Сто великих морских легенд и суеверий - Николай Александрович Каланов

Однако скептики, среди которых видный геолог Роберт Шох, считают, что это природного происхождения: трещины и выветривание песчаника, сдвиги и обвалы, из-за которых и образуются ровные уступы и ступени. Они указывают на то, что порода здесь слоистая и при тектонических сдвигах она раскалывается по прямым линиям, создавая иллюзию искусственной кладки. Природа – лучший архитектор, утверждают они, и ей не нужны чертежи, чтобы создать совершенный куб или стену. Археологические артефакты, однозначно подтверждающие искусственный характер объекта (наличие культурного слоя, инвентарь, кладка), не выявлены. Ни черепка, ни инструмента, ни кости – океан вымыл всё, оставив лишь голый камень. В то же время длинные плоские плиты, ступени и площадки, похожие на коридоры, прекрасно складываются в рисунки, которые некоторые принимают за план улиц и площадей. Особенно впечатляют так называемые «петлевая дорога» и «верхняя терраса» – места, где, кажется, до сих пор слышно эхо шагов древних жрецов.

В религиозно-фольклорной традиции архипелага Рюкю море рассматривается как граница между мирами и пространство действия морских божеств. Острова Рюкю – это мир, где шаманизм переплетён с культом предков, а океан – это живая субстанция, прародина всего сущего. В японских преданиях часто встречается сюжет о подводном дворце Рюгу-дзё, где живёт владыка океана Рюдзин. Дворец этот построен из красных и белых кораллов, и время там течёт иначе: один день равен сотне земных лет. Сюжет старинного сказания о юноше-рыбаке Урасиме Таро, который спас черепаху и был перенесён ею в подводный дворец Рюгу-дзё – чертог владыки морей Рюдзина, – часто соотносит с подводными образованиями у Йонагуни, хотя прямых письменных источников о самом «городе» не существует. Местные старики говорят, что боги не строят городов для людей, но иногда позволяют людям увидеть свои обители.

Подводный монумент Йонагуни

В региональной культуре этих мест распространены представления о сверхъестественных обитателях моря – о русалках, духах – хранителях отмелей и о юрэй – душах утонувших, которые блуждают в поисках пути на берег. Жрицы береговых святилищ и общинных обрядов – норо и юта – призывают этих существ на каменных уступах острова. Одетые в белые одежды, с чётками из раковин, они стоят лицом к горизонту, туда, где небо сходится с водой. Молитвами и приношениями морю они просят «хранителей в подводных камнях» о тихой воде, хорошем улове и защите от тайфунов. Для них Йонагуни – это, возможно, Нирай-Канаи, мифическая земля богов, откуда приходит счастье и куда уходят души предков.

На каменных площадках складывают импровизированные алтари из гальки, оставляют дары морю: раковины, ткани, рис, рисовые лепёшки, соль и чашки саке. Ночью зажигают фонари и окропляют место морской водой, чтобы очистить землю от скверны. Соблюдаются табу, например не шуметь у кромки прибоя, не уносить камни с отмелей и не выходить в море в дни «гнева волн», когда духи требуют покоя. В народных рассказах скальные уступы у Йонагуни называют «вратами» в подводный дворец Рюгу-дзё. В дни штиля и прозрачной воды «проходы» между террасами будто подсвечиваются голубоватым сиянием, о чём нередко сообщают ныряльщики за жемчугом. Это свечение приписывают не одному планктону, а и «фонарям дракона», освещающим путь в глубину.

В общественных обсуждениях существует несколько противоречивых версий. Одни говорят, что это был центр древней, пока неизвестной культуры, уничтоженной землетрясением или подъёмом уровня моря в конце ледникового периода. Если эта теория верна, то Йонагуни старше египетских пирамид и шумерских зиккуратов, что может перевернуть всю историю человечества. Сторонники этой версии вспоминают легендарный континент Му, тихоокеанский аналог Атлантиды, который, по преданию, ушел под воду тысячи лет назад. Другие считают, что это следы цивилизации, которой около 10 000 лет, когда уровень океана был значительно ниже и эти скалы возвышались над сушей, служа ориентиром или святилищем. Есть и те, кто думает, что это природная скала, которую частично обработали люди и использовали для ритуалов или обороны, – так называемая «терраформа», где рука человека лишь подчеркнула замысел природы.

Вышедшие документальные фильмы «Нэшнл географик» (2018) и Би-би-си (2022) трактуют Йонагуни то как древний комплекс, то как природный феномен, что поддерживает устойчивый интерес у туристов и дайверского сообщества к «городу под водой». Дайверы со всего мира стремятся сюда, чтобы своими руками коснуться «стены» и проплыть через «арку», несмотря на сильные течения, которые делают погружение здесь опасным испытанием. Туристические ресурсы обычно подчёркивают нейтральную позицию: «Чудо или геология – решайте сами». Развалины Йонагуни стали частью фирменного стиля региона – от сувенирной продукции до выставок подводной фотографии, где массивные ступени, уходящие в синюю мглу, выглядят как декорации к фильму о забытых цивилизациях.

Йонагуни остаётся загадкой на пересечении науки и мифов. Как бы ни истолковывались подводные террасы, они служат напоминанием о том, что глубины океана хранят отголоски давно ушедших миров.

Винета – затопленная гордость Балтики

Винета – загадочный город, ушедший под свинцовые волны Балтики, но оставшийся жить в памяти, в монастырских хрониках и рыбацких легендах. С XV века его называют «Северной Атлантидой» – и неслучайно, ведь в этом образе причудливо переплетаются миф и история, соль морского предания и сухая строка летописи.

В Северной Европе веками рассказывали о богатейшем торговом городе, затонувшем за грехи и непомерную гордыню. Историки давно прослеживают связь легенд о Винете с реальным торговым центром на острове Волин. Арабский путешественник Ибрахим ибн Якуб около 965 года упоминал этот порт, где пересекались торговые пути Севера и Востока. Адам Бременский в 1070-х годах писал о «величайшем городе Европы» в устье Одры, где «живут славяне, варвары и греки». Исследования выдающихся немецких историков Рудольфа Вирхова и Альберта Хофмейстера первыми аргументированно связали легендарный «город под волнами» с реальным археологическим и торговым центром у устья Одры. Эта версия стала главной в научной традиции XIX–XX веков. Действительно, археологические раскопки на Волине выявили следы огромного поселения X–XI веков: ремесленные мастерские, гавань, иностранные монеты. Всё это подтверждает существование крупнейшего многоэтничного порта славян, чья слава гремела на всю Балтику.

Легенды о Винете создают целый пантеон образов, где каждый сюжет обрастает новыми подробностями и мрачными оттенками. Самый древний и устойчивый мотив – это история о гибели города за грехи и гордыню.

Море дало Винете всё: имя и хлеб, удобную гавань и фарватеры, купеческие пути и несметные богатства – рыбу и соль, янтарь и дорогие ткани, звон монет на рынках и огни пристаней в ночи. Оно сделало город узлом дорог и местом, где сходились языки, товары и судьбы. И тем же своим дыханием, приливом и отливом, море задавало городу меру благодарности, милосердия и воздержания от гордыни. Жители Винеты купались в богатстве и праздности, их рынки ломились от