Фиктивный брак, или "Спасибо за покупку!" - Ирма Давыдова

Дома мы вначале ужинаем, а потом пьём чай с теми самыми пирожными. И я был прав, поросята понравились Софии больше всего, и мы их еле поделили. Жена была в отличном настроении, и мы мило болтали, обсуждая работу, сладости и всякие пустяки. А потом пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим спальням ровно так же, как это делали и предыдущие полгода.

Не знаю, как быстро заснула Соня, но вот ко мне сон решительно не шёл. Мешали воспоминания этого дня. Как так получилось, что невзрачная помощница прямо у меня под носом успела незаметно превратиться в привлекательную женщину? София стала той, с которой не просто не стыдно показаться в обществе, но которую ты хочешь привести куда-то ещё, помимо как в гости к родителям. Хочешь гордиться ею, любоваться издалека, и обязательно держать за руку. Чёртовы условия контакта! Почему мы вообще не опустили момент с близостью? Разве это не дико, что собственную жену ты даже за руку держал столько раз, что можно подсчитать по пальцам? А поцелуев так и вовсе не случилось ни одного.

Поворачиваюсь на бок, и перед глазами опять встаёт нечёткая картина Сони во время тренировки. Как опирается пальчиками на стул, откидывает волосы и очень эффектно прогибает поясницу. Хоть в душ опять иди! Или и вовсе стучись в соседнюю дверь.

Опять переворачиваюсь, но теперь лицом к окошку. Тот парень, муж рыженькой подруги Сони, рассказывал, что после тренировки жена всегда игривая. София явно пребывала в хорошем настроении, но не более того. Не распускала соответствующие флюиды, не бросала жаркие взгляды. Голос, движения — всё было ровно таким же, как и всегда. И меня никак не собиралась покидать мысль: она такая потому, что просто относится к подобным вещам спокойнее, или из-за того, что всю свою игривость собирается продемонстрировать кому-то другому? Потому что давайте откровенно, если женщина записывается на тренировки по стрип-пластике, то последнее, о чём вы можете подумать — она сделала это для себя. Оставим вариант, будто Зиновьева собралась ночами подрабатывать в соответствующих клубах. И что получается? Получается, что кто-то у неё уже есть. Или вот-вот появится.

День 181. Соня

— Чаю, Алексей Николаевич? Или кофе?

— Нет, благодарю.

И вот опять эта его ледяная интонация. Как же надоело, вы даже представить себе не можете! Притом ладно бы это проявлялось только на работе или только дома, но нет — мой шеф, а заодно и муж, показывает в этом вопросе потрясающую стабильность.

Началось всё… даже не знаю, с неделю назад точно. И самое обидное, что я не понимаю причину такого поведения. Я где-то накосячила? Ну так скажи мне об этом! Но Лёша упорно молчит, а самой мне никак не найти зацепку. И знаете, чем дальше, тем сильнее осознаю, что проблема-то может и не во мне вовсе. Это как в детстве, когда я видела сердитую маму и пыталась как-то оправдаться. Пятёрки домой носила, полы надраивала, суп сама училась варить. А в ответ только «угу», «ага», а то и «капусту нужно было резать мельче». И только потом, став старше, понимала, что в плохом настроении мамы не было моей вины — она в тот момент просто находилась в ссоре с дядей Толей. Вот и с Ивановым может быть ровно так же. Найти бы ещё повод…

Проблемы на работе? Отметаем, иначе я бы знала. Поругался с отцом? Тоже сомнительно. Я бы могла поставить на то, что у него разлад с Эльвирой, но кажется и это мимо, потому что последние дни Лёша уходит с работы пораньше, отправляясь прямиком к своей любимой женщине, а возвращается спасибо если в десять. Я же приезжаю домой на такси, готовлю ужин и жду его. Или уже не жду, а просто молча ставлю еду и ухожу к себе, чтобы не видеть этого холодного отношения.

Ладно, поныла и хватит — работу за меня никто не сделает. А дел невпроворот, ведь скоро открывается купальный сезон, и у сотрудников начинается горячая пора. Это только хозяйственные и продуманные владельцы бассейнов заказывают их установку и обслуживание заранее, а подавляющему большинству вынь да положь всё прямо сейчас. Вот и мечусь от бухгалтерии к отделу продаж, а потом в технический отдел. Спасибо хоть теперь у меня есть очень удобные туфли.

Из-за всей этой беготни на рабочее место возвращаюсь в четыре, и вижу уже пустой кабинет шефа. То есть, сегодня он не просто ушёл пораньше, но даже не предупредил. Не попрощался, не рассказал, что хочет на ужин. Меня словно и нет в его жизни, и это… бесит! Бесит так сильно, что и словами не передать. Даже готовить в таком состоянии боюсь, а то как бы от моей стряпни не случилось несварения, притом у меня самой. Поэтому спускаюсь вниз к автоматам со вкусняшками, беру себе самую большую плитку молочного шоколада и методично, по маленькому кусочку ем, пока не стало легче. Вдох. Выдох. Работаем дальше.

Я, как порядочный помощник руководителя, досидела до конца рабочего дня, хотя помогать тут вроде как некому. Закрыла кабинеты, привела в порядок рабочее место, сдала на охрану ключи. Вызвала уже привычное такси, и к дому подъехала во вполне благодушном настроении. Что бы такого приготовить? Может, жаркое в горшочках? Нет, тяжеловато для ужина. Тогда салат и какую-нибудь лёгкую пасту? Тысячу лет не готовила с креветками.

— Добрый вечер, София Александровна!

— Здравствуйте, Самуил Самуилович, — отзываюсь нашему консьержу, заодно выныривая из своих мыслей. — Как ваши колени?

Вообще-то поднявшийся передо мной дедулька на Самуила Самуиловича похож не был. Идеально бы к его румяному круглому лицу подошло «Сан-Саныч», но мало ли как распорядилась судьба.

— Спасибо, София Александровна, потихоньку, — улыбается старик, которому явно приятна даже такая вот элементарная забота. И я его прекрасно понимаю, ведь сама работаю ровно таким же обслуживающим персоналом. — Хотел попросить вас забрать флэшку для супруга, а то его почти невозможно увидеть. Не затруднит?

— Флэшку? А с чем она?

И почему Лёша не сообщил об этом мне?

— Видео с камер наблюдения. Алексей Николаевич запросил данные за последний месяц, которые пишет камера на вашем этаже. Технари вот записали, да и велели мне передать, а я уже третий день как мужа вашего отловить не могу. Дай, думаю, вам передам — вы же такая добрая и внимательная девушка.

Вообще-то в доме такого класса вести себя подобным образом консьержам не