Первый БПЛА Второй Мировой. Том 4 - Максим Арх

закипел. Воду-то я быстро в ведре принёс. Залил. А вот масла-то и не нашёл. Видать ночью, кто-то украл. Я собрался спросить масло на складе, и хотел было к ним идти, но охранник, заметив, что я тут остановился, сам подошёл. Я объяснил, что случилось, и поинтересовался, нет ли у них масла. Он сказал, что — нет. И потребовал, чтобы я быстрее починился и уезжал отсюда. Сказал, что не положено тут стоять. Я ему говорю, что пока не могу поехать. А он выругался и ушёл. И тут ты мне попался — спасибо тебе. Выручил.

— Сочтёмся, — пообещал Кудрявцев и, забрав канистру, направился к своей машине.

Грузовик случайного знакомца почти сразу завёлся и уехал. А разведчик, проводив его взглядом, сел в кабину.

— «Малыш», всё слышал? Это засада, — тихо прошептал Сергей, закрывая дверь.

— Слышал. Уезжай оттуда, — негромко произнёс я и тут же сказал. — Срочно заводи машину. К тебе направляется охранник.

Кудрявцев схватил кривой стартёр. Вылез из кабины, стараясь не бежать, подошёл к двигателю, крутанув, завёл его, сел за руль и, включив передачу, стал разворачивать грузовик.

Но манёвр до конца ему совершить не удалось, потому что подошедший охранник, сняв с плеча винтовку, крикнул:

— Эй ты! А ну заглуши мотор, возьми свои документы, выйди из машины, и следуй за мной!

Глава 13

Поиск решения

Немец, видя, что Кудрявцев не подчинился, передёрнул затвор винтовки и повторил:

— Я сказал, немедленно выйти из машины!

— Что? Да-да, — быстро ответил Сергей, и якобы находясь в растерянности, спросил: — А что случилось?

Охранник, вероятно, собрался повторить своё требование, но не успел, ибо был нашпигован гарпунами.

Гарпуноносцем в этот момент управляла Анна, и как только я ей озвучил короткий приказ: «Ликвидируй», — она тут же исполнила его.

— «Серж», сваливай оттуда! — сразу же крикнул я в рацию.

— Сейчас, только «стержни» вытащу, — ответил он и открыл дверь.

— Да ты что⁈ — прокричал я. — Отставить! Хрен с ними с этими гарпунами! Что они там увидят-то? Тем более мы их у будки стрелочника уже оставили. Сваливай быстрей!!

И мои реплики были произнесены не просто так. Я увидел, что двое часовых, которые остались стоять на воротах, заметив, что их камрад как-то уж слишком быстро свалился на землю, вскинули винтовки и принялись махать руками, указывая в сторону грузовика.

Надо было срочно уезжать! Но Кудрявцев меня не послушал и, крикнув что-то про то, что сплав гарпунов может быть секретным, выпрыгнув из кабины, попытался вытащить их.

Но сразу у него это сделать не получилось.

— Я сказал: сваливай! — закричал я. И прекрасно понимая, что всё уже давно идёт совсем не по плану, совершив манёвр «ашкой» и скинул миномётную мину на охранников.

И нужно сказать, что разорвалась она вовремя, ведь те уже открыли огонь.

Солдаты противника корчась упали на землю, а Кудрявцев, так и не сумев вытащить все гарпуны, схватил тело «фрица» и закинул его в кузов, крича при этом, что разберётся позже.

К этому времени немецкий склад ожил. Из всех строений стали выбегать немцы с оружием в руках и стрелять в сторону грузовика.

Сергей запрыгнул в кабину. Ему удалось развернуть машину, после чего он сразу же начал движение.

В это время с одного из складов выехало три грузовика. Два из них были обычные — в кузове которых сидело по восемь-десять солдат. А вот третий грузовик был предназначен для охоты за воздушными целями — в его кузове стояла явно самодельная установка из четырёх спаренных пулемётов MG-34.

— Зенитчики! — закричал я и увидел, как эта удивительная установка, которой вроде бы в прошлой истории не существовало, открыв стрельбу, начинает поворачиваться в сторону уже однажды сбитого октокоптера.

Время буквально замерло. Я видел, как трассирующие пули неуклонно приближаются к дрону, и понимал, что я ничего с этим не могу поделать. Я осознавал, что не успеваю ни мгновенно набрать высоты, ни набрать скорости, ни даже рухнуть камнем вниз.

Слишком быстро всё произошло. Слишком хитёр оказался противник, который, очевидно, был всё это время наготове.

И тут до моих ушей донёсся крик Анны.

— Атакую! — произнесла та, и я увидел, как она, поменяв управление с «Алого» на гарпуноносец, что был ближе всего к складу, на максимальной скорости повела его к зенитной установке, сразу же открыв огонь.

«Она что, запаниковав, решила попробовать подавить им пулемёт? — пронеслась мысль у меня в голове. — Но это же не имеет смысла. Шансов, что она их повредит, — попросту нет. Даже если произойдёт чудо, и девушка уничтожит один или даже два ствола, остальные два порвут в клочья бедную 'ашку».

Однако я недооценил своего второго пилота. Огонь она вела не по оружию, а по прислуге, которая этим оружием управляла.

И через мгновение град из пуль исчез, а вместе с ним из нашей реальности были выпилены и тёмные сущности в виде двух загарпунированных фрицев.

Чтобы не дать немцам очухаться, не теряя ни секунды, я тут же подвёл спасённый октокоптер к самопальной «ЗУШке» и скинул на неё две мины.

Раздался спаренный взрыв, и опасный для нас вид вооружения разлетелся во все стороны, разметав искорёженный металл.

— Атакую! — вновь крикнула моя напарница.

Оказалось, она давно переключилась с гарпуноносца на «Алого», и теперь догнав преследователей Кудрявцева сбросила мину на один из двух мчащихся по дороге немецких грузовиков.

Сброс прошёл удачно — мина попала в кабину и сразу же уничтожила не только водителя, но и тех, кто был в кузове.

— Мчу на помощь, — старюсь успокоить в себе захлестнувший тело адреналин, произнёс я, и направил «ашку» вслед за последним из пока уцелевших автомобилей.

— Я сама! Ты добей тех, кто остался в кузове, и отрежь возможное преследование тем, кто решится выехать со склада.

Я не стал спорить с разбушевавшейся валькирией. Совершил манёвр и скинул на уже подбитый грузовик две гранаты, полностью довершившие начатое дело.

К этому моменту Анна настигла последнего преследователя, который, собственно, из охотника уже давно превратился в жертву. Все, кто находился в кузове, прекрасно видели, что происходит вокруг, и что они остались одни. А потому судьбу испытывать явно не желали.

Их машина резко вильнула к обочине и тут же встала как вкопанная. В один миг, все, кто был в