Очень приятно, Царь! Компот - Евгений Бергер

Славик же двигалась плавно и уверенно. Проверила все свои инструменты, затем выложила на стол несколько тарелок со специями.

— Она выглядит так, будто уже победила… — пробормотала Зиночка.

— Она всегда так выглядит. — пожав плечами, отозвался я.

— О! Смотри… Арбитры идут!

По центральному проходу под аплодисменты шли те, от кого зависела судьба сегодняшнего поединка.

В общем-то, знакомые все лица. Первой семенила Галина Котова. Рядом с ней, прямая как струна, шагала Алисия Жагно — моя любимая девушка-сова.

За ними — Мишель Акулова, наша миниатюрная экстра с идеально-бледной кожей и длинными бирюзовыми волосами. Издалека она напоминала фарфоровую куклу с прекрасным лицом, на котором практически никогда ничего не отражалось.

За ней тенью следовал Майлз Кимов — как всегда высокий и в своём фирменном тёмном костюме. Вечно серьёзный и холодный, он говорил редко, однако каждое его слово было отточено, словно лезвие.

И, наконец, замыкал шествие наш ректор. Вот это уже интересно…

— Разве Симонов может судить? — тихо поинтересовался я.

— Естественно! — кивнула Зиночка: — Он судит все важные дуэли. А так же… активно принимает участие в развитии отборочных туров и экзаменов.

— О как…

Виктор Симонов вышел на арену, и гул трибун сам собой стих. Он спокойно обвёл взглядом зал. И мне показалось, что этот взгляд остановился на каждом из нас по отдельности.

— Друзья! — произнёс Симонов, и голос его прокатился под куполом: — Сегодня на «Арене Звёзд» состоится первая дуэль второго этапа отборочного тура! Встречаются не просто двое наших первокурсников. Это в первую очередь потенциальные звёзды мира высокой кухни! У обоих за спиной достойные победы и приличное количество достижений. Я хочу, чтобы поединок был честным!

Зал взорвался аплодисментами.

— Спасибо, Господин Симонов! — отозвался Энтони, переключая всё внимание на себя: — Правила просты! Два часа. Два блюда. И один обязательный ингредиент, который сегодня должен стать сердцем творений наших дорогих участников: — он выдержал театральную паузу: — Чёрный перец!

По трибунам прокатился задумчивый шёпот.

— Это не так просто, как кажется… — добавил ведущий: — Перец есть в любой кухне. Его добавляют везде и всегда. А значит, никого им не удивишь. Задача не в том, чтобы использовать перец. Задача — сделать так, чтобы именно он зазвучал. Чтобы блюдо было о перце!

Опустив взгляд, я вновь увидел Коляна. Он стоял, закрыв глаза. Его пальцы больше не дёргались. Суета и нервозность прошли. Колян включил режим профессионала! И это меня очень обрадовало.

— Время пошло! — рявкнул Энтони, и над ареной ударил гонг.

Славик начала первой. Вот это плавность и отточенность! Ни одного лишнего жеста. Ни одного суетливого взамаха руки. Я смотрел на неё, и меня охватывал восторг. Она напоминала пианистку, которая не просто играла на музыкальном инструменте. Она делала всё красиво и легко!

— Филе миньон… — прочитала Зиночка на табло: — С перечным соусом и бататом фри. Но это же классика!

— Всё верно. — кивнул я.

— Как она собирается удивлять арбитров таким простейшим блюдом?

— Вот и посмотрим.

Пока Колян разжигал тандыр, Мирослава достала из холодильника кусок вырезки. Такой тёмно-красный! С тонкими прожилками жира, будто прочерченными тонкой кистью. Она положила его на разделочную доску и на секунду замерла. Потом взяла нож, и одним движением отсекла ровный толстый медальон. За ним второй, третий, четвёртый и пятый. Срезы были такими гладкими, будто Славик резала не мясо, а масло!

Славик обвязала каждый медальон кулинарной нитью по кругу. Так делают профессионалы, чтобы мясо держало форму. А затем она затянула узлы с такой аккуратностью, что я невольно вспомнил, как сам полчаса воевал с этой нитью пару лет назад. Получилось ли у меня? Хех… В итоге я завязал, что-то похожее на морской узел.

— Смотри, что она делает с перцем! — прошептала Зиночка.

Славик взяла мельницу и начала перчить мясо. Но, как-то странно… Совершенно непривычно для меня.

Она отсчитывала обороты… Ровное количество на каждую сторону медальона. Никакого «на глаз». Только математика! Только точность. Перец ложился на мясо равномерным слоем. Тёмными точками на алом фоне… И в этом было, что-то почти хирургическое.

Славик раскалила тяжёлую чугунную сковороду. Я увидел, как над ней задрожало марево… Мирослава ждала, пока металл наберёт нужный жар. В этот момент её лицо оставалось неподвижным. Когда пришло время, она плавным движением плеснула масла. Оно тут же пошло слегка бурлящей рябью.

Как только Славик опустила медальоны, я услышал звук…

Даже сквозь гул трибун до меня долетело это жадное, яростное шипение, с которым мясо встретилось с раскалённым металлом. Над станцией поднялся первый дымок, и по арене поплыл аромат карамелизующегося мяса, тёмной корочки и моей любимой реакции Майяра.

— Она греет перец, чтобы ещё лучше раскрыть его. — мрачно отозвалась Зиночка.

— Факт. — согласился я.

Славик не переворачивала мясо суетливо, как это обычно делали суетологи на кухне. Она дала ему схватиться! Образовать плотную золотисто-коричневую корочку, и только потом, точным движением щипцов, повернула медальоны. А затем бросила на сковороду большой кусок сливочного масла, добавила пару зубчиков раздавленного чеснока и веточку тимьяна. Масло вспенилось, зашкворчало и начало медленно таять.

Это было красиво!

Славик наклонила сковороду к себе, собрала ложкой пенящееся ароматное масло и стала поливать им мясо сверху. Снова и снова.

— Арросаж! — с восторгом произнёс я: — Она создаёт идеальную корочку с минимальным серым кольцом!

— Блин, ты за кого болеешь⁈ — возмутилась Зиночка: — Вот я, как знала, что тогда на балконе ты сваливал от… — миниатюрная бухгалтерша резко замолчала и покраснела: — Ладно. Забудь…

— Тем не менее, Колян мой друг. И я болею за него. Но я не отменяю факт того, что Теньшина красиво готовит.

— Ага! Значит я была права! — Зиночка покраснела ещё больше: — Впрочем, это не моё дело. Просто на будущее… старайся не светить своим спиннингом на весь отель!

— Как неловко. Я думал, что ты уже забыла.

— Такое забудешь… — миниатюрная блондиночка вжалась в кресло и смущённо отвернулась от меня. Хм-м… Я думал, что она уже это пережила. Видимо, надо будет подарить ей ещё одну большую шоколадку.

Тем временем Славик поливала медальоны раз за разом, и каждая ложка масла обволакивала мясо, впитывала аромат чеснока и тимьяна, после чего отдавала обратно. Золотые струйки стекали по тёмной корочке, и в свете софитов это выглядело словно в кино!

— Ты посмотри. Неужели не красота? — тихо произнёс я.

Зиночка ничего не ответила. Она уже успела отойти от смущения и теперь с лёгкой тревогой наблюдала за тем, что происходит на арене.

Славик сняла медальоны