После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова

— Я вам не верить запрещал. Я просил не торопиться.

Она улыбнулась.

Такие разговоры становились всё более привычными.

Это было опасно.

Не сами разговоры.

То, как легко Эстелия начала ждать их.

Рейнар теперь приезжал утром и уезжал поздно вечером.

Несколько раз оставался ночевать в Равенне.

На четвёртый день Тесса заявила, что это бессмысленно.

— Он каждый вечер едет двенадцать миль вниз, чтобы утром проехать двенадцать миль вверх.

Эстелия продолжила проверять счета.

— Люди часто ездят туда, где живут.

— У него проверка здесь.

— Знаю, я его с утра до вечера вижу.

— А маленькая комната рядом с бывшей канцелярией пустая.

Эстелия подняла голову.

— Ты хочешь его туда поселить?

— А чем плохо?

— Потому что там нет нормальной кровати.

— Олдер поставит.

— Не так это делается.

— Окно целое.

— Тесса, послушай…

— Печь тоже.

— Ты уже всё там осмотрела?

Помощница экономки посмотрела на неё совершенно невинно.

— Конечно. Зачем человеку столько ездить, если можно жить при работе?

— Рейнар сам решит, где ему жить.

— Так и спросим у него.

На следующий день он перенёс вещи в маленькую комнату рядом с библиотекой.

Эстелия ничего не сказала Тессе.

Тесса тоже ничего не сказала.

Её лицо говорило достаточно.

Популярность курорта росла быстрее, чем количество комнат.

На стойке появилась отдельная книга ожидания.

Через несколько дней в ней уже было больше тридцати имён.

Люди соглашались приезжать без ночёвки.

Эстелия ввела дневное посещение.

Бран проводил две прогулки по горной дороге вместо одной.

Марта потребовала ещё одного помощника.

Олдер нанял двух местных парней для конюшни и дорожек.

Нейра, которая раньше почти не разговаривала с гостями, теперь отвечала за заселение, потому что выяснилось: она помнила людей лучше всех.

— Комната семь готова? — спросила Эстелия однажды утром.

— Господа Орсен выехали час назад. Убираем.

— Из шестой уже можно брать бельё?

— Госпожа Вирен остаётся ещё на два дня.

— Она должна была уехать сегодня.

— Сегодня попросила продлить. На эти дни было свободно.

— Почему мне никто не сказал?

— Я в книгу внесла, вот здесь.

Нейра показала книгу.

Действительно.

Эстелия вздохнула.

— Хорошо, вижу. Это я не дочитала.

Девушка улыбнулась.

— Вы теперь тоже говорите это слово.

— Не рассказывай Кальдэну.

— Уже поздно.

Эстелия повернулась.

Рейнар стоял в дверях.

— Вы опять подкрадываетесь.

— Я вошёл через открытую дверь.

— Хоть каблуком стукните. Я всякий раз вздрагиваю.

— Постараюсь, чтобы вы услышали.

Нейра забрала книгу и ушла.

Эстелия посмотрела на Рейнара.

— Вы ко мне с чем-то пришли?

— Пришёл показать вам кое-что.

— Хорошее или плохое?

— Сначала посмотрите. Сам ещё не решил, радоваться ли.

— Ну идёмте, будем решать вместе.

Они спустились в подземный зал.

На столе рядом с картой лежали несколько листов.

Рейнар развернул один.

— Мы с Тереном сверили размеры.

— Удалось понять, что стало со вторым домом?

— Восточный комплекс, скорее всего, существует.

Эстелия почувствовала, как внутри поднимается знакомое желание немедленно куда-нибудь идти.

— Где вход?

— Не спешите.

— Я только спросила. Хотя уже жалею, что спросила медленно.

— Вот поэтому прошу дослушать.

Он показал на карту.

— Один проход должен начинаться за седьмой дверью. Второй выходил наружу выше восточного склона.

— Наружный выход найти удалось?

— Снаружи сейчас скала.

— Значит, обвал.

— Иначе трудно объяснить эту скалу на месте выхода.

— А седьмая дверь?

— Пока так и не поддалась.

Эстелия посмотрела на дверь с пустым кругом.

— Значит, опять ждать, пока проснутся все семь?

— Может оказаться, что да.

Она промолчала.

Рейнар заметил.

— Вы даже не попросили более точный ответ.

— Силы ещё понадобятся.

— На что вы их бережёте?

— На открытие третьего источника.

— Эстелия.

Она улыбнулась.

— Не смотрите так. Это была шутка.

— Я уже представил, что вы пойдёте делать.

— Иногда можно просто посмеяться.

— Когда будете шутить о чём-нибудь, что не собираетесь осуществить.

Эстелия покачала головой.

Потом снова посмотрела на карту.

Дворец, который она считала огромным, действительно был лишь частью комплекса.

Сколько людей когда-то здесь работало?

Сколько гостей принимали?

Почему место закрыли?

Почему второй дворец оказался отрезан?

И кто замуровал архив?

Вопросов становилось больше.

Вместе с ними росло странное чувство.

Не тревога.

Принадлежность.

Эстелия приехала сюда, потому что не хотела зависеть от бывшего мужа.

Потом осталась, потому что нужно было спасти собственность.

Теперь же ей хотелось узнать сам дом.

Не продать его.

Не доказать Кайдену что-либо.

Не выиграть спор.

Понять.

Это изменение произошло так незаметно, что она заметила его только сейчас.

— О чём думаете? — спросил Рейнар.

— Что не хочу отдавать «Семь облаков».

— Я это понял ещё при разговоре с Кайденом.

— Тогда я цеплялась за то, что он отдал мне при разводе. Хотела сохранить хоть что-то своё.

Он ждал.

— А теперь дело в самом доме?

Эстелия провела пальцем по каменной линии, обозначавшей старую галерею.

— Да. Я здесь живу. Хочу знать, что с ним было и что ещё можно сделать. Другое имение мне вместо этого не нужно.

Рейнар посмотрел на карту.

— Это мне знакомо.

— Вам тоже?

— Да, знакомо.

— Где у вас такое место?

Он не ответил сразу.

Эстелия привыкла: если вопрос касался проверки, Рейнар отвечал быстро. Если его самого — сначала решал, сколько сказать.

— Пепельный Хребет, — произнёс он наконец. — Большая часть земли там неудобна, дороги зимой закрывает снегом, а урожай хуже, чем в соседних владениях.

— Не заманиваете вы гостей на Пепельный Хребет.

— Я отвечаю вам, а не гостей зову.

— И всё равно любите его.

— Да.

Одно слово.

Без объяснений.

Эстелии этого хватило.

Она посмотрела на него.

Он стоял совсем близко.

Ближе, чем обычно.

Наверное, потому что оба наклонились над картой.

Ей следовало отойти.

Эстелия не отходила.

Рейнар тоже.

Между ними не происходило ничего.

Именно это делало момент таким заметным.

Не прикосновение.

Не признание.

Даже не флирт.

Только осознание, что если один из них сделает полшага, расстояние исчезнет.

Рейнар опустил взгляд на её лицо.

Эстелия почувствовала это раньше, чем встретилась с ним глазами.

Она могла бы пошутить.

Сказать что-нибудь о проверке.

Напомнить, что на карте ещё семь дверей.

Они слишком часто спасались словами.

На этот