем-то и его легкий, веселый характер тоже достался ему от матери. В голову сама собой постоянно лезла ужасная, предательская мысль, как им втроем могло бы быть хорошо вместе, стань они одной семьей.

Попробовать оладушек Настя не успела. Едва она втянула носом сумасшедший запах выпечки, от которого рот моментально наполнился слюной, как с улицы донесся шум. Они с Алиной синхронно посмотрели в окно.

– Пойдем, узнаем?

Осторожно выглянув на улицу, они увидели, как все отчего-то повысыпали из своих домов. Из общего гвалта трудно было что-либо разобрать, но судя по всему, ажиотаж вызвало досрочное возвращение из леса тех, кто патрулировал территорию. Несколько волков бежали возле внедорожника, за рулем которого сидел Андрей. А вот кто находился на заднем сиденье видно не было из-за затемненных окон. Машина проехала до самого конца улицы и скрылась за домом лидера.

– Что случилось, вы не знаете? Почему они вернулись?

– Понятия не имею. Кажется… поймали кого-то.

– И убили!

– Где? Кого? Не из наших, надеюсь?!

– Вроде нет…

Поднялась суматоха. Следом за Андреем приехала еще одна машина, а две, наоборот уехали в лес. Кажется кто-то был ранен. Все бегали, суетились, но мало кто что понимал. Те, кому заняться было нечем, но кто хотел подробностей, потянулись к дому Андрея. Настя с Алиной тоже направились туда, гонимые любопытством. Видя приближающуюся толпу, Елена вышла на крыльцо, замахав руками.

– Все в порядке! Без паники! Удалось ликвидировать целую группу сторонников Елизара. Я пока мало что знаю, но из наших серьезно никто не пострадал! Расходитесь, пожалуйста! Скоро все станет известно.

Но расходиться никто не хотел. Все загалдели еще громче, забрасывая Елену вопросами.

– Где их поймали? Сколько их было?

– Среди них был Елизар?

– Почему Андрей ничего не говорит?

– А привезли кого? Кого-то живым взяли?

– Лена, когда будет сбор?..

Перекричать этот шум у нее не получалось, и ей оставалось только махать