После развода в 42. Новая жена бывшего пришла ко мне за помощью - Виолетта Весна

Мы продолжили идти.

— Я не предлагаю спасение, — сказал Михаил. — И не собираюсь возвращать через вас то, что потерял в компании.

— Но ваш отчет может повлиять на мое профессиональное имя.

— Поэтому личное действие сейчас имеет цену, которую нельзя игнорировать.

— Значит, мы оба видим проблему.

— Да. Это не уменьшает желания.

— Я тоже думаю, — сказала я. — Это неудобно.

— Очень.

— Ваш отчет влияет на мою репутацию и деньги фонда. Пока это так, личные решения нельзя смешивать с рабочими.

— Согласен.

— И все же мы стоим здесь.

— Потому что признать влечение можно раньше, чем действовать на него.

Я посмотрела на время. До возвращения оставалось тридцать пять минут. Привычка считать не помогала выбрать ответ.

— Что вы предлагаете?

— Один поцелуй, если вы хотите. После него возвращаемся за протоколом и не называем это началом отношений.

— Почему один?

— Потому что второй уже будет решением продолжать. А мы пока согласовали только признание факта.

— Инженерная точность иногда звучит опаснее импровизации.

— Вы можете отказаться от формулировки и от поцелуя отдельно.

Он сформулировал вопрос без обещаний и без права решить за меня. Я могла сказать нет и через час получить те же документы.

— Хочу.

Михаил подошел ближе только после ответа. Я сама сократила оставшееся расстояние. Поцелуй был коротким и осторожным; мы остановились прежде, чем осторожность превратилась бы в очередную форму самообмана.

Он отступил первым.

— Возвращаемся?

— Через минуту.

Я постояла минуту, пока дыхание выровнялось. Желание повторить поцелуй не исчезло; я сознательно остановилась.

— Михаил, — сказала я, — если в аудите возникнет решение против моего плана, вы не имеете права смягчать его из-за этого.

— Не смягчу.

— Тогда я, возможно, разозлюсь.

— Это не отменит решения.

— Хорошо.

Он посмотрел на меня.

— Ничего хорошего в этом нет.

— Зато ясно.

— Есть еще условие, — сказал он. — Сергей не должен узнать о поцелуе от нас как о части оправдания аудита. Если интерес потребуется раскрыть фонду, я скажу правду и ограничу свою роль.

— Даже если это даст ему новый аргумент?

— Скрытый интерес даст более сильный.

— Тогда уведомите Ирину, если решите, что граница уже пройдена.

— Уведомлю сегодня.

— Я скажу Тамаре.

Это не было романтическим обещанием. Зато после поцелуя у каждого появился человек, которому предстояло знать о возможном конфликте.

Мы вернулись в нотариальную контору вовремя. Помощник передал экземпляр протокола, мы проверили число страниц и приложения. Михаил расписался за копию фонда, я получила свою часть через Тамару позднее.

В машине он не предложил подвезти меня. Мы приехали каждый на своей и разъехались отдельно. Это казалось разумным продолжением разговора.

В семь сорок Ирина прислала сообщение в общий рабочий чат: лаборатория закончила первый этап огневых испытаний. Показатели образцов из модулей отличались от контрольной складской пачки и не достигали значения, указанного в спецификации.

Михаил ответил, что результаты приняты как рабочие и фонд получает уведомление о ходе испытаний без окончательного вывода. Для решения требовался подписанный предварительный протокол лаборатории. Ирина подтвердила, что его обещают через два дня после повторной проверки расчетов.

Мы не обсуждали поцелуй в рабочем чате. Следующее сообщение касалось номеров образцов и срока протокола.

Это был предварительный результат. Он уже требовал уведомления фонда.

ГЛАВА 12

Подписанный предварительный протокол пришел в четверг в 10:17.

Лаборатория сравнила три образца из модулей с контрольной пачкой. Складской материал соответствовал заявленной марке по проверенным показателям. Образцы из стен отличались по плотности и не выдержали установленный для проекта этап огневого испытания. Полный комплекс еще продолжался, но предварительный документ прямо указывал на риск несоответствия спецификации.

В протоколе были перечислены все действующие номера пломб. Нарушенного пакета Л-1037 среди объектов не было. Для каждого образца указывались время приема лабораторией, состояние защитной полосы и связь с актом отбора. Заводское возражение приложили отдельно.

Контрольная складская пачка дала показатель в пределах спецификации. Три основных образца из модулей показали меньшую плотность и более раннюю потерю целостности при огневом воздействии. Лаборатория пока не делала вывода о токсичности и классе материала. Но совпадение результатов трех разных модулей уменьшало вероятность случайной ошибки одного участка.

Ирина проверила таблицы расчета и подпись ответственного специалиста. Только после этого Михаил позвонил мне. Его обязанность возникла не из фотографии, слуха или рабочего сообщения. Появился подписанный документ.

Михаил и Ирина получили протокол одновременно. Я узнала о нем через одиннадцать минут, когда Михаил позвонил из «ТехКонтура».

— Я направляю протокол Елене сейчас, — сказал он. — Вместе с пояснением