Лед и сердце вдребезги - Дарья Волкова

И Саша без предупреждения поехал к Инне в офис. А дальше случилось то, что часто показывают в сериалах, а с Сашкой случилось в реальной жизни. Он сначала даже не понял, что происходит, и чуть не выдал своего присутствия. А потом сообразил.

Он зашел в кабинет Инны. Она стояла у окна, повернувшись спиной к двери, и разговаривала по телефону. Ответов собеседника Инны Саша не слышал — они звучали в крошечных беспроводных наушниках в ее ушах. А вот слова Инны Сашка прекрасно слышал. Занимательные слова. Потому что речь шла о нем.

— Да престань ты. Ну что значит, гордости нет? Мама, при чем тут гордость? Я хочу за него замуж, понимаешь? Нет, ты не понимаешь. Мам, у него же имя. Ты помнишь все его регалии? Ну, так освежи память. Ну и что, что он ушел из профессионального спорта? Ты знаешь, сколько он из этого спорта унес? Ты знаешь, сколько у него в недвижимость вложено? А я знаю! А семья у него какая, ты помнишь? Вот именно. Мам, я глазам своим не поверила, когда увидела его в первый раз в ледовом дворце. И ты думаешь, я теперь его отпущу? Да не знаю я, что с ним! Ну, точнее… Догадываюсь. Скорее всего, перепихнулся с этой… С которой он в шоу выступал. Алфеева, кажется. Ну и что? Мам, мужики все гуляют. Это еще не повод отпускать его. Все, мам, и не знакомь меня больше ни с кем. Это совсем не варианты на фоне Кузьменко. Я серьезно. Я разрулю. Саша будет мой. Ой, ну хорошо, оставь этого, с которым я вчера ужинала, в резерве. Давай. Целую.

Инка повернулась. Оказывается, она очень хорошо умеет собой владеть. В ее лице почти ничего не дрогнуло, когда она увидела Сашу. Инна медленно вытащила из уха один наушник, потом второй.

— Ты все слышал?

— Я слышал достаточно.

— Я могу все объяснить.

— А все и так предельно ясно.

— Плакать и убеждать бесполезно?

— Знаешь, я очень рад, что у тебя есть этот… резерв.

* * *

Разумеется, всего этого Саша не стал рассказывать Алле. Он ограничился коротким «Мы расстались». И ее этот ответ устроил.

Они какие-то время молчали, Алла в его руках затихла и едва слышно сопела ему в шею. А он думал о том, что после такого офигенного минета он обязан выдать не менее фееричный ответ. Что Алла наверняка на это рассчитывает. Да он и сам этого хочет! Но раз уж она затеяла этот разговор именно сейчас, то надо его закончить. У Саши тоже есть вопросы к Алле.

— Слушай… Я тоже хочу спросить. А куда делся этот твой… олень? Ты же с другим парнем каталась? Какой-то Илья.

Алла едва слышно хмыкнула ему туда же, в шею.

— Я с Леонидом больше не сотрудничаю. Я изменила состав, у меня теперь другой солист в шоу.

Как все по-деловому. Но какого же черта он тогда тебя за задницу лапал?!

— Ты спала с ним? — выпалил Александр.

— Когда-то. Когда мы катались вместе.

— А сейчас?

— Уже давно нет.

Он хотел услышать эти слова. Но и их было мало.

Алла подняла голову и недоверчиво на него уставилась.

— Саш… Ты что, ревнуешь?

Отпираться было бессмысленно.

— Представь себе. И к оленю, и к этому… Кто он там по сюжету, я так и не понял.

— Саша!

— Все, хватит разговоров, — он опрокинул ее на кровать и потянул топик вверх. — Мне нужны стопроцентные гарантии, что ты моя. И только моя.

И вообще, почему это на ней столько одежды, когда сам Саша голый?

Он это быстро исправил. И снова завис от ее наготы. Ну, красивущая же! Такая, что Сашка вдруг почувствовал себя лет на двадцать моложе. Когда ты просто не веришь, что эта нереально красивая девчонка — в постели с тобой.

Ой, лишь не повторился тот позор первого раза. Не должно бы, по идее. Но сердце бахало, как тогда. И то, что сексуальное напряжение было не так давно сброшено, сейчас не имело никакого значения. Сашу снова замкнуло.

Он целовал ее — старался медленно и нежно, только набат сердца гнал быстрее, гнал вниз. Но он все же постарался не пропустить ни одного сантиметра гладкой нежной кожи перед тем, как, преодолевая легкое сопротивление, развести в стороны стройные бедра.

— Саша… — выдохнула Алла беспомощно.

— Пора сравнять счет.

Он захлебывался в этих поцелуях, тонул в них. Никогда так не было. Никогда так не хотелось. Никогда он не видел, не чувствовал такую отдачу. Как будто реально отлетели двадцать лет, и Алла — его первая девушка. И Сашу уносит.

Он отстранился. Быстро поймал губами ее жалобный всхлип. И прижался к ней внизу.

Плоть к плоти. Идеально. Она внутри идеальна для него. Но и снаружи тоже. Все эти нежные изгибы и лепестки идеально созданы для того, чтобы скользить и тереться о них уже почти болезненно чувствительной головкой. И самому от этого окончательно тупеть и глохнуть — от этого запредельного по откровенности контакта, от всхлипов и стонов Аллы, от того, как она ерзает под ним, подстраиваясь, добавляя жара между ними, требуя и умоляя.

В какой-то момент в голове зазвенело совсем громко и пронзительно, и Саша резко отстранился. Чуть не ослеп. От блестящей припухшей влажности. От того, как дрожат бедра Алла. А потом он опустил взгляд и увидел, как ниже пульсирует вход. Требуя и умоляя о соединении двух тел.

Тут Сашу сорвало окончательно, и он в одно резкое движение отдался на волю этой сладкой жадной пульсации. Во второе движение ножки Аллы оказались перекрещенными на его пояснице. И его глухое «Да-а-а-а…» слилось с ее горловым «М-м-м-м…».

Им уже не надо было долго и нежно. Им обоим было надо яростно и быстро. И все же Алла успела первой. Ее жаркая пульсация забрала под свой тотальный контроль Сашино удовольствие. И он сорвался за ней буквально через несколько секунд.

* * *

Наверное, это правильно, что они поговорили до. Потому что после говорить уже не было сил. Да и потребности тоже не было, если честно. Они с Аллой продышались по отдельности, а потом Саша сгреб ее, прижал к себе. Почувствовал, как ее губы коснулись его шеи, как она закинула ногу ему на бедро. Вот-вот, их фирменная поддержка. И идеальная поза для сна.

Уснул Саша с улыбкой на губах.

* * *

Проснулась Алла