Свет неугасимый - Людмила Юрьевна Ефремова

После дождя в саду стало сыровато. Это почувствовал даже Лохматый. Услышав голос Мамрика, он бросил лопату и припёрся на веранду как был: весь в грязи, в поту и прекрасном расположении духа.

– А что у нас есть поесть? – обратился он к Мамрику.

– Ноги помой, – совершенно не в тему ответил Мамрик. – Ну что, нашёл?

– He-а, но, кажется, где-то близко, – радостно ответил Лохматый, тайком обтирая под столом ноги о белую пушистую Совесть и не чувствуя при этом никаких угрызений.

Лохматый не просто так рыл землю – он искал клад, который почему-то называл Смыслом жизни. Что он при этом имел в виду, друзья точно не понимали, да и сам Лохматый вряд ли знал, что это, но что клад существует и называется именно так – это он знал точно. Когда-то давным-давно он вычитал в одной мудрой книге, что жить надо для того, чтобы найти Смысл жизни. С тех пор Лохматый больше ничем не занимался, кроме этих поисков. Сначала он искал Смысл жизни поблизости, потом стал ездить по разным местам, встречаться с разными людьми. Попадались такие, которые говорили, что они нашли Смысл жизни, но у каждого он был свой. «Не отнимать же!» – благородно думал Лохматый и продолжал искать самостоятельно.

Когда он впервые попал в эти места, то почувствовал, что Смысл где-то близко. Он поселился в заброшенном доме, достроил и отремонтировал его, а потом стал рыть землю в саду. Почву, которая накапливалась от этого рытья, Лохматый просеивал через сито, чтобы случайно не упустить находку: неизвестно ведь, какой он, этот Смысл, большой или маленький. Оставшуюся от просеивания землю он отвозил на тачке под деревья, разравнивал и продолжал рыть в новом месте, а из отсеиваемых камней разного размера строил забор, мостил дорожки или просто складывал их в кучи – до лучших времён. Постепенно округа приобретала всё более и более ухоженный вид, земляные террасы протянулись с востока на запад, так что стали пригодными для земледелия, чем немедленно и занялся Мамрик, который приехал с берегов Великой реки навестить старинного друга.

Местность, в которой поселился Лохматый, располагалась между Нижним и Верхним горными плато, за что и получила название Срединного мира. На Нижнем плато обитали люди. Они привычно разводили виноградники, делали из винограда вино, пили его и видели в этом смысл жизни. Лохматый попробовал так жить, но скоро понял, что это не его случай, и ушёл от людей дальше в горы искать свой Смысл.

Верхнее плато сплошь было в дырах, из которых длинные и труднопроходимые пути вели в большие и малые пещеры. В пещерах водились спелеологи и аван-туристы. Иногда на Верхнем плато появлялись существа из Тонкого мира. Увидеть их удавалось редко, а пообщаться – ещё реже. Лохматый рассказывал, что несколько раз в прогулках по каменистым склонам видел тени и слышал невнятную речь. Так и не поняв, что происходит на Верхнем плато и какую пользу из него можно извлечь, Лохматый спустился немного вниз и попал в Срединный мир, где и застрял.

В прежние времена Срединный мир был пространством дикой природы. Людям хватало места на Нижнем плато, да и возделывать виноград там было удобней: и земля богаче, и воды больше, и к дорогам ближе. Впервые Срединный мир привлёк к себе внимание, когда повсеместно начали строить коттеджные посёлки. Вот и здесь, недалеко от старых садов, куда приезжали люди из больших городов, было решено поставить несколько частных домиков. Как водилось в те времена, с желающих собрали деньги, организовали кооператив, но посреди строительства деньги кончились, кооператив распался, правление испарилось, а недостроенные дома остались стоять, застряв между былью и небылью. Постепенно сюда стали стягиваться разные странные люди. Они достраивали оставленные строения и оставались в них жить, приспосабливаясь к непритязательным условиям быта. К этим чудакам подтягивались другие, видимо, в силу поговорки «чудак чудака видит издалека». Так и создалось это удивительное сообщество – без конкретного адреса и образа жизни.

Дракон приблудился к Лохматому, когда, витая в облаках, сбился с Пути. С тех пор он тоже занимался поисками, но, в отличие от Лохматого, точно знал, что искать надо не клад, а дорогу, которую и называл Истинным Путём или короче – Истиной. В этих поисках он иногда навещал Ветрогона, который жил за Большой горой, где они вели многочасовые беседы, рассматривая карты и намечая возможные маршруты. И только Мамрик ничего не искал. Он был уверен, что всё, что надо, придёт в свой черёд, и только один раз обмолвился, что ему надоело стоять в очереди за просветлением, из чего следовало, что у Мамрика всё-таки была своя мечта, но он твёрдо решил, что гоняться за ней не надо, а надо просто жить, привечать гостей и делать своё дело.

«Нет, не было счастья в жизни, и нет его», – грустно думал Дракон. Счастье шло своей дорогой, Дракон – другой, дождь – третьей. «Стоп! – остановил себя Дракон. – Не нравится мне этот пессимизм. Дождь – тот пусть идёт самостоятельно, а вот со счастьем пора бы и встретиться». Стоило ему об этом подумать, как из-за ближайшего поворота выскочило Счастье. Весело напевая и слегка подпрыгивая, оно помахало Дракону розовой ладошкой. На нём было такое же, в цвет ладошек, розовое платье, розовые банты колыхались в тугих косичках.

– Тьфу, – рассерженно отвернулся Дракон. – Какое же это счастье?!

Счастье проскакало мимо, и Дракон опять остался один. Ну совсем один-одинёшенек.

Тут в разговор включился Мамрик.

– Какое же это счастье?! – грустно повторил он Драконью мысль. – Вот санаторий – это счастье.

– Нет, Мамрик, ты своего счастья не видишь, а оно вот (как всегда, радостно проговорил Лохматый, сделав движение рукой по направлению к центру своей Души. Душа приветственно закивала головой: дескать, Лохматый, безусловно, прав, и никакого другого счастья, кроме неё, то есть Души, присутствия в этом мире, не существует.

– Глупости! – настаивал Мамрик. – Счастье – это санаторий!

– Да чем тебе здесь-то плохо? – удивился Лохматый. – На работу ходить не надо, природа – просто сказка, свежий воздух, опять же.

– Нет! Нет! Нет! – чуть не в истерике сопротивлялся Мамрик. – Хочу лежать на кровати и ничего не делать, и чтобы кормили три раза в сутки, а вечером кефир, и чтоб на дорогу встать и идти, идти куда глаза глядят!

Услышав такие речи, Дракон решил вернуться на веранду и