Римское государство и право. Царский период и эпоха Республики - Алексей Борисович Егоров

Всадническая и сенаторская военная карьера начиналась, как правило, со службы в кавалерии, в качестве контубернала полководца или офицера при штабе главнокомандующего, после чего начиналась военная служба в качестве трибуна или префекта, а затем и служба в качестве квестора, после чего становилась возможной военная и политическая карьера. Рассматривая известных нам всадников, французский историк Кл. Николе отмечает, что значительное число их фигурирует в качестве военных трибунов и префектов, причем на этих должностях служили как всадники, так и сенаторы. В целом командный состав римской армии испытал на себе влияние принципа сословности, когда должности центурионов занимали представители плебеев, а офицерские должности (трибуны и префекты) — всадники и сенаторы. Высшие же командные должности могли занять только представители сенатского сословия и нобилитета.

Судебная система

Римской республики

Римская судебная система проделала эволюцию от магистратского суда к развитой организации судебной структуры. В римском процессуальном праве имело место ведение судебных процессов должностными лицами. Правом юрисдикции обладали вначале консулы, а затем преторы, в присутствии которых обычно и происходили судебные процессы. Преторы изучали материалы обвинения и делали предложения по ходу процесса, начиная с назначения специальных судей (iudices) и кончая утверждением приговора, причем в случае назначения iudices утверждение со стороны магистрата было обязательным. Магистраты могли также разбирать дело сами. Кроме преторов юрисдикцией обладали цензоры, эдилы и квесторы. Особую категорию составляли дела в армии, которые разбирались непосредственно магистратами с imperium. Если в ведении консулов и преторов находились, как правило, дела, связанные с уголовными преступлениями, то цензоры разбирали дела, прежде всего касающиеся нарушения прав гражданства, эдилы — нарушения правопорядка в Риме. Законы XII таблиц предусматривали ведение имущественного процесса либо перед магистратами, либо перед народным собранием.

Основной тип гражданского процесса носил характер легисакционного, когда стороны на первой стадии (in iure) являлись к судебному магистрату, который разбирал дело, затем он передавал его присяжному судье или специальной коллегии, а после решения утверждал приговор. Такая же процедура, т. е. участие магистрата и судьи, предполагалась в формулярном или экстраординарном процессе. Судебная процедура была довольно проста. Стороны должны были договориться, а если этого не случалось, то дело передавалось магистрату, который и организовывал процесс. Наряду с магистратским судом существовал и суд народного собрания, имевший особое значение в ранние периоды. В ведении комиций находилось (см. главу 5) как апелляционное право, так и тяжелые преступления (государственная измена, дезертирство, стремление к захвату царской власти). Обвинителем в процессе выступал кто-либо из магистратов, который готовил дело для народного собрания и проводил обычную процедуру голосования[93].

Следующим этапом стало создание постоянных судебных комиссий, вначале decemviri stLitibus iudicandis, решающих вопросы о свободе граждан, а затем специально выбираемых центумвиров (150 судей, избираемых по трибам)[94]. В 149 г. до н. э. происходит важная перемена в судебной системе, связанная с появлением quaestiones repetundarum, постоянных судов, утвержденных по закону Кальпурния Пизона о вымогательствах и злоупотреблениях в провинциях (crimen repetundarum), затем в ведение такого рода судов переходят и дела по оскорблению величия римского народа (crimen maiestatis)[95].

Первоначально судьями были сенаторы, однако по закону Гая Гракха от 122 г. до н. э. суды о вымогательствах были переданы всадникам. Сведения об этом законе довольно разнообразны. Согласно Аппиану, Веллею Патеркулу и Диодору (Арр. В. С., I, 22; Vell. II, 6; Diod. 35, 48), всадникам были переданы суды, по Ливию и Плутарху, к 300 сенаторов было добавлено 300 человек из всаднического сословия (Liv. Epit., 60; Plut. G. Gr., 5). Скорее всего, более предпочтительна первая версия: сенат не пополнялся, а суды передавались в руки всадников. Передача судов всадникам имела значение в смысле конституирования всадничества и создания независимой судебной власти, и хотя тезис о создании противовеса сенату в лице ordo equester был опровергнут Кл. Николе, есть основания полагать, что реформа Гракхов начала процесс политического конституирования всадников, завершившийся при Империи.

Вопрос о судах стал на некоторое время предметом политической борьбы. Так, видимо, в 106 г. до н. э. был принят закон Кв. Сервилия Цепиона о возвращении судов сенаторам (Cic. Verr., I, 13, 37; Vell. II, 32), в 104 г. до н. э. по закону Сервилия Главции произошла реставрация гракханского закона. Законы были вновь отменены Суллой, который вернул суды сенаторам (Cic. Verr. I, 13, 37; Vell. II, 32). В 70 г. до н. э. в консульство Красса и Помпея по закону Аврелия Котты была введена новая система судов, согласно которой судебные комиссии состояли теперь из трех сословий: сенаторов, всадников и эрарных трибунов (Cic. Verr., I, 3, 37; Vell. II, 32). Сообщение Аскония, видимо, довольно точно передает смысл этой реформы, в то время как Веллей пишет о разделении мест между сенаторами и всадниками (Vell. II, 32), а Ливий — о передаче судов всадникам (Liv. Epit., 97). Этот компромисс, описанный указанными авторами, сохранялся до конца Республики. Претор имел список из нескольких сот человек, а для конкретного процесса назначались только несколько десятков судей, приводившихся к присяге.

С Суллой связано и другое важное новшество, а именно организация других quaestiones perpetuae, введенных для преследования отдельных преступлений, определенных законом и заменивших quaestiones ехtraordinariae. Сулла в соответствии с изданными им суровыми законами организовал отдельные суды, связанные с подлогами и лжесвидетельствами, а также убийствами (quaestiones publicae de falso, de parricidio, de sicariis).

Наконец, еще одним элементом римской судебной системы были процессы, проводившиеся перед сенатом и народным собранием. Процессы, проходившие перед сенатом, носили обычно чрезвычайный характер (например, дело катилинариев в 63 г. до н. э.), причем в своих решениях сенат руководствовался прежде всего соображениями безопасности государства. Будучи политическим органом, сенат мало участвовал в непосредственно судебной деятельности. Вместе с тем судебная роль народного собрания оказывалась крайне важной благодаря provocatio ad populum. Право provocatio появилось еще в царскую эпоху и было зафиксировано в Законах XII таблиц. После достаточно длительного развития законы о провокации были в основном сформированы уже ко II в. до н. э. Во II в. до н. э. действовали законы Порция Катона, а с 123 г. до н. э. действовал закон Гая Гракха, наказывающий магистрата, изгнавшего гражданина без предоставления ему возможности использовать право провокации (Plut. G. Gr., 4).

Таким образом, в Риме возникла достаточно разветвленная система организации юстиции. Это прежде всего юрисдикция магистратов, система quaestiones, а также сенатская и комициальная юрисдикция. Если на первом этапе доминировала непосредственная юрисдикция властей, особенно магистратов, то в конце республиканского периода произошло отделение (насколько это было возможно в римских условиях) судебной власти от административной. Важнейшим элементом римской судебной системы было право апелляции к народному