Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров

- Так и знал, что ты струсишь, — скривил брезгливую мину Аристид. — Можешь не идти, мы с Этьеном и без тебя обойдёмся.

- Ты сейчас договоришься у меня!

Ренард сжал кулаки и дёрнулся к де Лотроку, но его придержал Этьен, мягко положив руку на плечо.

- Решено, — подытожил он разговор, убедившись, что де Креньян успокоился. — Идём сегодня же ночью.

Аристид торжествующе фыркнул, Ренард же лишь равнодушно пожал плечами. Затея ему не особенно нравилась, но и отговаривать товарищей он не стал — какое-никакое, а развлечение.

План вылазки составил Аристид. Простой и понятный. По его разумению нужно было выждать, пока дежурный сержант не заснёт, потихоньку улизнуть из казармы, а там уже, куда кривая выведет — так далеко де Лотрок не заглядывал. Ожидаемо, задумка посыпалась на первом же этапе. Сержант не заснул. А когда отроки все втроём попробовали отпроситься в отхожий сарай, сославшись на заболевшие животы, тот пошёл с ними. Поэтому не получилось.

Но отроки не унывали и в ближайший день обязательных работ напросились в кузню.

***

- Мы уголь принесли, куда складывать?

С этим глупым вопросом Аристид первым просунулся в приоткрытую дверь мастерской. С глупым — потому что новобранцы всё уже давно знали. Но юным авантюристам нужно было понять, есть кто внутри или нет, а ничего лучшего де Лотрок не придумал. Он переспросил ещё раз и когда снова никто не ответил, бросил полные вёдра прямо у порога, махнул рукой товарищам, а сам полез шарить по полкам.

Он-то первым и нашёл, правда, сразу не понял, что именно.

- Благочестивые отцы к святочному маскараду, что ли, готовятся? — громко спросил Аристид, загремев чем-то в дальнем углу, — смотрите, какая штука.

С этими словами он водрузил себе на голову странную конструкцию.

Основанием служило стальное кольцо из двух разъёмных пластин. Они соединялись подвижной петлёй, похожей на дверную, только поменьше, и замыкались на замок. Тоже небольшой. Перпендикулярно, полукольцом, была напаяна ещё одна полоса. С дыркой, которая сейчас располагалась на затылке Аристида, и конусообразной, изогнутой трубкой с обрезанным кончиком, которую он почему-то принял за нос.

Де Лотрок пропустил прядь волос в отверстие и повернулся к товарищам профилем, чтобы тем было лучше видно.

- Я сказочный лю-каркуль — заявил он и замахал руками, изображая драконьи крылья.

- Ты сказочный долбоклюй, — отреагировал на его клоунаду Ренард и добавил, брезгливо поморщившись: — Вон, у тебя даже клюв есть. Сними это сейчас же, дурень. Это не для головы.

- Ты мне просто завидуешь, де Креньян, потому что сам ничего интересного не нашёл, — пренебрежительно фыркнул де Лотрок, продолжая валять дурака.

- Боюсь, он прав, Аристид, — поддержал товарища Этьен. — Это не маска.

- А что тогда? — удивился де Лотрок, между делом поправив конструкцию у себя на плечах так, чтобы трубка поглубже залезла на нос.

- Эм-м-м… — замялся тактичный Этьен, подбирая правильные слова. — Вот этот, как выразился Ренард, клюв, он не для носа. Туда причиндалы засовывают. А вот это отверстие сзади, оно для выхода испражнений. У тебя на голове, Аристид, мужской вариант пояса верности. У нас в Пределах такими обычно насильников и распутников наказывают, только те приспособления ещё и с шипами… Так что лучше сними.

Увидев, как исказилось лицо де Лотрока, Ренард не утерпел и захохотал в голос. А тот, содрогнувшись в отвращении, сорвал с себя «карнавальную маску», швырнул её в стену и принялся лихорадочно отряхивать волосы.

- Надеюсь, отец Нихаэль успел этой штуковиной воспользоваться по назначению, — выпустил очередную шпильку Ренард, смахивая с уголков глаз слёзы, — когда примерял.

- Ты грубое животное, де Креньян, — не остался в долгу де Лотрок. — Только попробуй кому-нибудь разболтать!

- Не переживай, Аристид, мы никому не расскажем, — попытался успокоить приятеля Этьен, — Ведь, правда же, Ренард, не расскажем?

Тот согласно кивнул, но судя по его довольной улыбке, твёрдо на это рассчитывать было нельзя. Этьен уже хотел взять с де Креньяна клятвенное обещание, но отвлёкся — под ногами задрожал пол, инструменты на верстаке задребезжали, во дворе послышался грохот копыт.

Приятели, позабыв про недавний казус, выскочили на улицу.

В глазах тут же зарябило от мельтешения ног, переливов могучих мышц под лоснящейся шкурой, и развевающихся на ветру грив и хвостов — то погонщики загнали табун вороных в главные ворота замка.

У всех троих промелькнула догадка, настолько смелая, что от предвкушения перехватило дыхание. И они, не сговариваясь, поспешили за скакунами.

***

По дороге нагнали Леджера.

- Это для нас? — Ренард мимоходом тронул сержанта за плечо.

- Для вас, для вас, — добродушно усмехнулся в усы Леджер. — Не спеши, торопыга, сейчас все соберутся, старший наставник сам и расскажет. Тогда и узнаешь.

Тем временем погонщики делали свою работу: загнали жеребцов в конюшни, расставили по стойлам, после чего вышли и встали за спиной у Дидье. Тот, в свою очередь, дождался, пока последний новобранец из «воинов» не встанет в строй, поднял руку, а когда все притихли, загремел торжественным голосом:

- Щенки, сегодня у вас особый день! Сегодня каждый из вас получит спутника, с которым разделит все тяготы и невзгоды дальнейшей службы! Это, — он показал на ворота, — больше, чем просто конь! Это — верный товарищ, могучий соратник и преданный друг! Он поможет вам сокрушить врага, вынесет с поля брани, а то и спасёт от неминуемой гибели…

Такое выражение на лице старшего наставника Ренард видел лишь единожды — в день, когда он перечислял прелести кровавой сечи. Оказывается, есть ещё вещи, которые могут затронуть его очерствевшую душу…

За размышлениями Ренард не услышал, как его окликнули.

- Храмовник, леший тебя задери, о чём размечтался?! — рявкнул Дидье, похоже, уже во второй раз.

- Простите, старший наставник, — выскочил из строя де Креньян и вытянулся в струну. — О скакунах размечтался, уж больно хороши!

Его выходка вызвала усмешку не только у сержантов с погонщиками, но даже Дидье довольно колыхнул бородой.

- Тогда чего ждёшь? — прогудел он. — Иди выбирай.

Второго приглашения де Креньяну не потребовалось. Юноша сорвался с места, словно за ним нечистые гнались, скрылся в конюшне, но тут же вернулся, подбежал к Пухлому и требовательно протянул руку:

- Дай. Я знаю, у тебя есть. За