Развод в 45. Прямой эфир окончен - Виолетта Весна

Маргарита перевела взгляд на меня.

— Вы продюсер. Вам действительно выгоднее сложная версия?

Правильный финансовый ответ лежал на закрытом первом слайде. Миллион восемьсот тысяч, широкая рекламная поддержка, понятный трейлер. Если согласиться сейчас, можно было оплатить лизинг и не обсуждать ноябрь с командой.

— Коротко — нет, — сказал я. — Серия о мести дешевле продаётся с первого кадра. Но после трёх выпусков у неё заканчиваются бывшие мужья, а у нас остаётся формат, который без них не работает. Нам нужен контракт, который не убивает четвёртый эпизод.

Марина повернулась ко мне. Я смотрел на Маргариту, но заметил движение.

— Тогда другой вариант, — сказала Маргарита. — Без преображения, без слова «назло» и без нашего финального согласования выпуска. Мы получаем проверку интеграции и отдельно утверждённые промофрагменты. Сумма — полтора миллиона за три эпизода.

Разница составляла триста тысяч. Почти половину постоянных расходов студии за месяц. На эти деньги можно было закрыть часть лизинга и несколько зарплат, не трогая резерв. Отказ от первого слайда теперь имел точную стоимость, и это делало решение честнее любой речи о ценностях.

— Какие промоматериалы входят в меньшую сумму? — спросила Жанна.

— Три ролика по пятнадцать секунд, общая заставка партнёра, две публикации ведущей и ссылка на программу в описании. Без отдельной съёмки гардероба. Но нам всё равно нужен единый короткий тезис.

Марина взяла чистый лист и написала: «Следующий навык можно проверить».

— Слишком спокойно, — сказала Маргарита.

— Зато правда. В каждом ролике показываем проверку: расчёт заказа, точную деталь, подписанный документ или результат экзамена. Не обещаем, что обучение само исправит личную жизнь.

— Тогда сервис должен появляться до результата, а не в конце благодарностью.

— Появится в момент выбора инструмента, — ответила Марина. — Ольга ищет программу и допуск к практике. Другая героиня сравнивает курсы, график и цену. Мы можем показать, почему один вариант ей не подходит. Ваш продукт участвует в решении и имеет право оказаться неудобным.

Маргарита постучала ручкой по листу.

— Бренды обычно не платят за право оказаться неудобными.

— Зато зритель поверит удобному варианту, если увидит, что выбор был.

— Эту формулировку я заберу для финансового директора.

Она сфотографировала лист, но попросила Марину поставить дату и разрешить использовать только текст без изображения почерка. Марина дописала число и отправила фразу письмом. Даже внутренний слоган получил источник и согласованный способ использования.

Жанна спросила график платежей.

— Шестьсот тысяч первый транш после подписания. По четыреста пятьдесят после актов следующих двух эпизодов. Но до договора нам нужны показатели второго выпуска: не меньше двадцати пяти тысяч просмотров за первые восемь часов и удержание на десятой минуте не ниже сорока двух процентов.

— Второй уже снят за деньги Марины, — сказала Жанна. — Подтверждённые производственные расходы входят в первый транш как её вклад до распределения дохода.

— Документы покажете?

— Смету, заказ, платёж и приложение на дополнительную смену. Личные расходы не покажем, они не относятся к проекту.

— Этого достаточно.

Маргарита открыла проект коммерческих условий. «Новая глава» получала упоминание и маркированную интеграцию, право проверить сведения о своих программах и использовать только отдельно согласованные пятнадцатисекундные фрагменты. Права на формат не передавались. Истории участников не становились собственностью спонсора.

— Когда вы готовы подписать полный договор? — спросила Марина.

— После метрик второго эпизода и проверки правовой чистоты проекта. Наши юристы видят ваше трудовое прошлое и публичный конфликт. Нам нужно подтверждение, что контент создаётся отдельно от «Волков Медиа».

— Датированные версии концепции и производственные договоры предоставим, — сказала Жанна. — Корпоративные документы прежнего работодателя — нет.

— Подходит.

Маргарита отложила ручку.

— Теперь вопрос, без которого финансовый отдел не согласует график. Кто оплачивает производство до первого транша?

— Второй выпуск оплатила Марина, — ответил я. — Следующие два студия в ожидании финансировать не будет.

Марина посмотрела на меня уже прямо.

— Не будет или не может?

Вопрос требовал одного глагола. Я выбрал тот, который позволял не называть дату.

— Не может без риска для текущих обязательств.

— Насколько всё плохо?

Жанна перестала листать документ.

Я мог сказать: если два клиента заплатят вовремя, девятого ноября мы всё равно начинаем обсуждать сокращения. Мог назвать разрыв до конца декабря. Вместо этого обозначил часть правды, достаточную для текущей сделки.

— У студии кассовый зазор. Текущие выплаты закрыты, но в начале ноября придётся сокращать расходы, если не будет нового контракта. Поэтому третий эпизод запускаем только после первого транша.

— Почему я узнаю это сейчас?

— Раньше вы не отвечали по обязательствам студии.

— А когда я внесла девяносто тысяч в пилот?

— Ваш риск был ограничен договором. Наш — внутренний.

Ответ был юридически аккуратным и человечески слабым. Я услышал это сразу, но не исправил.

Марина закрыла свою копию условий.

— Мой риск