Медея - Ли Литвиненко

оборотень сделал шаг, другой. Вплотную подошёл к бурой самке. Та обижена заскулила. Просила, нет, требовала помощи. Наклонился поддел головой под темное брюхо. Помог подняться и придерживал пока она делала первые шаги. Самка смешно ступала, путаясь в лапах, удивленно махала хвостом. Шустрая, быстро освоилась с четырьмя конечностями и принялась бегать по полянке игриво помахивая хвостом.

– «Пойдем со мной, – позвал оборотень. – Я научу тебя петь волчьи песни».

Она послушалась, доверчиво пошла следом, с каждым шагом все увереннее ступая в высокой траве. И вот они уже мчатся наперегонки. Она игриво прыгает на него, кусает за холку, дергает за хвост. Приятно. Куснул в ответ и услышал испуганный визг. Трусиха. Ведь совсем не больно, только шерстку помял. А она обижено задрала хвост и побежала в стороне. Ну нет, так не пойдет. Давай мирится. Догнал и свалив в траву облизал мордочку. На него недовольно фыркнули. Простила?

Играясь и возясь в высокой траве, волки поднялись на вершину холма. Какое ясное сегодня небо. Полнолуние. Ночное светило подсвечивает всё вокруг золотым волшебством. Здесь, на высоте, луна такая близкая и деревья не мешают любоваться ею.

Оборотень поднял голову к небу и завыл. Радостно, мелодично. Волчица слушает, наблюдает, потом подходит, садится рядом и начинает подвывать. Они касаются поднятыми вверх мордами и поют свою песню вместе. Глаза волчицы прикрыты от удовольствия, ей нравиться, а он абсолютно счастлив. Волчья песня разносится над болотами. Где-то совсем рядом её подхватывают и вот это уже не песнь одной пары, а целый волчий хор.

Лали вынырнула из сонного царства от напора силы. Её распирала энергия. Хотелось бегать, прыгать и орать от счастья. Ох, как же давно она не чувствовала себя настолько хорошо. Девушка, улыбаясь повернула голову и увидела мужчину, который обнимал её во сне. Вернее сказать парня. Он приблизительно одного с ней возраста. Тесно прижавшись друг к другу, они лежали в центре поляны, прямо на траве. Голые.

Аккуратно выскользнув из его рук, Лали села. Никогда раньше она не видела обнаженного мужчину. Щеки её стыдливо зарумянились.

– Пара, – стеснение быстро прошло, когда Лали вспомнила что это её муж.

Самый что ни наесть настоящий, волчий муж. Они всю ночь бегали вместе, а когда под утро перекинулись в людей, она была голой. Обидно. Тогда он разделся чтоб обнимать её и согревать своим телом. Стеснение Евлалии совсем рассеялось, осталось только любопытство. Пока Ксинит спал, она решила разглядеть его во всех подробностях.

Оборотень был красив как бог! Когда она выскользнула из его рук, спящий оборотень развернулся. Теперь он лежал откинувшись на спину и подставив восходящему солнцу своё тело во всей красе.

У него черные волосы длинные, ниже плеч. Густые, чуть вьющиеся. Так красиво разметались по зеленой траве, хоть сейчас можно писать с него картину. Лицо спокойное с крупными, немного резкими, чертами. Высокие скулы, ярко выражены. Не совсем обычно для человеческого лица, но оборотню такая резкость только добавляла мужественности. Нос прямой. Губы тонкие, но не слишком. Нижняя чуть больше, пухлее, отчего вид у оборотня как у капризного принца.

Взгляд Лали очертив лицо скользнул ниже, на мощное тело, которое все казалось, состояло из тугих мышц. Они бугрились под ровной, успевшей уже загореть коже. Такой приятный смуглый оттенок. Широкая грудь, не густо заросла черными волосками. Они темной дорожкой спускаются по плоскому животу, прямо к курчавому треугольнику. Взгляд Лали замер в нерешительности, она слабо представляла, как выглядит мужской детородный орган. Просто знала, что мужчина и женщина отличаются. Волчица, которой она теперь на половину была, любопытно облизнулась. Почему бы и не посмотреть?

Ксинит, словно почувствовав ощупывавший его взгляд, потянулся и проснулся. После сна осталось чудесное ощущение абсолютного счастья. Как будто что-то грандиозное произошло в его жизни. Словно она кардинально изменилась и не будет теперь прежней. Открыл глаза.

Рядом сидела голая оборотница и жёлтыми глазищами рассматривала его. Как покрывало её прикрывали густые, длинные волосы. Лицо прекрасное, с бледной, чистой кожей. Нежной, полупрозрачной как листья лунной лилии.

– Привет, – она улыбнулась и чуть наклонилась к нему, опираясь на правую руку.

Волосы скользнули в сторону, оголяя плечо и маленькие острые груди. Ксинит уставился на торчащие коричневые соски и с трудом глотнул.

– Тебе не стыдно? – спросил не подумав, первое, что пришло в голову.

– Нет, – покачало головой. – А тебе? – она нагло уставилась на него золотыми глазами. Что-то знакомое… такое подозрительно знакомое было в этом взгляде.

– Ну… Как-то не привычно, – до Ксинита только сейчас дошло, что он тоже, абсолютно голый.

Поспешно прикрыл руками пах. Пусть он не мальчик, но щеголять перед незнакомыми дамами своими причиндалами не собирался. Кто она вообще такая и откуда взялась?

И тут его осенило.

– Лали?!

– Да, моя пара.

Обитель словно развороченный муравейник была полна хаоса. Все девочки заняты поисками.

– Я так виновата, – рыдала Дина и растирала слезы по распухшим щекам. – Должна была следить, а сама проспала. Она наверняка умерла. Замерзла и умерла, – девушка заревела с новой силой.

– Пожалуйста успокойся и просто зови её. Зовите все! – приказала Берта и пошла к калитке.

– Ты думаешь, она смогла выйти со двора? – Агаша следовала за ней.

– А куда ещё? Мы осмотрели тут всё. Лали нигде нет.

– Лали, – закричала Дина.

– Лали, – звали остальные девочки и стали оглядывать кусты вокруг обители.

– Где же она? – Берта рассматривала высокую траву. Бедняжка наверняка свалилась в нее и лежит совсем рядом.

– Её унёс волк, – прошептала Чаруна.

– Думаешь? Но ведь Церус не говорил нам что её выбрали.

– Её унёс волк! – радостно заорала Чаруна и пальцем показала на тропинку.

В далеке показалась парочка, державшаяся за руки. Парень высокий и статный, с голым торсом. На нем только штаны. Девушка растрепанная и босая, одета в мужскую рубашку, доходившую ей до колен. Прекрасная и свежая, с венком колокольчиков на голове.

– Как богиня весны, – прошептала Чаруна.

– Это Лали? – шокировано спросила Берта.

– Наша Лали? – не поверила Агаша.

– Она самая, – восторженно взвизгнула Чаруна и бросилась навстречу молодой парочке.

Девушки побежали за ней. Лали окружили, принялись обнимать и целовать. На двуликого совсем не обращали внимания и плавно оттеснили его в сторонку. Неужели они когда-то боялись оборотней? Что за чушь.

– Странные, – потер подбородок Ксин. – Вроде рады, а сами плачут.

– Видно такая человечья традиция, – пояснил Сардер вдруг оказавшийся рядом.

– А ты..? – растеряно уставился на него Ксинит.

– Как и ты, – кивнул Сардер и указал на Зою.

Та крутилась перед удивленной Бертой, демонстрируя чистую кожу и кучеряшки, которых кажется стало в два раза больше.