Развод. Жизнь с начала - Надежда Марковна Борзакова

могла понять что чувствую. Больно ли мне. Обидно ли. Злюсь ли я или мне как-то… Нет, не все равно, просто… Я же знала, что такое скорее всего случится, просто не думала об этом. Было не до того, как-то. У меня новая, выстроенная моими же руками и по моим же желаниям жизнь. Прошло время. Для него, но и для меня тоже. Теперь все по-другому. Я теперь другая. И мне гораздо важнее то, что происходит в моей жизни сейчас, чем то, что было в прошлом. А Вова остался там. Для меня, он остался там. И желания переносить его в настоящее даже в виде мыслей о нем у меня не было. Вообще.

Я закрыла вкладку. Закрыла ноутбук. Взгляд наткнулся на букет пионов в вазе. Ладно, в двух вазах. В одну он не влез. Протянув руку, я коснулась кончиками пальцев нежнейших бутонов, которые только начали открываться. Привстала, сунула в них нос и глубоко вздохнула тонкий, сладковатый аромат. Возле вазы лежала записка. Взяв ее в руки, снова прочитала.

“Я никому не позволю быть несправедливым к тебе. Даже если этот человек — ты сама. Лена, ты замечательная, талантливая, искренняя, добрая и настоящая. Не забывай об этом только потому, что какой-то придурок не смог этого оценить. Хорошего тебе дня. Д.”

Мелькнула мысль, что чем-то они похожи. Демьян и Алик. Оба не позволяют быть несправедливыми, проявляют заботу обо мне…

— Ага, конечно. Ты представила, чтоб Алик зажимал Алину в лифте, будучи ее начальником? — пробормотала себе под нос.

Тонюсенький внутренний голос запищал, что не было похоже, чтоб это было против моей воли, но я заткнула его. Потянулась порвать записку и выкинуть. Но не смогла. Сидела, вспоминала как все начиналось у нас с Демьяном…

Я набрасываюсь на Доминику возле ресторана Вовы, а он нас разнимает…

Потом прихожу устраиваться на работу, а там он главврач…

Он останавливается на дороге чтоб помочь мне спасти пострадавших в аварии. Спокоен, сдержан, планомерен, последователен. Вселяет уверенность в испуганную меня.

Защищает от домогательств Тарханова…

И от бандитов в приемном покое больницы. Ловит пулю, пытаясь их обезвредить…

Сидит на моей кухне и хвалит мои торты…

Как у нас все начиналось, да, Лена? Ты что умом тронулась, м? Что именно у вас начиналось, расскажи мне, пожалуйста? И когда и с каких пор ты решила передумать держаться подальше от мужчин? Где твоя зрелость, последовательность? Забыла, чем закончился твой брак? Напомню: тем, что твой бывший муж в эту пятницу женился на своей любовнице, а ты еле-еле смогла работу найти и ее работать. В тридцать, на минуточку, лет.

И снова внутренний голос включился и принялся мерзко пищать о том, что не у всех отношения заканчиваются тем, что ты теряешь себя и тебя выбрасывают на помойку, как надоевшую игрушку. И что Демьян сказал, что ты не такая…

— Господи, Лена. Кто тебе предлагал отношения? — снова пристыдила я себя.

Встала из-за стола и занялась подготовкой к началу рабочей недели.

Утром проснулась за пять минут до будильника и это несмотря на то, что погода за окном была серой, стылой и дождливой. Душ, завтрак, потом собираться на работу. Сердце тревожно стучало в груди от предвкушения встречи со Звериным. Было детское желание избегать его, однако я понимала, что делать это глупо. Поговорить придется. Но я не знала, что именно ему сказать и как донести свое твердое “нет” и, самое главное, дальше-то что.

Я не верила в то, что он поведет себя не как Тарханов. Все еще не верила несмотря ни на что. А, хотя, несмотря ни на что? Букет цветов и трогательную записку? Пф-ф-ф!

Когда вышла из парадного сразу увидела его. Демьян, наплевав на морось, стоял у своей машины и что-то листал в телефоне. Увидев меня, спрятал его в карман и шагнул навстречу.

— Привет, Лена.

— Привет, — ну а что, Демьян Ильич уже как-то глупо прозвучит, честное слово.

— Я хочу отвезти тебя на работу и поговорить по дороге. Позволь мне это сделать, пожалуйста, — попросил он.

— Демьян…

— Нам все равно придется это сделать, ты же сама понимаешь. Чем скорее, тем лучше.

А он прав. Только вот мне от этого ни капельки не легче. Мне страшно. Я не хочу говорить. Я убежать хочу и спрятаться.

— Ладно, — он открыл для меня дверь машины, помог сесть на пассажирское. Забытый галантный жест был приятен, хоть как отрицай этот факт.

— Демьян, спасибо за букет. Он очень красивый и… И за записку тоже, — я покраснела.

— Я рад, что он понравился тебе, — ответил он и завел двигатель.

В салоне повисло неловкое молчание. И дорога до кофейни, а, как оказалось, мы ехали именно туда, которая находилась в пяти минутах от моего дома, длилась по ощущениям вечность.

— Тебе какой? — спросил он, выходя из машины.

— Я сама куплю, — я завозилась с ремнем.

— Нет.

— Демьян, я сказала, что куплю его сама, — выбралась из машины я.

Он пожал плечами с видом “ну что за глупое упрямство”, но дальше спорить не стал. Со стаканчиками в руках, мы снова сели в машину.

— Лена, я хотел бы чтоб ты была моей девушкой, — сказал Зверин будничным жестом ставя кофе в подстаканник. — Ты мне очень нравишся…

— Как я уже сказала, это невозможно.

— Тогда в лифте, ты мне отвечала. И не говори, что это не так. И не говори, что тебя не тянет ко мне, — черные глаза зацепились за мои и не отпускали.

Я разозлилась. И смутилась. Нет, я по-настоящему взбесилась. И захотела сбежать.

— Тянет. Но это ничего не меняет. Я не животное, чтоб жить инстинктами, Демьян, пойми это, пожалуйста. И тут дело не в тебе. И не в том, что я твоя подчиненная. Я просто больше не хочу ничего такого…

— Да, я помню. Но по ошибочным причинам…

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Я знаю достаточно. А чего не знаю, так еще узнаю. Все сделаю для этого. А еще для того, чтоб ты сказала “да”. И нет, это не будет плоскость домогательств, угроз или что ты там еще от меня ждешь. Но знай, я не отступлюсь.

Темные глаза смотрели в мои. И в них не было угрозы, злобы, чувства собственного превосходства и власти над моей жизнью… Не было ничего такого, чего я одновременно и желала и опасалась увидеть. Это был открытый, искренний взгляд человека, который не боится показывать правду о себе.

— Я уволюсь.

— Увольняйся. Ты же не