Перья, кровь и миллионы лет. Полная история динозавров - Райли Блэк

что эксперты различают один вид от другого на основании расположения рогов. Такие цератопсиды, как центрозавр, хасмозавр, трицератопс и новейшие находки вроде космоцератопса и медузацератопса, имели рога на носу, над глазницами, на щеках и по краю воротника, все разной формы и наклона. Если бы у всех этих динозавров рога развивались в качестве защитного механизма от хищников, стоило бы ожидать, что частые схватки за миллионы лет отточили бы рога цератопсид до небольшого диапазона расположений и углов наклона. Скорее всего, существовала бы идеальная конфигурация, чтобы отпугнуть тираннозавра. Однако со временем у рогатых динозавров развивался все более разнообразный спектр различных форм и размеров рогов, что указывает на то, что внутривидовые взаимодействия были основным фактором в эволюции этих динозавров. За последние 20 лет палеонтологи перестали рассматривать защиту в качестве объяснения по умолчанию и начали задаваться вопросом, не могли ли кажущиеся причудливыми черты динозавров быть сформированы другими эволюционными запросами.

Часть заблуждений вокруг странного строения динозавров была связана с тем, что палеонтолог Стивен Джей Гулд назвал «адаптационизмом». Он отметил, что, когда биологи смотрят на существо, живое или вымершее, существует тенденция рассматривать функцию каждой его части и то, как эта функция создала форму (форма приспосабливается, или адаптируется, к выполнению определенной функции).

Один из классических примеров, на которые указал Гулд, – это характерные маленькие передние конечности тираннозавра рекс, которые породили ряд в значительной степени непроверяемых гипотез – от захвата добычи до удержания партнера во время спаривания. Если бы эксперты могли выяснить, для чего использовались эти крошечные конечности, тогда их эволюцию можно было бы объяснить в духе «эта часть тела развилась для этой конкретной функции». Но живые существа должны пониматься как целостные системы, как часть своей среды обитания, поэтому одна только анатомия, взятая сама по себе, является ненадежным ориентиром. Части тела часто выполняют сразу множество функций, подобно тому как наши кости обеспечивают внутреннюю структуру, но также содержат костный мозг, создающий красные кровяные тельца, или как большие уши африканских слонов одновременно выполняют социальную функцию и помогают этим гигантским млекопитающим охлаждаться, поскольку большая площадь поверхности эффективна для выделения накопленного тепла.

Илл. 45. Многие плотоядные динозавры вроде многочисленных видов аллозавра обладали характерными рогами. Они использовались не в качестве оружия, но для социализации, выбора партнера и распознавания друг друга

Подобно тому, как палеонтологи изучали передние конечности тираннозавра и размышляли об их единственной, основной функции, точно так же они традиционно рассматривали рога, шипы, пластины, гребни и другие черты динозавров с точки зрения их главного предназначения. Природа не столь прямолинейна, и по мере того, как эксперты глубже погружались в биологию динозавров, они обнаруживали, насколько многие замысловатые элементы анатомии динозавров выполняли сразу множество функций в жизни животных. Взаимодействия между особями одного вида, а также более антагонистические столкновения между хищником и жертвой влияли на то, какими эти рептилии становились.

Эволюционная история анкилозавров – часто называемых панцирными динозаврами – представляет собой подробный пример того, как странные черты динозавров формировались под множеством влияющих факторов на протяжении всей истории группы. Эти травоядные были не просто «живыми танками», созданными для того, чтобы быть неуязвимыми для челюстей хищников. Остеодермы, костяные образования внутри кожи, покрывавшие их тела, также могли помогать им распознавать на расстоянии других особей своего вида, впечатлять партнеров, накапливать кальций для откладывания яиц и регулировать температуру тела. Многофункциональность доспехов анкилозавров объясняет их долговечность. Самые ранние панцирные динозавры появились в начале юрского периода, их научное название – тиреофоры. Это были небольшие динозавры, размером со среднюю собаку, как, например, мелкий скутеллозавр из пород Аризоны возрастом 200 миллионов лет. Спина этого травоядного была усеяна рядами крошечных остеодерм, и это не просто совпадение, что некоторые из первых крупных хищных динозавров были найдены в тех же породах. Известный по фильмам хищник дилофозавр с двойным гребнем обитал в тех же пустынных местах и был примерно в пять раз длиннее скутеллозавра. Хотя остеодермы не делали скутеллозавра неуязвимым для укусов крупных хищников, их, возможно, было достаточно для того, чтобы дать динозавру больше шансов на выживание или даже побудить дилофозавра искать менее «хрустящую» добычу.

Остеодермы, конечно, представляли собой нечто большее, чем просто физический барьер для зубов. Исследования тиреофор и ныне живущих животных с остеодермами вроде аллигаторов показали, что шипы, пластины и другие «украшения» этих динозавров выполняли сразу множество функций. Например, когда самки аллигаторов откладывают яйца, их организм берет часть кальция из остеодерм для создания скорлупы яиц. Исследования крокодилов и покрытого пластинами стегозавра также указывают на то, что остеодермы могут помогать рептилиям рассеивать избыточное тепло тела. Кровеносные сосуды, идущие вдоль костей, могут направлять более теплую кровь к их поверхностям, позволяя ей охлаждаться. Терморегуляционные свойства остеодерм стали особенно важны по мере того, как тиреофоры увеличивались в размерах на протяжении юрского периода. К концу юрского периода, около 150 миллионов лет назад, панцирные динозавры расцвели, породив покрытого костными пластинами трехметрового анкилозавра мимурапельту и стегозавра со спинными пластинами, достигавшего 7,5 метров в длину. Некоторые из них, такие как шипастый родственник стегозавра кентрозавр из пород конца юрского периода Танзании, могли размахивать хвостами так быстро, что их шипы при необходимости были способны пронзать кожу, мышцы и достигать кости, а бугорчатые наросты на горле стегозавров защищали их от зубов хищников. Разнообразие различных функций остеодерм сделало тиреофор основными представителями экосистем мезозоя с юрского периода и до вымирания.

Илл. 46. Шипы и «украшения» панцирных анкилозавров вроде зиапельты развивались под воздействием социальных взаимодействий и схваток, а также в качестве защиты против хищников

У гигантских анкилозаврид позднего мелового периода, таких как сами анкилозавры, некоторые из вариаций расположения костных пластин дошли до крайности. Ряды шипованных пластин шли по их спинам и торчали из плеч, а их черепа были украшены различными выступами. Один вид, обнаруженный в породах Юты возрастом 75 миллионов лет, акайнацефал, был назван так из-за огромного количества шипов на черепе. И конечно же, анкилозавриды имели специализированные костяные булавы на конце хвоста, удерживаемые на «рукоятке» из переплетающихся V-образных позвонков.

Нетрудно представить себе динозавра вроде анкилозавра, который прижался брюхом к земле и размахивает хвостом, чтобы отпугнуть любопытного тираннозавра. Палеоарт изобилует такими изображениями, и существует несколько костей голени тираннозавров с переломами, которые могли стать результатом слишком близкого приближения к желанной шипастой добыче. Но хотя совместная эволюция панцирных и хищных динозавров предполагает, что остеодермы действительно были важны для защиты и устрашения потенциальных хищников,