Паутина магии 5. Убийца архимагов - Дмитрий Геннадьевич Мазуров

— слабую, но упорядоченную. Они не являлись магами, но были обучены работать в тени, и это делало их полезными. За ними, чуть поодаль, двигались ещё двое — прикрывали тыл, как и положено профессионалам. Но мой взгляд сразу выхватил того, кто шёл впереди. Его походка, его осанка, я узнал бы их среди тысячи.

— Ренар? — удивлённо выдохнул Шей, и в его голосе послышалось недоверие.

— Он самый, — ответил я, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. Я не ожидал, что Седой отправит именно его, но это было лучшим решением, которое старик мог принять.

Мы спустились. Ренар подошёл ближе и остановился в нескольких шагах от меня, снимая капюшон. Его лицо, обрамлённое короткими рыжими волосами, было спокойным, но в глазах я видел то же веселье, что и обычно. Он был одет в простую, но качественную одежду — тёмный кожаный доспех, удобные сапоги и плащ, который почти не шелестел при движении. На поясе висел короткий меч и крепились несколько метательных ножей.

— Паук, — не стал он произносить моё настоящее имя при посторонних и протянул руку для рукопожатия. — Седой сказал, что у тебя проблемы. Сказал, что мне стоит самому прийти и помочь. А то я уж подумал, что ты решил умереть, не попрощавшись.

— Как видишь, я жив, — ответил я, пожимая его руку. Его пальцы были сухими и жёсткими, но рукопожатие было крепким, уверенным. — Хотя ты прав — проблем выше крыши.

— Седой дал мне полный доступ к его людям. Мы будем работать вместе. Но сначала я хочу знать, что здесь происходит. И я хочу знать это от тебя, — Ренар кивнул, и его лицо стало серьёзным.

Я переглянулся с Шеем, и тот кивнул, давая понять, что займётся остальными подчинёнными Седого. Мы же с Ренаром прошли в небольшую комнату, которую использовали как временный штаб. Стены были голыми, в углу стояла старая кровать, покрытая слоем пыли, и единственный стол, на котором лежала карта города. Я зажёг магический светильник, и мягкий серебристый свет озарил комнату, делая тени длинными и призрачными.

— Рассказывай, — сказал Ренар, садясь на единственный стул и жестом показывая мне сесть напротив. — Слышал, что твой особняк сгорел.

— Есть такое, — я сел, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. — Кто-то объявил войну Гильдии. Сначала нападения на наших людей, затем поджог склада, потом — особняка. Мы потеряли многое. Но мы выжили. И мы уже начали отвечать.

— Я слышал про «Чёрного сокола», — Ренар усмехнулся, и в его усмешке послышалось одобрение. — Это было красиво. Особняк сгорел дотла, а вместе с ним — и их глава. Ты работаешь быстро. Я рад, что ты не потерял хватку.

— Это была необходимость, — ответил я, встречая его взгляд. — Они перешли черту и должны были заплатить. И они заплатили.

— Но это не конец, — Ренар наклонился вперёд, и его голос стал тише, почти доверительным. — Ты ведь знаешь, что за ними кто-то стоял. Седой говорил мне. Ты ищешь того, кто стоит за всем этим. И ты хочешь, чтобы мы помогли тебе найти его.

— Да, — кивнул я. — Мы нашли несколько нитей, которые ведут к одному человеку. Он носит белую маску, говорит с южным акцентом. Он знает о нас слишком много и не оставляет следов.

Ренар задумался, его пальцы нервно постукивали по столу. Он смотрел в одну точку, перебирая в уме все возможные варианты, как он это делал всегда, когда сталкивался с трудной задачей.

— Это будет непросто, — сказал он наконец, и в его голосе послышалась сталь. — Но мы сделаем это. Седой дал мне полную свободу действий. Я привёл с собой лучших людей, которые у нас есть. Роланд и его группа будут работать на совесть. Они знают город как свои пять пальцев. Они найдут его, даже если он спрячется под землёй.

— Я знаю, — ответил я, чувствуя, как внутри разгорается благодарность. — Спасибо, Ренар. Я знал, что на тебя можно положиться.

Ренар усмехнулся, и в его усмешке я почувствовал что-то, чего раньше не замечал — усталость. Он был тем же человеком, что и раньше, но в нём появилась какая-то тяжесть, которая говорила о том, что его жизнь в тени Седого не была лёгкой прогулкой.

— Как ты живёшь там? — спросил я, чувствуя, что вопрос вырвался сам собой. — У Седого. Я знаю, что ты уже фактически стал его правой рукой. Но я хочу знать, как тебе это даётся.

Ренар задумался на мгновение, его глаза стали серьёзными. Он откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок, будто собираясь с мыслями.

— Это… сложно, — сказал он наконец, и в его голосе послышалась редкостная искренность. — Седой — не просто старый авторитет. Он — умнейший человек из всех, кого я встречал. Он видит людей насквозь. Знает, когда ты врёшь, когда ты боишься, когда ты думаешь о предательстве. С ним невозможно играть. Ты либо принимаешь его правила, либо уходишь. И если уходишь — ты труп.

— И ты остался, — заметил я, и в моём голосе не было вопроса — только констатация.

— Я остался, — Ренар кивнул. — И я не жалею. Он дал мне то, чего я не мог найти нигде. Он дал мне цель. Он научил меня видеть игру на несколько шагов вперёд. Он показал мне, как управлять людьми, как влиять на них, не используя магию. И я стал лучше. Я стал тем, кем всегда хотел быть.

— Это хорошо, — я улыбнулся, чувствуя, как гордость разливается внутри. — Я рад, что мой выбор был правильным. Когда я порекомендовал тебя Седому, то знал, что ты справишься.

— Он называет меня своим преемником, — Ренар усмехнулся, и в его усмешке послышалась гордость. — Говорит, что я смогу сделать то, что не удалось ему — подмять под себя весь город, а не только его часть. Это… многое значит.

— Ты справишься, — сказал я, встречая его взгляд. — Я знаю тебя. Ты всегда добиваешься того, что хочешь.

Ренар кивнул, и я увидел, как его лицо становится серьёзным.

— Но сейчас мы должны думать о другом, — сказал он, возвращая разговор в деловое русло. — Мы должны найти твоего врага. Седой сказал, что у нас есть карт-бланш. Мы можем использовать его людей, его ресурсы, его информацию. Но мы должны действовать быстро. Чем дольше мы тянем, тем сильнее становится враг.

— Я знаю, — ответил я,