Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

Раскалённый воздух ответил сухим потрескиванием. Одной фразой Мин отказал аристократу в праве разыгрывать благородного спасителя, назвал его хозяином отравителей и свёл погибших на арене бойцов к положению чужих собак. Сам начертатель говорил холодно, без фанатичного пыла, словно перед ним стоял обычный интриган, и это задевало сильнее всего.

Камень под сапогами Шао Хэна стремительно чернел и плавился. Унижение распаляло гнев, способный разнести центральную площадь, однако гордость велела аристократу держать маску превосходства. Лишь кожа под правым глазом предательски задергалась.

Шао Хэн силой втянул рвавшуюся наружу ци и заговорил пробирающим шёпотом.

— Сохрани эту гордую шею до первого этапа, Лу Мин. Мне очень любопытно, на ком она всё-таки согнётся.

С верхних этажей Зала Знамён на площадь обрушилось чудовищное давление, оборвав столкновение.

Пространство пронзила тяжелая аура. Она сразу подавила огонь Шао Хэна и поднявшуюся ци начертателя. На балкон вышел старейшина Ситу, Высший судья Секты Багряного Неба. Длинные полы красно-белой мантии взметнулись у него за спиной.

— Обвинения отозваны! — провозгласил судья тоном, который не допускал возражений. Его глаза были так темны, что Мин не различил в них зрачков. — Регистрация участника подтверждена. Любое применение боевых техник на ступенях Зала приравнивается к прямой атаке на устои Турнира и карается смертью. Это касается обеих сторон! Разойтись!

Стражники, уже готовые ринуться на ступени, остановились. Шао Хэн напоследок смерил Мина пугающим взглядом и медленно затерялся среди отступавших зрителей. На земле за ним ещё тлели чёрные следы. Начертатель молча развернулся и пошёл следом за Му Каем прочь с площади. Спор за право на жизнь предстояло продолжить уже на арене.

Когда они остались одни, Му Кай схватился за голову и тяжело простонал.

— Брат Мин, ты окончательно сошёл с ума? Это же сам Шао Хэн! Он одним выбросом ци заставил отступить всю площадь. Я никогда не чувствовал настолько могучего Ядра.

Мин мельком посмотрел на оставшиеся позади чёрные следы.

— А я не увидел в нём ничего невероятного, кроме гнили. Она проела этого человека насквозь.

* * *

К сумеркам весь Чиянь жил турниром. Служители Зала вывесили первые списки, напротив каждого имени был указан Котёл. Арены издавна получили это прозвище за форму глубоких чаш. Туда разом бросали десятки фракций, а дальше каждый выживал как мог. Скоро чаши примут первых участников и первых жертв.

В другом постоялом дворе Су Лин укрылась от лишних глаз в гостевой комнате. Стоя у окна, она читала копию, которую принёс слуга. Имя Секты Звонкой Струны значилось в Восьмом Котле. Рядом было название Дома Семи Дорог. Туда же распорядители вписали и несколько других объединений. Например бойцов Долины Тысячи Зверей — безумцев, сражавшихся бок о бок с демоническими монстрами, и еще представителей двух теневых фракций, известных первобытной жестокостью. И запретными техниками.

Голубые глаза девушки потемнели. Су Лин сразу поняла, что произошло. Шао Хэн узнал о визите дерзкого начертателя к её отцу. Слепым жребием здесь и не пахло, ведь распределение стало наглядным предупреждением лично для неё. В такой компании слабым участникам почти не оставляли шанса пережить отбор. Аристократ обещал наказать наследницу даже за лёгкий флирт и общение с его врагами, поэтому загнал Секту Звонкой Струны в самую жестокую мясорубку отборочного этапа.

* * *

Ночью, когда город уснул, Му Кай тайком вернулся во двор Дома Семи Дорог. На стол перед Мином лёг тугой свиток, пахнувший сыростью. Ради него торговец расстался с изрядной долей фамильного золота и пустил в ход всё своё купеческое умение, чтобы подкупить продажного писаря из архива распределителей.

— Это черновик первоначального плана турнира, — глухо сказал Му Кай, разворачивая помятый пергамент.

Палец торговца прошёлся по столбцам имён, сверяя их со свежим официальным свитком.

— Смотри на перестановки. Цао Лэй готовил Восьмой Котел заранее. Он целенаправленно перетягивал всех сильных практиков, подконтрольных людям Шао Хэна, отправляя их в безопасные группы. Взамен сюда сгоняли самых отбитых убийц со всего континента. Они собирали чистую мясорубку.

Му Кай обвёл имена своей фракции и секты Су Лин.

— Нас и Звонкую Струну вбросили в этот капкан уже после нашего столкновения на площади. Шао Хэн просто использовал готовый резервуар для казни своих личных врагов.

Мин склонился над свитком и изучил длинный список бойцов, оставшихся в Восьмом Котле. Он не знал Сект и Домов континента, поэтому не мог ничего сказать, но чутьё шептало ему, что всё не так просто.

— Посмотри на остальных, что ты можешь сказать об этих фракциях?

— Они сильны, но независимы. Почти никто не подчиняется Секте Багряного Неба, если ты об этом.

Глаза Мина сузились, и в общей картине проступили новые детали. Восьмой Котел начали готовить заранее, ещё до их появления, и создали далеко не ради одного уличного выскочки. У мясорубки имелась первоначальная цель, по-прежнему неизвестная им. Кто-то затевал широкую зачистку по непонятным правилам, а кровь, пролитая в Котле, должна была послужить замыслу гораздо крупнее местной мести.

* * *

На следующее утро огромный Чиянь проснулся задолго до рассвета. Гигантские барабаны, обтянутые шкурами тысячелетних зверей, ударили над городом. Густой грохот покатился по каменным улицам, отразился от дворцовых стен и заставил кровь быстрее бежать по жилам в предвкушении грядущей бойни. Город отвечал каждому удару долгим каменным эхом. Начиналась Битва за Небесные Врата.

Лу Мин, Му Кай и остатки его людей покинули постоялый двор и влились в бесконечную людскую реку, текущую к сердцу города. Чем ближе они подходили к арене, тем чаще Мин невольно замедлял шаг. В Срединных Землях за каждым поворотом открывались новые башни и площади. На их фоне все тесные тренировочные площадки Обители Серого Пика уместились бы в одном внутреннем дворе.

Когда за крышами поднялась Арена Девяти Огней, Мин всё-таки остановился. Древние зодчие превратили целую скалу в место для кровавых состязаний. В центре лежала круглая площадка. Девять огромных боевых чаш, которые называли Котлами, расходились от неё лучами. Каждый Котёл опоясывали массивные бронзовые желоба. Багровый свет скользил по чёрному камню будущих арен.

Сотни каменных ярусов круто поднимались над Котлами и уже были забиты зрителями. Рядом сидели практики и бродячие наёмники, между ними теснились купцы, а за лучшие места ругались авантюристы со всего континента. Общий гул стоял над ареной, не стихая ни на миг. Истинные хозяева наблюдали за толпой сверху, с кораблей влиятельных домов.

Огромные суда держались в небе без крыльев