Служба отлова нечисти - Леон Монтан

Рейз удовлетворённо улыбнулась. Наживка заглочена.

Через пару минут к её балкону подошёл дрожащий распорядитель.

— Мадам, — он низко поклонился, стараясь не смотреть на её хлыст. — Его светлость, граф Орлок, восхищён вашим бойцом. Он приглашает вас в свой личный кабинет… для обсуждения приватной сделки.

— Передайте графу, что я принимаю его приглашение, — Рейз свернула хлыст. — Но мой Зверь идёт со мной. Я не оставляю свою собственность без присмотра.

Распорядитель сглотнул, но кивнул.

Когда Дариана, всё ещё тяжело дышащего после боя, привели на балкон, Рейз сделала то, что окончательно разрушило остатки самообладания лорда-командующего.

Она подошла вплотную, схватила его за шипастый ошейник, притянула его лицо вниз и страстно, глубоко поцеловала его прямо на глазах у распорядителя и охраны.

Это был поцелуй-награда. Поцелуй владелицы, довольной своим питомцем.

Дариан ответил на поцелуй с животной яростью, едва сдерживаясь, чтобы не прижать её к каменным перилам прямо здесь.

Когда Рейз отстранилась, её губы были влажными, а глаза сияли.

— Хороший мальчик, — прошептала она. — А теперь пойдём, выбьем из этого кровососа всё дерьмо.

Глава 16 Темные дела

Глава 16 Темные дела

Кабинет графа Орлока разительно отличался от грязной, провонявшей кровью и потом арены. Здесь царил полумрак, густо приправленный ароматом роз и старой пыли. Стены были задрапированы тяжёлым бархатом цвета свернувшейся крови. Вдоль стен тянулись стеллажи со старинными фолиантами, а в центре комнаты располагался массивный дубовый стол, больше напоминающий алтарь.

Граф Орлок, древний вампир, сидел в резном кресле, закинув ногу на ногу. Вблизи его аристократическая бледность казалась болезненной, кожа обтягивала череп, как пергамент, а в пронзительно-красных глазах плескалась скука существа, прожившего слишком долго.

Когда тяжёлые дубовые двери распахнулись, впуская Рейз, вампир слегка оживился.

Рейз вошла в кабинет уверенно, как хищница на свою территорию. Кожаный корсет тихо скрипел при каждом шаге, а шпильки высоких сапог впечатывались в толстый ковёр. Дариан, отыгрывающий роль покорного, но смертоносного Зверя, шагнул следом.

Охранники вампира — двое бледных, накачанных упырей в строгих костюмах — тут же преградили лорду путь, скрестив алебарды.

— Оставьте свою игрушку здесь, мадам, — голос Орлока был мягким, шелестящим, как сухие листья на ветру. — Нам предстоит приватная, деловая беседа. Зверю не место за столом переговоров.

Дариан глухо зарычал из-под стальной маски. Цепи на его запястьях звякнули. Его внутренний волк вздыбил шерсть: инстинкты кричали, что этого бледнолицего кровососа нужно немедленно обезглавить. Оставлять свою женщину наедине с ним было невыносимо.

Рейз обернулась. Она встретилась взглядом с полыхающими золотом глазами Дариана и едва заметно кивнула. Это был приказ: «Жди».

— Сидеть, Зверь, — бросила она холодным тоном, небрежно щёлкнув хлыстом по ноге Дариана.

Удар не причинил вреда, но для волчьей гордости это было равносильно команде. Дариан скрипнул зубами, но послушно замер у дверей, скрестив могучие руки на груди. Упыри-охранники напряжённо следили за каждым его вздохом.

Рейз прошла к столу графа и грациозно опустилась в предложенное кресло.

— Итак, граф. Вы хотели обсудить сделку, — Рейз закинула ногу на ногу, демонстрируя вампиру идеальную линию бедра в обтягивающих кожаных брюках.

Орлок подался вперёд, его красные глаза скользнули по её фигуре.

— Признаться, я восхищён, — прошелестел он. — Ваш Зверь… он великолепен. Я давно не видел такой чистой, первобытной ярости. Он разорвал Костолома, моего лучшего чемпиона, как тряпичную куклу. Я готов купить его. Назовите цену, мадам. Золото, артефакты, влияние?

— Зверь не продаётся, — Рейз хладнокровно откинулась на спинку кресла. — Он — моя личная собственность. Но я готова сдавать его в аренду для ваших боёв. За очень… специфическую плату.

Вампир тонко улыбнулся, обнажив острые клыки.

— Специфическую? Вы меня интригуете. Что же может желать столь властная, искушённая женщина, как вы?

— Меня интересует логистика, граф, — Рейз понизила голос. — Я знаю, что «Кровавая яма» — это не просто арена. Это полигон. Вы тестируете здесь некие… препараты. Алхимические стимуляторы. Меня интересует выход на вашего поставщика.

Улыбка сползла с лица вампира. Красные глаза сузились. В воздухе запахло озоном — верный признак того, что нежить напряглась.

— Вы лезете не в своё дело, мадам, — прошипел Орлок. — Это очень опасный бизнес. Мои партнёры не любят чужаков.

— А я не люблю, когда от меня скрывают возможности заработать, — парировала Рейз, играя кончиком хлыста. — Я хочу долю в бизнесе. Я предоставлю вам Зверя для испытаний самых мощных стимуляторов, а взамен вы введёте меня в круг.

Орлок молчал несколько секунд, буравя её взглядом.

Внезапно атмосфера в кабинете изменилась. Воздух стал плотным, вязким, как тёплый мёд. Рейз почувствовала, как по позвоночнику пробежала странная, сладкая дрожь — словно кто-то провёл бархатной ладонью по её обнажённой спине.

Вампир применил ментальную магию.

— Послушай меня, дитя, — голос Орлока зазвучал прямо в её голове — мягкий, обволакивающий, как шёлковая простыня. — Ты устала. Ты так долго держишь эту хрупкую стену, но она тебе больше не нужна. Здесь, со мной, ты можешь быть слабой.

Рейз хотела усмехнуться. Хотела отмахнуться от этой ерунды, как отмахивалась от нытья баньши. Но что-то было не так.

Голос Орлока лился в её сознание, как тёплое вино в бокал, — незаметно, сладко, неотвратимо. Она почувствовала, как её веки тяжелеют, как мышцы расслабляются без её приказа. Пальцы, сжимавшие хлыст, начали разжиматься сами по себе.

— Вот так, — мурлыкал вампир. — Расслабься. Ты в безопасности. Никто не требует от тебя силы. Никто не ждёт, что ты будешь держать удар. Ты можешь просто… позволить себе утонуть.

Перед внутренним взором Рейз поплыли образы. Сначала — просто тёплый, золотистый туман. Потом — ощущения. Нежные, чужие прикосновения к её плечам, к шее, к бедру. Чужие губы на её коже. Голос Орлока вплетался в это, обещая то, чего она никогда не позволяла себе: отдых, капитуляцию, право не быть железной.

— Ты ведь так устала быть сильной, — шептал он. — Вечно настороже. Вечно первая. А я предлагаю тебе нечто большее, чем власть. Я предлагаю тебе забвение…

Рейз почувствовала, как внутри неё что-то отзывается — глухой, первобытный стон. Её дыхание сбилось, щёки начали гореть. Корсет вдруг стал невыносимо тесным, кожа — слишком горячей.

Она прикусила губу. На секунду — всего на секунду — ей захотелось сказать «да».