Клеймо мажора - Любовь Попова

возле кафе, вызывая себе такси через приложение. Вечер субботы, область, приедет только через двадцать минут, но мне хорошо, хорошо, что я хотя бы решаюсь все это провернуть. Хотя еще шепчутся отголоски страха попасть в тюрьму, но Ася права, если создать прецедент, то если я и не посажу Данте, то как минимум стану от него свободной, потому что семья Распутиных живет по тем же принципам, что и моя, по правилам внешних приличий. А значит, сделают все, чтобы замять эту историю. Могут просто убить меня, но тогда им придется столкнуться со всей правдой, а могут сделать меня свободной.

Наконец приезжает такси, и я сажусь в него, последний раз взглянув на столовую, где вовсю веселятся гости. Потом машина резко тормозит, водитель матерится.

— Совсем стыд потеряли, трахаются прямо на парковке, — плюется он, а меня любопытство заставляет посмотреть по направлению его взгляда.

Все внутри обрывается, когда я вижу Данте, на коленях перед которым стоит Танька, совершенно не стесняясь, вылизывая его член.

Данте демонстративно зажимает ее голову руками и натягивает на свой член, а она даже не сопротивляется. Смотрит Распутин при этом прямо на меня, словно показывая, насколько ему плевать на все, что я планирую сделать. Плевать на меня…

И мне должно быть радостно, что он нашел другой объект для секса, но откуда – то берется горечь во рту, недоумение, ведь он был так одержим мною, грозился влюбить в себя несмотря, ни на что, а теперь, сам, по сути, показывает, как легко найти замену.

И один лишь вопрос крутится в голове все время. «Почему?»

Я закрываю глаза и отворачиваюсь, чувствуя в горле дичайшее жжение как от изжоги, вспоминая его слова:

«Совсем скоро я скажу, что ты свободна, а уходить ты не захочешь, потом что будешь счастлива только со мной».

Мотаю головой, потому что это невозможно, потому что с ним я не была ни секунды счастлива… И не была бы, не надо себя обманывать. Лучше свобода и одиночество, чем полная зависимость от другого человека и не важно, эмоциональная или на основе шантажа.

Такси едет очень медленно, я уже успеваю вспомнить весь план, который мы накидали с Асей. Мама, не прекращая, пытается мне дозвониться, так включаю режим полета и захожу в заметки. Там по памяти записываю тот самый план... И начну я прямо сегодня, пока Данте резвится на свадьбе с моей двоюродной сестрой.

«Всегда хотел найти жирную, невоспитанную свинью и валяться с ней в грязи»

Получается, правду сказал, раз выбрал именно ее для секса. Танька даже будет рада воплотить все его мерзкие фантазии и слова против не скажет.

Такси, наконец, довозит меня до общаги, и я поднимаюсь к себе в комнату. Тут же натыкаюсь на заспанную Асю.

— Привет…

— Прости меня. Я зря на тебя обижалась.

— Это ты меня прости за трусость. Ты была права надо действовать.

— Что? Ты серьезно? Если это из–за меня, то не надо!

— Ты тут не причем! Просто я поняла, что не хочу превратиться в свою мать и жить внешними приличиями. Лучше пройти это и стать свободной. Как думаешь?

— Думаю, что поддержу любое твое решение. Ведь именно так поступают друзья.

Она сама делает первый шаг, подходит и крепко меня обнимает. А я закрываю глаза, стирая из памяти образ красивого подонка, которому еще предстоит сказать, что он мне больше не хозяин.

В этот момент дверь нашей комнаты сотрясется от стука… Мы с Асей резко расходимся и смотрим друг на друга...

- Люба, открывай... - раздается голос Данте...

Глава 27.1

— Хочешь, я схожу, — выступает Ася, но я качаю головой.

— Я сама, — и конечно это никак не связано с тем, что мне хочется услышать хоть долю объяснений. Или очередное жизнь дерьмо… Но почему так демонстративно, что хотел показать? Что ниже падать некуда?

Иду к двери, наполняя легкие воздухом, и шумно выдыхаю, готовая к очередной битве… Сегодня я готова к ней. И во многом благодаря тому, что показал мне Данте.

Отрываю, врезаясь взглядом в дьявольски красивое лицо Данте. Мы несколько секунд стоим неподвижно. Не знаю, о чем думает он, а у меня перед глазами сцена на парковке.

— Выходи.

Слушаюсь его последний раз, только чтобы Ася не видела и не слышала этой грязи.

Закрываю дверь и иду к окну, на подоконник которого запрыгнул Данте.

— Я правильно понимаю, что сказав все матери, ты готова пойти в тюрьму?

— Да. Но перед тем как я туда пойду, каждый в стране узнает, что ты из себя представляешь.

— А посадить меня не хочешь?

— Я не настолько наивна, чтобы не понимать, что доказательств нет, но достаточно, чтобы слава о тебе прогремела на всю страну. А если я умру, — вскидываю голову. – То статьи о том, кто это сделал, прогремят по всей стране.

Данте вдруг рассмеялся, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности.

— Ты слишком ничтожна, чтобы марать о тебя руки, — он вдруг поднимает кофту и достает что – то из ремня. Труба белого цвета тут же раскрывается в папку. Данте тут же протягивает ее мне.

— И что это значит?

— Что ты мне больше не интересна.

Дрожащей рукой забираю папку, не черта не понимая…

— Очередная манипуляция?

— Нет, просто заебало видеть твою кислую мину каждый раз, когда ты меня видишь. Твоя сестра мне нравится больше. За снятую хату в центре и шмотки готова не то, что в жопу давать, готова обслуживать всех моих приятелей.

Сжимаю в кулаке картон папки, слушая Данте, говорящего, словно на другом языке.

— Она станет твоей содержанкой?

— Именно. Оказалось это лучше, чем шантажировать. И можно получить все, а не выдавливать каждый минет.

— То есть помимо вседозволенности, нужно чтобы девушка еще и довольна этим была?

— Безусловно, иначе не интересно. Хочешь на ее место?

— Нет! — прижимаю к себе папку, смотря на то, как Данте спрыгивает с высокого подоконника, подмигивает мне и просто уходит. Я все еще смотрю на место, где только что стоял мой мучитель и не могу осознать произошедшее. Столько страхов, столько стыда и все закончилось?

— Люб? — Ася трогает меня за плечо, а я резко оборачиваюсь, вдруг понимая, что по щекам текут слезы. В голове полнейший бардак. Словно темную комнату