Рейд - Сергей Восточный

Я уже знал, что делать. Не глазея по сторонам, сразу направился к одному из столов помощников распорядителя. Протянул несколько шмоток, дропнувшихся с игроков за последние дни — ничего выдающегося, обычные необычные предметы, которые мне были без надобности. Помощник аукциониста, молодой человек в белой мантии, быстро оценил товар и начислил на мой хранительский счёт условные монеты аукциона.

Я открыл список доступных лотов и принялся пролистывать. Оружие, броня, ресурсы, редкие ингредиенты, чертежи, свитки — глаза разбегались. Но мне нужно было конкретное.

Луки. Для скелетов-лучников.

Параметры подходящих предметов быстро нашлись. Я отфильтровал лишнее и уставился на две позиции.

«Жало Мантикоры»

Тип: Лук (дальний бой).

Редкость: Необычный.

Характеристики:

Урон: 20–25.

Ловкость +2.

Эффекты:

«Яд мантикоры» — каждая стрела, выпущенная из этого лука, пропитывается ядом мантикоры. Накладывает эффект «Отравление» (сила эффекта 10, 20 ед. урона в секунду в течение 5 секунд). Эффект суммируется до пяти раз.

Требования: Уровень 8, Ловкость 13.

«Скорострел»

Тип: Лук (дальний бой).

Редкость: Необычный.

Характеристики:

Урон: 30–35.

Ловкость +3.

Эффекты:

«Скорость» — пассивный, увеличивает скорость стрельбы на 10 %. Интервал между выстрелами сокращён на 20 %. Откат активных навыков лучника снижен на 10 %.

«Лёгкость» — пассивный, увеличивает скорость перемещения на 10 %.

Требования: Уровень 6, Ловкость 14.

Я хмыкнул. «Жало Мантикоры» — хорош. «Скорострел» — тоже. Урон меньше, но сокращение отката навыков вкупе с повышенной частотой выстрелов означало, что в конечном итоге урон будет схож. «Мантикора» продавалась за полсотни монет аукциона, «Скорострел» — за сорок. Мне хватало в притык.

Недолго думая, я взял оба. Луки отправились в инвентарь рудокопа.

Я уже собирался уходить — общаться с тупыми ИскИнами, которые отвечают как автоматы, не было никакого желания, — как вдруг краем уха уловил звук, которого здесь быть не должно. Смех. Настоящий, живой, с переливами. И голоса — быстрые, эмоциональные, перебивающие друг друга.

Обернулся. У соседнего стола стояли двое Хранителей. Он — высокий, в тяжёлой броне с глухим забралом. Она — изящная, нереально красивая, в лёгком доспехе, с длинными волосами, перехваченными серебряной цепочкой. Оба смеялись, и их смех был совершенно человеческим.

— … а он мне говорит: «Ты не можешь поставить ловушку на ловушку, это не по механике!» А я ему: «Смотри!» И ставлю. Игроки заходят — первая ловушка срабатывает, они отпрыгивают назад и попадают во вторую. Ты бы видел их лица!

— Представляю! Особенно того мага, который телепортнулся в третью!

Оба снова расхохотались.

Я замер. Это были не ИскИны. ИскИны так не разговаривают. Не шутят. Не смеются.

Я сам не заметил как подошёл ближе.

Чёрт.

Они заметили меня и обернулись. Девушка улыбнулась — тепло, открыто, без машинной отстранённости.

— Чего тебе, молодой?

Я машинально поднял взгляд. Над головой девушки светилась надпись: «Хранитель подземелья. Уровень 95». Я перевёл взгляд на её спутника. «Хранитель подземелья. Уровень 115».

Девяносто пять и сто пятнадцать. Это не просто высокоуровневые подземелья. Это уровни, до которых обычные Хранители добираются десятилетиями, если добираются вообще.

— Эм… Ничего, просто показалось, — пробормотал я, отступая.

— Не бойся, — девушка говорила мягко, почти ласково. Так разговаривают с ребёнком, который впервые увидел что-то незнакомое и испугался. — Может, тебе подсказать чего?

Я открыл рот, чтобы ответить, но она уже повернулась к своему спутнику и улыбнулась:

— Эти маленькие Хранители такие забавные в своих алгоритмах. Смотри, он, кажется, пытается подобрать слова для запроса. Прелесть.

«Ясно, — пронеслось у меня в голове. — Она думает, что я низкоуровневый запрограммированный Хранитель. Маленький ИскИн, который пытается подобрать слова для запроса. Ну что же, сейчас я тебя удивлю.».

Я понимал что скорее всего творю глупость, выделяясь, но почему-то мне было до боли досадно от того что эта девушка считает меня Хранителем-нубом. Хотя по большому счёту так оно и было. Я выпрямился и посмотрел ей прямо в глаза.

— Прошу прощения за мою неловкость. Я просто не ожидал, что в этом месте можно встретить кого-то настолько прекрасного. Вы застали меня врасплох.

Повисла короткая пауза. Девушка моргнула. Затем переглянулась со своим спутником, и её бровь чуть приподнялась.

— Ого. А ты не так прост, маленький Хранитель. Такой комплимент не вписывается в стандартный алгоритм, — с улыбкой произнесла она, стрельнув в меня глазами.

Её спутник нахмурился.

— Назови-ка свой порядковый номер и рекомендованный порядок развития, — потребовал он.

Я ничего не произнёс в ответ. Лишь склонил голову набок и с усмешкой посмотрел на хранителя, не отводящего от меня взгляда.

Пауза растянулась на несколько секунд. Напряжение росло.

— Это не четвёртый уровень, это точно, — произнёс наконец он. — Какая-то маскировка, похоже.

— Визарис, это ты опять шутки шутишь? — фыркнув, спросила девушка.

Я покачал головой.

— Он, конечно, — недовольно буркнул Хранитель. — Кто ещё может маскироваться под низкоуровневого, ходить и пудрить всем мозги. Вопрос только в одном — зачем ему это? Ведь он никогда ничего не делает просто так.

Не знаю, что за Визарис, за которого они меня приняли, с какой целью и как он маскируется под низкоуровневых Хранителей, но беседа явно начала заходить в опасное русло. Поэтому, ничего не отвечая, я коротко откланялся и направился обратно к порталу.

— Эй! Маленький Хранитель! — донёсся до меня голос девушки. — Меня, если что, Алёной зовут. Так, на всякий случай.

— Не глупи, это же… — начал было её спутник, но окончания фразы я уже не услышал. Серебристая завеса портала сомкнулась за моей спиной.

Минула ещё неделя. Я с грустью смотрел на дату, когда меня в очередной раз должны были выпустить из камеры.

За это время в подземелье забрело несколько групп — редких, случайных, явно не ожидавших встретить здесь серьёзное сопротивление. С большинством я справился без особого труда. Скелеты-стражи показали себя отлично: хорошо двигались, грамотно атаковали и защищались, прикрывали других, более слабых скелетов. Даже использовать одержимость не приходилось. Хотя уже хотелось, если честно, размяться, отвести душу.

С убитых игроков собралось кое-какое добро. Несколько единиц обычного шмота — пара кожаных курток, железные сапоги, простенький меч с зазубринами. Расходники: кристаллы души, используемые для создания некоторых заклинаний. Мне они были без надобности, но на аукционе за них давали неплохую цену. С одного из игроков выпал даже пяток зелий лечения.

Я попробовал дать одно зелье скелету-стражу. Тот послушно взял склянку, повертел в костяных пальцах и замер. Интерфейс выдал короткое: «Использование невозможно». Жаль. Было бы удобно — раненый миньон отпивается хилкой и снова в строй. Но нет, нежить не лечится зельями.

— Ладно, — пробормотал