Две Кореи. Рождение разделенных наций - Теодор Чжун Ю

состоявшаяся в 1995 году массовая церемония бракосочетания, где Мун сыграл роль свахи для десяти тысяч пар различных национальностей, культур и владеющих разными языками. В одночасье люди, не знавшие друг друга до церемонии, связали себя узами брака, произнеся клятву верности, содержащую основные постулаты церкви. Несмотря на критику и дискуссии по поводу того, что Церковь Объединения — опасный культ, она по-прежнему насчитывает около миллиона последователей по всему миру, что свидетельствует об устойчивости этого мегаинститута.

Оживление экономики? За Сэмэул! За мир! За будущее!

Индустриализация южнокорейской экономики шла очень быстрыми темпами, но это далось дорогой ценой. 13 ноября 1970 года Чон Тхэ Иль (Jeon Taeil, 1948–70), двадцатидвухлетний рабочий швейного цеха в Сеуле и активист трудового движения, совершил самосожжение77 на Рынке мира, требуя от руководства и правительства соблюдения Закона о справедливых условиях труда. Возмущенный эксплуатацией рабочих, которых заставляли трудиться по четырнадцать часов в день и более, Чон посвятил себя рабочему движению после самостоятельного изучения трудового кодекса. Потрясенные его самосожжением, рабочие и интеллектуалы начали создавать союзы для формирования активного профсоюзного движения. В результате только в 1970-х годах по всей стране было создано около 2500 новых профсоюзов. Подъем рабочего движения совпал по времени с решением Пак Чон Хи ограничить права человека. Как уже упоминалось выше, новая конституция Юсин, наделившая президента правом вводить чрезвычайные меры для решения любых вопросов государственной важности, существенно ограничивала свободы и права граждан. В частности, Чрезвычайный указ № 9 подавлял инакомыслие, запрещая любые высказывания и действия, которые «не одобряли, искажали и очерняли» конституцию Юсин или призывали к ее пересмотру. Опираясь на этот репрессивный указ, государство арестовало многих представителей интеллигенции и студентов, объявив вне закона митинги и демонстрации в университетских кампусах. Используя свои широкие полномочия, Пак Чон Хи подвергал преследованиям представителей прессы и применял специальные военные суды для наказания оппонентов без соблюдения надлежащей правовой процедуры. Его режим без колебаний выносил смертные приговоры, как в случае с инцидентом в Инхёкданге (9 апреля 1975 года). Государство предъявило восьми подсудимым обвинения в создании Народно-революционной партии, которая якобы планировала свергнуть Пак Чон Хи; все обвиняемые были подвергнуты пыткам и казнены менее чем через восемнадцать часов после оглашения приговора.

Одновременно с принятием конституции Юсин Пак в 1970 году создал движение Сэмэул («Новая деревня»), целью которого была модернизация сельской экономики Южной Кореи и поднятие уровня жизни в сельских районах до городских стандартов. В своей речи Пак озвучил лозунг «трудолюбие, взаимопомощь и сотрудничество». Хотя государство и подчеркивало важность своей роли в успехе движения, без вовлеченности сельского общества план бы не сработал. Государство предоставляло ресурсы, рассчитывая на то, что каждая община направит их на улучшение благосостояния всех своих членов. К примеру, 33 267 деревень безвозмездно получили по 336 мешков цемента для строительства дорог, зданий и так далее. Важнейшей особенностью движения была автономия каждой общины при выборе руководителей. Эти местные лидеры, многие из которых были молодыми и хорошо образованными, стали важным связующим звеном между государством и обществом. Благодаря тесным взаимоотношениям с сельскими жителями, местные лидеры успешно убеждали их принять участие в новых проектах. Несмотря на то, что создание столь необходимой инфраструктуры — от электроэнергетических и ирригационных систем до мостов и дорог — сократило масштабы нищеты и повысило уровень жизни в некоторых районах, движение так и не смогло решить проблему бегства молодежи из деревень в города. Аналогичным образом, когда современная оранжевая черепица заменила традиционные соломенные крыши, а реформаторы приказали срубить старые зельквы78, считавшиеся божествами-покровителями, жители деревень серьезно усомнились в мотивах государства, которое мало интересовалось местными обычаями и верованиями. И в деревне, и в городе Пак Чон Хи продвигал свою программу модернизации всеми правдами и неправдами, даже ценой человеческих жизней и бережно хранимых традиций.

Произведено в Корее: парики, текстиль, обувь, фанера

Стремительное экономическое развитие побудило Корею искать новые рынки сбыта и способы обойти (!) американские квоты, наложенные на корейские товары. В 1970-х годах основным предметом экспорта Бангладеш был джут — грубое волокно из тропического травянистого растения, используемое для изготовления шпагата, веревок или холщовых мешков. На другом конце света одежда и текстиль из Южной Кореи стали наводнять рынки США, угрожая местной промышленности. Чтобы защитить американские рынки, президент Ричард Никсон провел переговоры с европейскими лидерами о принятии Соглашения по многим видам текстильных волокон (англ. Multi-Fiber Arrangement, MFA)79, в соответствии с которым устанавливались жесткие квоты на импортные ткани, продаваемые в США. Когда Южная Корея практически исчерпала свои американские квоты, такие текстильные компании, как Daewoo, начали искать альтернативные рынки сбыта, поставив себе цель наладить производство корейской продукции в Бангладеш и продавать ее под видом бангладешской. Для Абдул Маджида Чоудхури, предпринимателя из Бангладеш, это было даром судьбы, поскольку выгодное предложение от Daewoo позволило бы ему построить корейские компании по производству одежды для экспорта в США. В 1980 году компания Daewoo направила несколько представителей в Бангладеш, чтобы помочь создать первую в стране ориентированную на экспорт швейную фабрику Desh Garments. Чоудхури также направил 128 рабочих на полугодовую стажировку в компанию Daewoo в Южной Корее. Сегодня в Бангладеш, одном из крупнейших в мире экспортеров одежды, насчитывается более четырех тысяч швейных фабрик.

Прежде чем Южная Корея стала ведущим экспортером полупроводников и мобильных телефонов, основой национального экспорта являлись текстиль, фанера, обувь и парики вплоть до 1970-х годов, пока на рынок не вышли страны с дешевой рабочей силой. В 1967 году Южная Корея стала крупнейшим поставщиком фанеры в Северную Америку, а к 1970-м годам контролировала уже более половины рынка, поскольку японские производители переключились на более высокотехнологичное производство, что позволило корейцам занять освободившуюся нишу. Государственные налоговые льготы и выгодные процентные ставки, а также низкий уровень технологических требований и расходов на оплату труда работников позволили южнокорейским производителям получить решающее преимущество в производстве продукции на экспорт. В 1970-х годах многие производители обуви открыли фабрики в Южной Корее, привлеченные главным образом дешевизной рабочей силы и низким уровнем производственных затрат. Производство обуви выросло со 180 миллионов пар в 1975 году до 326 миллионов в 1978 году, поскольку свои магазины в Южной Корее открыли такие бренды, как Nike, Adidas и Converse, а также розничные компании J.C. Penney и Sears, Roebuck and Company. Как и в случае с квотами Соглашения по многим видам текстильных волокон, установленными Никсоном, Комиссия по международной торговле США с 1977 года начала ограничивать количество обуви, которую Южная