Это кто переродился? Книга 5. Финал - Сириус Дрейк

С улыбкой я наставил на него палец. Его закопало уже по грудь.

— … Помог мне в этом, де Риз. И похоже, не одному мне, раз это…

И я постучал кулаком по своему золотому нагруднику.

— … контролировалось Василием. Верно? Неужели кто-то таки раскрыл секрет золотой песни?

Кивнув, Аристарх продолжил:

— И стал Хранителем Башни. Теперь Василий царь и господин Изнанки.

Я нахмурился. Это было плохой новостью. Вот значит, чем он занимался все годы, пока был «мертв».

— Но ему нужно больше, — сказал Аристарх. — Ему нужно все. И Башня, и трон, и…

Он еще не закончил фразу, как во мне всколыхнулось. Пришлось сдержать себя, чтобы не размазать этого никчемного человечка по стене.

— И Дарья…

Ответить я не успел, как в углах помещения ожили тени. В следующий миг они обрушились на меня сталью и магическим огнем.

* * *

Царские палаты.

Павел VI Гедиминович, правитель Вечного Царства и наследник древнего рода, уходящего глубоко в допортальное прошлое, славного своими победами и неисчислимым богатством, сидел под столом и плакал. Вот уже неделю рати Орды шли по его земле, разбивая одну его армию за другой. В столице уже стены трещали от наплыва беженцев, а по округе гуляли самые черные вести. Казалось, сам господь бог не мог помешать Орде.

Еще месяц назад он думал, что все образуется и слухи о том, что Хан пустится в новый Великий поход, всего лишь слухи, и вот…

Они под стенами города. И не просто бесчисленная армия, от поступи которой стонала земля, а целый золотой дворец!

— Черт… Что же делать⁈

Вокруг стола столпились его генералы и молча наблюдали, как, выбравшись из-под стола, царь рвет на себе последние волосы:

— Где армия князя Голицына⁈

И очередной клок полетел в сторону.

— Разбита, ваше величество, — поджав губы, сказал первый генерал. — Еще вчера. Мы доклад…

Царь, не дав ему договорить, дал генералу в ухо. Затем вырвал еще один клок и кинулся ко второму генералу:

— Где элитные отряды князя Шишкина?

— Разбежались, ваше величество, — с достоинством поклонившись, отчеканил второй генерал. — Еще неделю назад. Силы были неравны, и князь…

— Сбежал как последний шакал! — зарычал царь и, ударив второго генерала в нос, кинулся к третьему генералу. — А где флот адмирала Никитина⁈

— Уничтожен штормом, ваше величество, — плаксивым голосом сказал третий генерал, готовясь принять свою участь. — Еще утром самого Никитина принесло приливом, я не успел вам доложи…

На него царь напрыгнул уже с посохом. Отоварив генерала парой крепких разов по черепу, уставший правитель кинулся в кресло. Его глаза сверкали как у сумасшедшего.

Скосив их в окно, он увидел то, чего страшился целых пятнадцать лет — купол Дворца Великого Хана. Он двигался довольно медленно, но неумолимо, как гигантский золотой корабль, горящий словно солнце. От грохочущей поступи пехоты, рева сотен моторов и ржания лошадей стены царских палат дрожали.

— Что же делать?.. Что мы еще можем сделать?

Пока он бормотал себе под нос, по тронному залу расхаживали слуги с монтировками и отдирали от стен, мебели и пола все золотое, позолоченное и золотистое. Закидывая все в тачку, увозили во двор, где который день росла здоровенная сверкающая куча. Золото в нее свозили со всех окрестностей. Со всего царства! Даже в казне было шаром покати! Даже его ЗОЛОТОЙ ТРОН и тот увезли еще вчера!

— Проклятье… Что же делать⁈ Что делать? Не отдавать же ВСЕ этому гадкому грабителю!

И он оглядел бледные лица своих бестолковых генералов.

— Вы чего молчите⁈ — окрысился он. — Генералы вы или нет⁈

Но стоило одному из генералов заикнуться про каких-то «наемных убийц», царь швырнул в него табакеркой. Знал он этих убийц! Уже третью партию отправили, и в никуда!

— Ни один из ваших хваленых клоунов не вернулся! А ведь можно было позво…

Затем с радостным писком схватил телефонную трубку.

— Знаю, что делать! Знаю! Позвоню «решале»!

«Решала» долго не отвечал. Как-то слишком долго. Обычно он брал трубку за пару гудков, а сейчас…

— Слушаю, — вздохнули уставшим голосом. На фоне кто-то стонал. — Кто это?

— Как это кто⁈ Ты чего пьян, сволочь? — зарычал царь, поправив на голове корону. — Это я! Павел VI, царь и превеликий государь Вечного Царства! И у меня есть для тебя дело. Слушай и запоминай, нужно замочить…

— Царь⁈ А… Ты уже приготовил для меня золото?

— Какое золото⁈ Плату получишь после того, как…

— Слушай, мне некогда. Тут какие-то пятеро негодяев решили, что хорошей идеей будет прервать один очень важный разговор. Значит так…

И он откашлялся. На фоне снова кто-то стонал.

— Золото принесешь к крыльцу Дворца и передашь евнухам, как договаривались. Или ты забыл, Паша?

Царь потерял дар речи. Это же тот самый голос…

— Ваше ханское величество?.. — пискнул он, лихорадочно поглядев на своих генералов. Они побледнели как статуи. — Это вы?..

— А то нет? Глаза разуй, идиот! Или ты не заметил, моих людей вокруг твоего города⁈ А дворец?

— Заметил… Он очень красивый…

Царь зажмурился. Смотреть на этот Дворец у него не было никаких сил.

— Давай собирайся, — сказал Хан. — Помнишь уговор?

— Да… Все золото до последнего петушка на крыше…

— Вот-вот. И купола. Их тоже снимай.

Царь был поражен настолько, что сначала подумал, что ослышался.

— Купола… Как купола⁈

— Ты оглох? Все купола в городе к вечеру должны лежать у моего золотого дворца. А иначе… Эй, ребята, что будет, если ваш царь сглупит?

— Ему крышка! О, Великий Хан! — пропели в унисон.

— Отлично. Конец связи.

Царь думал, что его сердце выскочит из груди. Откинувшись в кресло, он простонал:

— Купола… Им пятьсот лет! Купола! ОН ХОЧЕТ ОСТАВИТЬ НАС БЕЗ ШТАНОВ! Что же вы молчите⁈

Схватив посох, он кинулся бить своих подданных, как открылась дверь, и в зал заседаний словно озарило светом. Это была его единственная и любимая дочурка — златокудрая царевна Оксана. Самая прекрасная из всех девиц Царства.

— Папа… — сказала она, прижимая к груди зеркальце. — Ты видел золотой дворец? Я хочу его!

И она поджала свои розовые губки.

Царь очень любил свою дочь, холил и лелеял, но вот сейчас ему очень хотелось выпороть ее.

Прежде чем он успел зарычать, она заявила:

— И если ты не завоюешь его для меня, то я возьму его сама!

* * *

Положив трубку, я щелкнул пальцами, а затем в золото утащило еще пятерых убийц. Когда их крики затихли, перевел