Звенящие кедры России - Владимир Николаевич Мегре

– Значит, Анастасия без боли родила?

– Конечно, без боли. И день выбрала подходящий, тёплый, солнечный.

– Как выбрала? Рожают ведь неожиданно.

– Неожиданно, когда зачинают нечаянно. На несколько дней мать всегда может задержать или ускорить появление младенца.

– И вы не знали, когда она родить должна? Не стремились ей помочь?

– В этот день мы почувствовали. День прекрасен был. Пошли мы на её полянку. На краю полянки медведицу увидели. Ревела медведица от обиды. Ревела и лапой по земле изо всех сил колотила. Анастасия лежала на том месте, где мать её родила, и комочек маленький, живой у неё на груди. Волчица его облизывала.

– А медведица почему ревела? На что обиделась?

– Волчицу Анастасия подозвала, а не её.

– Так сама бы подошла.

– Без приглашения они никогда не подходят. Представь себе, какое столпотворение получится, если они без приглашения будут подходить, когда сами захотят.

– Интересно, как она сейчас справляется с ребёнком?

– Поехал бы и посмотрел, раз интересно.

– Она же сказала, что я не должен общаться с ним, пока не очищусь от чего-то там. Надо по святым местам проехать сначала. А достаточного количества денег нет.

– Мало ли чего она, алогичная, сказала, ты же отец. Действуй сам, как нужным считаешь. Накупил бы ползунков разных, пелёнок, распашонок, погремушек да потребовал одеть ребёнка по-нормальному, не мучить его. А то ведь голенький совсем в лесу.

– У меня такое желание и возникло, как услышал о сыне. Я так и сделаю. А про алогичность вы точно подметили. Наверное, потому у меня к ней и чувства какие-то непонятные. Сначала удивление, теперь уважение всё же появилось и ещё что-то непонятное. Но не такое, как любовь к женщине. Я помню, какое чувство было, когда влюблялся раньше в женщину. Сейчас что-то другое. Наверное, её и невозможно любить обычной любовью. Что-то мешает. Может, как раз её алогичность и мешает.

– Алогичность Анастасии, Владимир, – не глупость. Кажущаяся её алогичность духовные забытые законы из глубин Вселенной извлекает, а может, и новые создаёт.

Светлые силы и тёмные замирают иногда от её кажущейся алогичности, а потом вдруг ярче вспыхивает уже известная всем простая Истина бытия. Не всегда и мы нашу Анастасию можем понять. Хоть и внучка она наша. На глазах росла. А раз не всегда понимаем, то и помочь существенно не можем.

Потому часто одна она остаётся со своими устремлениями. Совсем одна. С тобой вот встретилась, открылась вся тебе и другим через книжку. Воспрепятствовать хотели мы. Любви её воспрепятствовать хотели. Непонятен и абсурден выбор её казался.

– Мне и сейчас её выбор непонятен. Читатели тоже вопросы задают. «Кто вы такой? – спрашивают. – Почему вас выбрала Анастасия?» Я ответить не могу. Понимаю, по всей логике рядом с ней должен был оказаться какой-нибудь учёный или духовный человек.

Он бы и понять её смог и полюбить. Пользы они вместе больше бы принесли. А мне свою жизнь менять приходится, разбираться со многими вопросами, которые для других, более просвещённых, уже давно ясны и понятны.

– Жалеешь теперь, что жизнь поменялась твоя?

– Не знаю. Осознать всё пока пытаюсь. А на вопрос, почему она меня выбрала, людям так и не могу ответить. Ищу и не нахожу ответа.

– И как же ты ответ ищешь?

– В себе разобраться пытаюсь – кто я такой.

– Может быть, в чём-то выдающийся. Да?

– Может, думаю, есть что-то. Говорят же, подобное притягивается подобным.

– Владимир, тебе Анастасия о гордыне, самости говорила? Говорила о последствиях этого греха?

– Да, говорила, что это смертный грех, уводящий человека от Истины.

– Не выбрала она тебя, Владимир. Не выбрала, а подобрала. Как никому не нужное и отжившее подобрала. Мы это тоже не сразу определили. Обиделся?

– Не совсем согласен я с вами. У меня семья была – жена, дочь, дела в бизнесе шли неплохо. Ну пусть я не выдающийся, только и не из последних, чтоб подбирать, как бомжа или что-то ненужное, брошенное.

– С женой у тебя в последнее время любви не было. У тебя своя жизнь и интересы, у неё своя. Только быт и объединял вас, а скорее инерция прошлых чувств, со временем всё более затухающих.

Дочери с тобой говорить тоже было не о чём. Бизнес твой её не интересовал. Только тебе и казался он значительным. Доход материальный приносил. Сегодня доход – завтра ничего или убыток, разорение.

Да и болен ты был. Чуть совсем не загубил желудок. С твоим образом жизни разгульным тебе было не выкарабкаться из болезни твоей. Всё было кончено. И не было ничего.

– А вам-то что? Ей я зачем? Для эксперимента? Расчёт какой-то сделала?

– Она просто полюбила, Владимир. Искренне, как во всём. И счастлива, что не взяла из вашей жизни никого, способного принести радость другой женщине. Не поставила себя в привилегированное положение. Рада тому, что она как все женщины.

– Значит, это блажь её? Хочет, чтоб, как у всех женщин было: курил, гулял… Надо же, какое самопожертвование для блажи.

– Её любовь искренняя. Без блажи и расчётов. Казавшаяся поначалу алогичной светлому и тёмному, нам и другим, она ярко в реальности высветила понятие и смысл Любви. Не словами, поучениями и нравоучениями, а реальными свершениями в вашей, твоей жизни.

Силы света, Творца говорят через её Любовь. И не просто говорят, показывают явью, как до сих пор ещё ни разу не показывали: смотрите, какова сила женщины, сила чистой Любви.

За мгновение до смерти она может дать новую жизнь. Поднять любимого человека, вырвать его из цепких лап темноты и унести в светлую бесконечность. Окружить Пространством Любви и дать вторую жизнь, жизнь вечную.

Её Любовь, Владимир, вернёт тебе любовь твоей жены, уважение дочери. Тысячи женщин пылающими взорами любви будут смотреть на тебя. У тебя будет полная свобода выбора. И если из всего многообразия внешнего проявления любви тебе удастся увидеть и понять ту одну, она будет счастлива.

Но в любом случае ты будешь знаменит и богат, тебя невозможно будет разорить. Написанная тобой книга будет разлетаться по миру и приносить тебе доход, и не только материальный, она тебе и другим будет давать силу большую, чем физическая, материальная.

– Книжка действительно начинает хорошо раскупаться. Но я сам написал её, хоть некоторые люди говорят, что Анастасия тоже каким-то образом помогала. Как вы считаете,