Клеймо мажора - Любовь Попова

с затемненными шторами просто разворотили. В груди часто бьется сердце, готовое выскочить. Почему мне так больно? Ведь я получила долгожданную свободу, Данте, наконец, нашел более простую рабыню и перестанет смотреть на меня, перестанет целовать. Все кончилось. Радуйся, Люба. Но тело словно охватывает жаром, а ноги и руки немеют от холода.

— Ты веришь ему? Мне, кажется, он опять тобой манипулирует. Типа отпускает цель, чтобы потом снова посадить под замок.

— Мы этого не знаем, но, если ты права, я буду готова.

— Вот — это моя девочка. Тогда пошли писать статью, уверена, что завтра он снова начнет тебя преследовать.

Я иду за Асей, но почему – то уверена, что в этот раз Данте не врал, иначе, зачем отдал мне мое дело.

Пока Ася открывает ноут и ворд, я рассматриваю дело. Читаю его первый раз, но уже вижу грубейшие ошибки. Это дело сфабриковано. Оно липовое….

— Люба! — кричит Ася мне вслед, но я бегу к комнате Данте… Стучу рукой, ногой, кричу:

— Открывай подонок!

Дверь открывается и вместо Данте появляется его сосед Семен.

— Привет Люб, а он только что ушел. Ну, минут десять назад.

Я от бессилья кричу, тут же разворачиваюсь и несусь в свою комнату. Закрываю дверь и стекаю по ней, закрывая лицо рукам и сотрясаясь от страданий

— Все ложь… Дела не было, Ась. Меня бы никто не посадил, а я каждый раз тряслась сказать ему хоть слово против…. Делала все… Господи, как я его ненавижу…. Ненавижу!

Глава 28.

Подвоха я жду с самого утра. Пока одеваюсь. Пока навожу красоту и крашу губы. Когда мы с Асей, под руку выходим из комнаты. Я все время оглядываюсь в ожидании нападения. Вдруг он решит прямо сейчас затащить меня в душ, или не дай Бог, опозорить на весь университет.

У входа в общежитие нас встречает вечный кавалер Аси — Андрей. Он нас и провожает, хотя его присутствие не дарит спокойствия. И я совершенно не знаю, когда смогу его ощутить. Когда смогу гордо ступать по земле, без страха быть снова униженной Распутиным. Наверное, для этого придется все же обезопасить себя, сохранить статью на случай, если он захочет, например, меня убить…

— Люба! — нас возле стоянки догоняет Римма, кивает Асе с Андреем и отводит меня в сторону. Я не хочу с ней разговаривать, потому что прекрасно знаю, что ей нужно. Узнать последние новости… — А что у тебя с Данте, все? Прошла любовь?

— Да, мы расстались…

— Оу.. А то я думаю, чего он в бар с блондинкой пришел… Она на барной стойке танцевала с голой грудью, — шепчет она доверительно, а я меня как кипятком ошпаривает... Он ведь и от меня мог такого потребовать… Смогла бы я отказать, без информации, что обвинение липа.

— Ну и отлично, — пожимаю плечами… Пусть развлекаются.

— А это… Кто кого бросил?

— Да никто, просто я бы никогда не смогла танцевать с голой грудью…

Римма хихикает, хлопает меня по плечу и убегает к своему парню, который уже ждет ее у двери. Как собачонка, ей Богу.

— Что она хотела?

— Узнать про Данте конечно…

— Думаю, она не последняя.

И Ася оказывается права. Уже все поняли, что мы с Данте больше не вместе, но каждый считал своим долгом подойти ко мне и уточнить детали…Чтобы потом конечно нарастить на наше расставание липкий толстый слой своих сплетен.

Самого принца Данте все ждали с нетерпением, а когда он появился в аудитории, затаили дыхание в ожидание, что он предпримет. В том числе и я. Взглядом то я упираюсь в свою тетрадь, лекции в которой мне больше не предстоит переписывать два раза, но кожей чувствую направление его тела. Он поднимается вдоль столов, выглядит как всегда на все сто, в своей белой рубашке, темно — синих джинсах, с взъерошенных прической. Делает вид, что все грязь под его ногами. Задерживается рядом с нашим столом, поражая меня страхом и невольными мурашками, скользнувшими по спине, но тут же шагает вперед, падая рядом с одним из приятелей.

— Ты как? — спрашивает Ася тихо, как раз, когда преподаватель входит в аудиторию. Я улыбаюсь сквозь скованность мышц.

— Просто отлично. Просто еще не отошла от шока, что все кончилось.

Свобода… Ее стало так много… Я могу делать все что хочу, я могу разговаривать с кем хочу, есть что хочу… И использую эти возможности на максимум. Но только не при Данте… Это какой – то отходняк, словно после плена. Словно он на расстоянии держит меня за горло, не позволяя наслаждаться вновь обретенной свободой.

На третий день я решаю убедиться и успокоиться, что Данте действительно ничего не может мне сделать. Поэтому иду к Максиму, с которым не разговаривала уже очень давно. И возможно после сцены в библиотеке он просто откажется говорить со мной…

Он сидит в холле вместе с ноутбуком и удивленно вскидывает брови, когда плюхаюсь на диван в метре от него.

— Привет, — смотрит он внимательно, и я пытаюсь понять, почему не замечала к себе такой явный интерес. Наверное, потому что вся купалась в своей влюбленности. – Как дела?

— Нормально, а у тебя…

Шикарный диалог, что сказать.

— Рассталась с Данте?

— Вроде того… Можешь кое – что для меня посмотреть? — киваю на ноут, что стоит на его коленях. Макс кивает, продолжая смотреть на меня в упор, немного смущая. – Есть ли на меня заведенные уголовные дела?

— Шутишь?

— Нет. Есть опасения… Проверь, пожалуйста.

Он нехотя отводит взгляд, утыкается в свой ноут, ловко щелкая по клавишам. Смотрю на выход и вдруг вижу Данте, рядом с которым гордо вышагивает Таня… Внутри все сжимается. Выворачивает наизнанку от непонятной обиды. Я довольна, у меня все хорошо, я получила свободу, передав роль секс – рабыни другой более подходящей кандидатуре, но почему в горле ком, а глаза неотрывно следят за новой парочкой.

— Ревнуешь? — слышу голос Макса и тут же поворачиваю голову, улыбаюсь максимально искренне, вспоминая всю мерзость, что творил Данте и все что еще мог натворить…

— Нет, конечно. Рада, что все закончилось. Ну что там?

— Все чисто. А откуда подозрения?

Рассказать? Только что это даст? А самое главное я не могу предугадать реакцию Максима. Не