Шипы у Розы Красавина - Виолетта Роман

Руки сами потянулись к дверному замку. Щелчок и лишь когда дверь под тяжестью его спины распахнулась, я поняла, что переступила эту грань, и больше не было пути назад.

Он сидел на крыльце. В широко распахнутых усталых глазах читалось беспокойство и тревога.

— Ты издеваешься, да?

— Немножко, - честно признался Гоша, быстро поднимаясь с пола. – А что мне делать? Ты плачешь – мне плохо. Значит надо, чтобы ты улыбнулась, - его пальцы потянулись к моему лицу, и когда ладонь коснулась моей скулы, я прижалась к ней, прикрыв глаза. Слезы сами потекли из глаз, и я знала, что пугаю его, но ничего не могла с собой поделать.

— Иди сюда, - он притянул меня к себе, и, растворившись в его объятиях, я позволила себе плыть по течению и довериться судьбе.

Мы стояли так долго, что у меня затекли ноги. Гоша словно боялся, что я в любой момент выгоню его и закроюсь снова. И возможно, мне было суждено испытать на себе его нежность в последний раз, но я была преисполнена твердого решения рассказать ему все «от» и «до».

— Гош, - проговорила глухим голосом, уткнувшись лицом ему в грудь.

Красавин оставил легкий поцелуй на моих волосах и прижал меня еще крепче.

— Да...

— Мне нужно рассказать тебе правду.

Тогда он позволил мне немного отстраниться. На губах парня застыла грустная улыбка.

— Правду о том, что это не дом твоего дедушки, и тебя зовут не Роза?

Моему удивлению не было предела, и на мгновение в груди засияла надежда на то, что Гоша все знает, и несмотря ни на что выбрал меня. Но все это пустые надежды.

— Ты знаешь?

— Ну я не дурак, и сложил два и два с самого начала.

— Но почему ты молчал? Почему не спрашивал... Я ведь так много скрывала!

В его глазах не было привычной насмешки – только тепло, тревога и еще что-то такое, отчего мое сердце пропало, а потом забилось где-то в горле.

— Потому что у девушки с таким добрым сердцем как у тебя, Роза, просто не может быть грязных тайн. Потому что я никогда бы не смог полюбить девушку с плохими мыслями и поступками.

Я не верила своим ушам. Губы распахнулись и вытянулись в удивленное «о», заставив его усмехнуться. И не дав мне возможности передумать, он обхватил ладонями лицо и притянув, коснулся моих губ своими в легком, невесомом поцелуе.

— Но... как ты можешь любить меня, если не знаешь правды...

Чувственные губы изогнула улыбка, а серые глаза сейчас были наполнены целым океаном нежности, в который мне хотелось окунуться с головой.

— Вот сейчас и узнаю. Только сначала мы пойдем ко мне и поедим. Я жуть как голоден, - и словно желая привлечь его внимание, мой желудок жалобно заурчал.

Мы рассмеялись.

— И ты тоже.

Глава 13

Глава 13

Глава 13

Я пахла мужским гелем для душа. А еще у него не оказалось фена, поэтому, как я не пыталась вытереть полотенцем волосы, они все еще были достаточно влажными, чтобы оставлять на моей спине мокрые дорожки. И его футболка была невероятно огромной, она спадала с плеча, и мне приходилось постоянно поправлять ее. И вино, которое он всучил мне, стоило мне выйти из ванной, было крепким. А когда я забралась с ногами на диван, Красавин поставил на стол блюдо с кусочками жареного мяса, от которого исходил такой божественный аромат, что мой желудок свело в голодном спазме!

— Ну куда ты пошел? Все принес ведь уже!

— Я забыл соус! – раздался его голос из кухни, я надула губы и вздохнула расстроено.

— Красавин, это такая пытка?! Тут все так вкусно пахнет, а я голодная! А ты все никак не усядешься за стол! Я скоро твою футболку начну жевать! – возмутилась я, поправляя в очередной раз сползший с плеча ворот и почувствовала как его горячие пальцы, проходясь легкими касаниями по коже, опускают злосчастный ворот обратно.

— Не обманывай! Не съешь ты футболку. Ты ее нюхаешь каждый раз, когда думаешь, будто я не вижу, - ухмыльнулся наглец и устроился рядом со мной на диване.

Наполнив наши блюда едой, он старательно нарезал стейк и протянул мне наколотый на вилку кусочек.

— С доставкой прямо в рот моей куртизанке.

И его «куртизанка» так раздражает, что я обиженно поджимаю губы. Красавин терпеливо ждет, держа вилку на вису, но спустя полминуты все же смягчает интонацию на уговаривающую.

— Роз, я несколько раз обжег пальцы, пока готовил тебе ужин. Не разбивай мне сердце...

И что-то в его серых глазах заставляет меня помимо воли распахнуть губы и позволить себе простить ненавистную «куртизанку». Аккуратно, словно кормя птенца, он кладет кусочек мяса мне на язык. И тогда я неспешно жую, впитывая каждую унцию наслаждения от невероятно вкусной еды, приготовленный лучшим мужчиной на свете.

— М-м-м, Гош... А чего ты раньше молчал? Я и не знала, что ты так вкусно готовишь!

Он улыбнулся, но когда его взгляд вдруг опустился на мои губы, улыбка спала с его лица, а в глазах зажегся уже знакомый мне огонь, от которого мурашки побежали по коже.

Он придвинулся, смахнул с моих губ крошки.

— А целуюсь я намного лучше, чем готовлю, - проговорил хрипло, и в этот момент мое сердце загрохотало о ребра.

Я отстранилась. Мысли хаотичным роем забегали в голове, и я выпалила все напрямую.

— Гош, я в розыске, и прячусь здесь от полиции.

— Надеюсь не за то, что убила красивого ухажера? – вздернул бровью, проводя кончиками пальцев по моим скулам. От услышанного он совершенно не поменялся, да и взгляд серых глаз был все таким же нежным.

— Нет, - рассмеялась я.

— Тогда фигня. Справимся, - махнув рукой, он подвинул ко мне блюдо. – Ешь давай, все разговоры потом.

* * *

Мы сидели на мягком ковре. Моя голова покоилась на его коленях, по телевизору шел какой-то фильм, а я не могла отвести взгляда от своих пальцев в его ладони.

Гоша не давил, не расспрашивал не о чем, но мы должны были вернуться к этой теме. Я выключила звук на телевизоре, и прочистив горло, принялась за свой рассказ.

— У меня было свое дело. Еще во