Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

армия» мы понимаем армию, которая размещалась в пределах каждого из четырех крупных регионов империи: 1) Галлия — Британия — Испания; 2) Италия — северная Африка; 3) балкано-дунайские провинции и 4) Малая Азия — Ближний Восток.

Войсковые подразделения (а именно — алы, когорты, легионы и вексилляции), располагавшиеся в пределах каждого из регионов, образовывали четыре региональные армии, каждая из региональных армий в различные периоды, в зависимости от соображений тактики и стратегии, делилась на две войсковые группировки, одна из группировок — пограничная, представленная пограничными стационарными гарнизонами, которые всегда и неизменно дислоцировались на строго определенной территории, были закреплены за каким-либо одним участком границы и не перемещались в другие регионы, вторая группировка — походная (подвижная, мобильная, экспедиционная), которая свободно перемещалась с одного участка границы на другой или даже с одного фронта на другой. Т. о., каждая региональная армия состояла из войсковых подразделений различного ранга, представляла собой совокупность данных подразделений.

Задачи исследования. 1) Определить механизм формирования вексилляций — важнейшего структурного элемента экспедиционных войсковых групп, ответить на вопрос, как создавались вексилляции, какие факторы влияли на процесс создания этих подразделений, как вексилляции участвовали в тех или иных военных кампаниях и какую роль играли в развитии позднеримской военной организации 253–353 гг. 2) Установить формы участия в военных кампаниях, а также этапы территориальных перемещений применительно к другим видам войсковых подразделений, т. е. применительно к алам, когортам и легионам, уточнить набор и характер полномочий командного состава этих подразделений. 3) Проследить эволюцию позднеримских экспедиционных армий, действовавших в указанный период, а именно — выявить факторы и контекст образования этих армий, уточнить длительность их существования, определить причины их расформирования или, наоборот, дальнейшего функционирования в качестве обособленной и самостоятельной войсковой группировки. 4) Определить хотя бы примерную численность той или иной региональной армии или той или иной экспедиционной войсковой группировки в рамках региональной армии.

Хронологические рамки исследования.

Мы выбрали 253 г. в качестве нижней хронологической границы нашей работы в связи с тем, что именно с этого года, когда на престол взошли императоры-соправители Валериан и Галлиен, в позднеримской армии начинаются масштабные и необратимые преобразования, полностью изменившие облик армии и всей военной организации империи.

В этом смысле нижняя хронологическая граница нашего исследования (253 г.) примерно совпадает с начальной датой периодизации поздней Античности как особого этапа в истории европейской цивилизации — в 2001 г. авторы-составители коллективной монографии «Интерпретируя позднюю Античность. Исследования по постклассическому миру» (главным образом П. Браун, особенно если говорить о введении к монографии) предложили идею о долгой поздней Античности, которая начинается в 250 г. и завершается в 800 г., т. е. по сути, в их трактовке поздняя Античность занимает период длиной почти в 600 лет, продолжается целых шесть столетий[8].

Мы позволим себе воздержаться от оценок научного потенциала и перспектив данной теории, но, рассматривая именно проблему хронологических рамок поздней Античности, отметим, что позиция, предложенная издателями монографии 2001 г., нашла активную поддержку и среди других исследователей, особенно тех, которые публикуются в специализированном англоязычном журнале Journal of Late Antiquity — это самый «молодой» журнал, посвященный истории поздней Античности, в основном, конечно же, греко-латинской. Первый номер журнала вышел в свет в 2008 г., авторы программных и заглавных статей номера, А. Марконе и Э. Джеймс, в целом разделяют позицию П. Брауна и принимают тезис о том, что поздняя Античность продолжалась с 250 по 800 гг., при этом в их трактовке данное понятие включало в себя широкий географический ареал — не только Римскую империю (Западную и Восточную, т. е. Византию), но и Сасанидский Иран, на смену которому впоследствии пришел Арабский халифат. Естественно, по мнению А. Марконе и Э. Джеймса, в понятие «поздняя Античность» следует включить и раннесредневековые варварские королевства, образовавшиеся на территории исчезнувшей Западной Римской империи[9].

Конечно же, для нас принципиально важна нижняя хронологическая граница поздней Античности (а значит, и позднеримской истории как части позднеантичного периода), предложенная П. Брауном и сторонниками его теории — 250 г., эта периодизация составляет важный тренд современной историографии, который необходимо учитывать при определении хронологических границ любого исследования, затрагивающего позднеантичный период. В соответствии с критериями, предложенными П. Брауном, мы можем заключить, что наша трактовка второй половины III в., начиная с 253 г., как части поздней Античности, а значит — и позднеримской истории, выглядит вполне оправданной и аргументированной, наша периодизация находится в русле тех тенденций, которые прослеживаются в современной историографии.

Соответственно, на наш взгляд, именно в период Галлиена (сначала его совместного правления с Валерианом, 253–260 гг., а затем и единоличного правления, продолжавшегося с 260 по 268 гг.) в Римской империи была создана первая в ее военной истории отдельная, независимая, обособленная и самостоятельная экспедиционная (мобильная, походная) армия, свободно перемещавшаяся на любой участок военных действий вместе со своим императором.

Предварительно отметим, что в исследовательской литературе нет единых позиций о хронологических рамках военной реформы Галлиена — Л. Де Блуа датирует создание экспедиционного войскового корпуса 254–258 гг., П.Д. Бриттон выделяет более общий период 254–260 гг., полагая, что к 260 г. мобильная армия Галлиена была полностью сформирована, оба автора связывают это мероприятие с теми военными кампаниями, которые Галлиен проводил на рейнской границе против аламаннов как раз во второй половине 250-х гг[10].

В целом, источники (прежде всего, данные нумизматики) показывают, что военную реформу Галлиена действительно следует датировать второй половиной 250-х гг. Тем не менее, мы выбираем в качестве условной нижней хронологической границы нашего исследования именно 253 г., год восшествия на престол Валериана и Галлиена, поскольку, как нам кажется, с формальных позиций эту дату следует признать точкой отсчета, рубежным, поворотным пунктом, с которого начинаются военные реформы Галлиена, а значит, и новый период истории римской армии.

В качестве верхней хронологической границы мы выбрали 353 г., в этом выборе мы исходили из состояния дошедшего до нас текста «Деяний» Аммиана Марцеллина, главного источника по позднеримской истории в IV в. Дошедшие до нас книги Аммиана Марцеллина содержат сведения по периоду 353–378 гг., тогда как книги, повествующие о событиях до 353 г., к сожалению, не сохранились до наших дней. Следовательно, исследователи по определению лучше знают и намного больше изучают позднеримскую военную историю начиная с 353 г., тогда как события и процессы, развернувшиеся в период до 353 г., изучены намного хуже, спорадически, сам этот период в понимании исследователей представляется разрозненным, разбитым на отдельные сюжеты, лишенным какой-либо целостной, связующей картины повествования.

Каждый исследователь, занимающийся первой половиной IV в., по сути, изучает какой-то один отдельный аспект этой эпохи (например, Б. Блекманн и В. Портманн — гражданские войны между сыновьями Константина I Великого и проблемы политической истории, Д. Вудс и