Ревизор: возвращение в СССР 55 - Серж Винтеркей

– Ну, это тогда удачно я тебе позвонил. У нас тут один из гостей фотографий разных наделал в «Гаване». В том числе есть парочка фотографий, где и ты с Ритой присутствуете. Может быть, ты захочешь, чтобы девушка твоя, когда домой поедет в Киев к родителям, захватила их с собой? Покажет своим, как в Москве отдыхала. Или вы уже и сами много фотографий наделали?

– Спасибо, Паша, хорошая идея. Фотографии мы, конечно, делали, но у тебя там много достаточно серьезных людей было. Я думаю, что и такие фотографии Рита тоже захочет показать дома родителям, когда приедет. Ну, правда, не совсем родителям, там у нее мама родная, а живет она со вторым мужем матери, то есть с отчимом. Ну, вроде она его хвалит очень. Полковник милиции, кстати. Может, потому и появился у меня шанс, что я тоже милиционер, на благосклонность такой красавицы рассчитывать…

– Ну, ладно, ладно, – сказал я. – Ты себя-то не принижай. Молодой совсем, а уже майор. Все у тебя хорошо. Карьера успешно развивается. Главное, голову пореже подставляй, чтобы снова по ней не получить, как тогда во время той работы на заводе вышло.

– Тьфу-тьфу-тьфу, – сказал Вася. – Давай так: я к тебе перед работой забегу где-то часов в восемь. Да заберу эти фотографии. Удобно тебе будет?

– Да, конечно, – сказал я. – Подскакивай.

В восемь утра Вася, как и обещал, заскочил к нам. Мне крепко пожал руку. Поздоровался с Галией, которая уже вовсю собиралась, чтобы тоже ехать на работу. Тянуть я не стал, понимая, что человеку надо на работу идти. Достал тут же всю папку со всеми двумя десятками фотографий, что Костян принес.

Я сверху специально для Васи эти две фотографии отложил с ним и Ритой, но предложил ему посмотреть и остальные. Из вежливости. Но Вася только просмотром не ограничился. Отложил в сторону штук пять, там, где также Андрей Миронов был, и кубинский посол. После чего сказал:

– Слушай, Паша, у меня дело важное решается. Рита домой приедет, ей надо убедить как-то мать и отчима, что я человек серьезный. И что, несмотря на разницу в возрасте, у нас сильные чувства. Ну, чтобы они против свадьбы не возражали. Мы в любом случае, конечно, поженимся, но к чему нам дополнительные трудности, сам понимаешь. Девочка волноваться будет, если с матерью и с отчимом поссорится, сам понимаешь. Да и чтобы никаких скандалов тут у меня на работе тоже не устроили. Все же полковник милиции, мало ли у него в Москве какие-то связи. Лишние проблемы мне на пустом месте ни к чему.

– Разумно мыслишь, – ответил я, хлопнув его по плечу. – Да забирай, конечно. Я потом Костю попрошу дополнительно эти пять фотографий напечатать. Или просто пленку у него возьму, да сам отнесу и закажу. Да, наверное, лучше так сделаю. Другим гостям тоже надо же, наверное, раздать фотографии, на которых они есть.

Сразу мне это в голову не пришло, но идея-то на самом деле хорошая. И Захарову можно отнести фотографии, где он с Мироновым в одном кадре, и Анне Аркадьевне с Загитом, там их Костян тоже подловил в присутствии великого актера. В общем, идею Вася мне дополнительную хорошую подсказал. Попрощались с ним, и он поехал по своим делам.

Проводив Васю, собрался в Верховный Совет ехать. Отдавать, как обычно, доклад и копию для Межуева по разным кабинетам.

Столкнулся во дворе с Родькой, причём в буквальном смысле столкнулся. Тот из-за угла вылетел, когда я к машине шел. Со школьным портфелем, в школьной форме, в пальтишке сером. Причем непонятно, откуда он бежал вообще.

– Постой, молодой человек, куда так бежишь, что людей с ног едва не сбиваешь? – придержал его за плечо. – Как дела у тебя вообще?

– Все хорошо, дядя Паша. Учусь неплохо. Хотя отец все равно недоволен. Требует, чтобы еще лучше учился.

– Ну а нового что у тебя? – усмехнулся я, догадываясь, что Родька нагло привирает про то, что неплохо учится. Достаточно мне уже Гриша жаловался на его «неплохую учебу».

– Ну вот позавчера с папой и тетей Эммой в зоопарк ходили.

– С тетей Эммой? – заинтересовался, конечно, я. – Это что за тетя такая?

– А это новая тетя, которая сейчас с моим папой встречается. Красивая! – гордо сказал мне Родька. – Он сказал, она в каком-то институте работает…

– Может быть, в университете? – решил уточнить я.

– Может и в университете. – глубокомысленно поджав губы, сказал Родька. И я сразу понял, что разницу между институтом и университетом он еще не осознает.

– Ну и как тебе эта тетя? – решил не упускать возможность собрать дополнительную информацию. Неужто и в самом деле у Гриши отношения завязались с Эммой Эдуардовной, моей замдеканшей, после того как они на моем дне рождения познакомились?

– Хорошая тетя, только немножко по-взрослому со мной общается. – улыбнулся Родька. – Но конфеты мне исправно приносит. Шоколадные. Это же самое главное, правильно?

– Ну в некотором роде это тоже очень важно. – согласился с ним я, улыбнувшись. – Ну ладно, беги давай в школу, а то еще опоздаешь.

Проводил его глазами. Покачал затем головой. Это что же получается, я на одном дне рождения двух зайцев убил...

Вася-негр с Ритой познакомился. А Гриша вполне может быть, если Родька что-то не перепутал, с Эммой Эдуардовной уже встречается. Но у Васи точно присутствует твердое намерение жениться. Гриша же после прошлого развода в закоренелые холостяки подался.

Ну, посмотрим. Мало ли что-то у них тоже с Эммой Эдуардовной сложится...

А потом у меня всплыло в голове не только то, что меня первоначально прежде всего заинтересовало, сюжет про Эмму, про тетю Эмму, а еще и слова Родьки про зоопарк, в который они ходили втроем. Вот же ж блин. Я про зоопарк совсем забыл. Вернее, про нашу договорённость с директором зоопарка. Я же хотел манула нашего ЗИЛу пристроить на полное обеспечение...

Да еще же хотел уточнить в редакции «Труда», заинтересует ли их цикл статей и фотографий про манула, чтобы дополнительно его прославить. Чтобы ажиотаж вокруг него начался, народ в зоопарк повалил, и Сосновский мог больше денег на необходимый