Ренард. Цепной пёс инквизиции - Дмитрий Шатров

— благодушно улыбнулся отец Нихаэль. — Опасности я не предвижу, надзор усилен отцом Амораем и братом Безье — Псом не из последнего ряда — а особое распоряжение выдам я, как старший по должности инквизитор.

- Но мой командир — Дидье!

- Пустое. Здесь моя сфера ответственности, а ваше дело — надзирать и присматривать, — отмахнулся, словно от назойливой мухи, клирик и смерил сержанта надменным взглядом. — Или вы хотите оспорить волю Святой Инквизиции?

Леджер хотел, но не мог. Отец Нихаэль хоть и подозревался недавно в непристойных поступках, но был полностью оправдан. И в сане его не понизили, а значит, формально он в своём праве. Так что сержанту пришлось уступить, хоть и с большой неохотой. Напоследок Леджер взглядом попросил помощи у Безье, но тот лишь пожал плечами — мол, извини, дружище, у меня тоже приказ.

- Вот и ладно, — самодовольно улыбнулся отец Нихаэль и сделал знак отрокам. — Пойдёмте, дети мои, я проведу для вас крайне познавательную экскурсию. У нас здесь, знаете ли, очень неплохой виварий собран, интересные экземпляры попадаются.

Друид бросил на него странный взгляд, но отец Аморай подтолкнул его к выходу, вышел сам и вскоре загремел ключами на лестничной площадке. К нему присоединился отец Нихаэль, следом — воины, начали по одному подтягиваться новобранцы. Ренард покинул учебный зал последним. Возможно, поэтому он сразу заметил, как напряглась спина Аморая, как Безье буквально прилип к плечу Эрейнира, как рука сержанта непроизвольно стиснула эфес меча из небесной стали.

Потеплевший амулет толкнул Ренарда в грудь.

К чему бы? Может он зря всё это затеял? Но отступать уже поздно.

Щёлкнул замок, пронзительно заскрипели мощные петли, тяжёлая дверь медленно распахнулась внутрь. Та самая, третья, от которой постоянно несло густой псиной. Створка ещё только приоткрылась, как дохнуло опасностью. Да такой, что оберег ожёг кожу раскалённым железом, по спине де Креньяна пробежали мурашки, а отроки из первого ряда ломанулись в последний.

- Не стесняйтесь, дети мои, — сделал приглашающий жест отец Нихаэль, как ни в чём ни бывало. — Проходите, проходите.

На его предложение не откликнулись даже смелые.

Друид смерил новобранцев презрительным взглядом, плюнул себе под ноги и первым скрылся в тёмном проёме. И это подействовало, сродни отрезвляющей пощёчине. По крайней мере, Ренард встряхнулся, сбросил с себя оторопь нерешительности и начал протискиваться вперёд.

Глава 13

Ренард задержал дыхание, словно собрался нырнуть в холодную воду, приготовился дать отпор кому бы то ни было, шагнул за порог жуткой двери… И ему стало стыдно за недавнюю нерешительность. Вопреки ожиданиям ничего страшного не случилось. Никто не напал, не ударил, не спрятался за углом. Да тут и прятаться негде особо — длинный прямой коридор без поворотов.

Тем не менее чувство опасности никуда не пропало, амулет всё так же обжигал кожу, а псиной несло, как не больше. И где-то здесь сидел источник этого запаха, судя по интенсивности, размером с телёнка. Ренард сделал ещё несколько шагов и невольно остановился, настороженно осматривая незнакомое место.

Неровный пол с едва заметным уклоном, на низких сводах следы от кирки, стены влажные с порослью плесени. По правую руку — редкая цепочка огней, по левую —ряд крепких решёток. Факела горели не все, но света хватало, чтобы рассмотреть массивные замки на каждом засове.

- Узилище? — мысленно предположил де Креньян, с опаской заглядывая в первую камеру.

Никого. Только прелая солома кисла на полу неровным слоем, а со стены уныло свисали ржавые цепи с раскрытыми браслетами кандалов. В дальнем углу — деревянное ведро, чёрное от времени и частого использования. Ренард хоть уже и принюхался к зловонию нечищеной псарни, но различил характерные нотки стоялой мочи.

- Узилище, — утвердился он в своём мнении. Этот запах сложно с чем-либо перепутать.

- Тут для вас ничего интересного нет, дети мои. Это казематы для еретиков и схизматиков, где мы с отцом Амораем наставляем их на путь истинной веры…

Прозвучавший прямо над ухом голос преподобного Нихаэля заставил Ренарда вздрогнуть и обернуться.

Клирик благочинно проплыл мимо, нет-нет да и позвякивая хитрым поясом под рясой. Заметно осмелевшие отроки шли следом, но всё ещё держались плотной толпой — плечо товарища добавляло уверенности. Аристид важным гусем вышагивал в первом ряду. Он то ли устыдился своего недавнего страха, то ли позавидовал храбрости Ренарда, и теперь выставлял бесшабашную удаль напоказ.

- Не трусь, де Креньян, — насмешливо бросил он, проходя мимо. — Если что, прячься за моей спиной.

Ренард лишь усмехнулся в ответ и подумал: «Трусить, это не про меня, а с тобой, индюк, я потом разберусь, здесь место немного неподходящее».

- К слову, вот один из еретиков, можете полюбоваться, — отец Нихаэль остановился у пятой или шестой по счёту решётки, в его голосе прорезалось самодовольство. — Моими стараниями этот тёмный друид искренне раскаялся и встал на путь исправления.

«Встал? Да он висит-то с трудом», — подумал Ренард, всматриваясь в заключённого. — «Вейлир, нет? Поди, разберись, они все одинаковые».

Разобраться и в самом деле было непросто. Измождённый старик не упал на пол, лишь потому, что его крепко держали кандалы, переброшенной через блок, толстой цепи. Друид обессиленно свесил голову на грудь и даже не стонал. Спутанные пепельные патлы полностью закрыли его лицо, слившись с такой же грязной и седой бородой.

«Нет, точно не Вейлир. Тот бы боролся до последнего».

В памяти всплыл образ заклятого врага, его глаза, полные тёмной силы, слова, которыми он обрёк сестёр на муки… Ренард заскрежетал зубами от ненависти и врезал кулаком по решётке.

Он их всех готов убивать. Всех тёмных. Не разбирая…

Остальные вздрогнули от протяжного гула, отец Нихаэль посмотрел на него с удивлением, хотел что-то сказать, но его отвлёк Пухлый.

- А нам тоже придётся иметь дело с колдунами и ведьмами? — робко спросил жирдяй, явно того не хотевший.

- Придётся, но крайне редко, — ответил клирик, чем вызвал у обжоры вздох облегчения. — Еретиков и отступников выявляют братья-храмовники, это их святая обязанность. А вы будете разве что помогать, да и в особо тяжёлых случаях. Ну, пойдёмте дальше, дети мои, нас уже заждались.

Де Креньян бросил последний взгляд на узника и поспешил вдогонку за всеми. Гулкий стук камня под каблуками вскоре сменился мягким шуршанием песка и Ренард оказался на арене посреди изумительно круглого зала. Пламя факелов едва разгоняло мрак и отражалось тусклыми