Дед в режиме антидемона. Том 8 - Евгений Валерьевич Решетов

ты не в том положении, чтобы угрожать нам, — снисходительно потрепал я его по слипшимся от крови волосам. — Лучше назови имя заказчика, и, глядишь, получишь лёгкую смерть, а может, и жизнь.

— Ты ничего не узнаешь от меня, выродок! — выхаркнул демон и попытался цапнуть зубами мою ладонь.

Я едва успел отдёрнуть её. Прыткий гад!

— Узнаю, ещё как узнаю, — уверенно сказал я, хотя на самом деле не до конца верил в это.

Демон, сука, попался крепкий.

— Я лучше умру, чем сломаюсь! — выпалил он и перевёл на Лару гневный взор: — Тебя убьют, пусть не я, но кто-то другой, и тогда мы встретимся в Великой тьме!

Он плюнул в демонессу, но та уклонилась, взбешённо уставившись на него. А он захохотал со злым весельем обречённого, чью шею любовно обвила пеньковая верёвка виселицы.

— Ты прав, ты умрёшь! — прорычала демонесса и продолжила срывать ему ногти.

Наёмник орал от боли, но пощады не просил. Более того, жарко затараторил, глядя на неё расширенными глазами:

— Тьма за спиной, смерть предо мной, мир за чертой — скоро домой. Шаг в пустоту, в вечную тьму, душу свою отдам лишь отцу. Мрак на пороге, кладбище с мёртвыми, дева вся в белом, душу мою проводи ты во тьму.

— Что он лопочет? Это же не просто стишки, которые в школе задают выучить, — насторожился я, услышав про деву всю в белом.

Именно такая дама встретила меня на кладбище, созданном моим воображением, когда мой организм боролся с ядом в локации «Руины разбитой головы».

— Молитвы из книги Тьмы, — прохрипела Лара, смахнув со лба прилипшие волосы.

— Дашь почитать на досуге? Явно захватывающая книга, — просипел я, встал и покачнулся.

Перед глазами всё поплыло, а сердце начало биться через раз. Руки немели. Кажись, скоро этот мир убьёт мою тушку.

А этот хрен мало того что не шёл на сотрудничество, так и вовсе принялся вопить как резаный, коим, в общем-то, и являлся:

— Да поглотит ваши души тьма! Проклинаю вас! Услышь меня, Тьма, обрати свой гнев на тех, кто терзает мою плоть! Уничтожь их…

Лара саданула кулаком по его губам, разбив их.

Демон захрипел, подавившись выбитым передним зубом. А на лице демонессы проступило злое разочарование.

— Нет, он ничего не скажет, — прорычала она и тоже выпрямилась в полный рост, держа окровавленный нож.

Кровь капала с его кончика прямо на обнажённый живот убийцы, сумевшего проглотить зуб.

Что же его может пронять? У каждого есть слабое место! Думай, ведьмак, думай, время уходит!

— Вы… ничего не добьётесь от меня, — злорадно прошипел наёмник, экзальтированно щуря глаза. — Я готов умереть! Хотите отрезать мой член⁈ Режьте! Я так быстрее умру!

Он снова захохотал, распаляя себя всё больше.

А я криво усмехнулся, схватившись рукой за плечо Лары, чтобы не упасть.

— Я знаю, что ты делаешь… — прохрипел я, глядя на демона. — Пытаешь достигнуть того состояния, когда тебе будет плевать на смерть и боль. Нет, не получится. Я не дам тебе этого сделать, ведь вижу твою… слабость.

— У меня нет слабостей! — выхаркнул он, брызжа слюной.

— Есть, ещё как есть. Ты не просто так часто упоминаешь душу… Ты боишься потерять её. А мой милый котик способен пожрать её, превратить в ничто. Ты не получишь никакого послесмертия.

— Мне плевать на душу!

— Черныш, — глянул я на кота. — Демон твой… Сожри его душу.

Лара поспешно отошла от убийцы, взволнованно глядя на Черныша.

Я тоже сделал несколько шагов прочь от демона, бросив к его ноге артефакт регенерации. Тот слабо светился. Не клубок, конечно, но может сработать. Надо же как-то заставить кота подойти к наёмнику.

А тот в этот миг повернул голову к Чернышу, натянув на физиономию презрительную маску.

Кот же без интереса глядел на демона, хотя я мысленно уговаривал его подойти к убийце. Но Черныш и ухом не повёл.

— Кажется, монстр не слушается тебя… червь, — насмешливо просипел наёмник и тут же вздрогнул, когда кот спрыгнул с подоконника и медленно побрёл к нему, задрав хвост трубой.

— Сейчас увидишь, как он не слушается меня, — злорадно оскалился я. — Он разорвёт твою душу. У тебя есть три секунды, чтобы назвать имя заказчика.

— Никогда! — исступлённо выпалил демон, отвернув голову от Черныша.

Однако краем глаза он продолжал наблюдать за ним. А тот неотвратимо приближался, сверкая багровыми зенками и распространяя запах свежей крови, переплетающийся с вонью палёной плоти.

Кадык демона дёрнулся, губы принялись дрожать, а желваки вспухли под бледнеющей кожей лица.

Черныш подошёл к нему, дёрнул усами и потянулся носом к щеке.

— Нет! Отзови его! Скажу! Скажу! — выпалил демон, пытаясь отползти от кота, который даже не вздрогнул от его воплей.

— Говори! — гаркнул я, тряхнув головой.

Сознание, кажется, готовилось оставить меня.

— Шанрорк! Он нанял нас! Не сам, а через другого демона, но я проследил за ним и узнал, что наниматель именно Шанрорк! — заорал убийца и с ужасом уставился на кота.

А тот остановился возле демона и покосился на меня.

Я уже открыл рот, желая пафосно сказать, чтобы тот не трогал душу наёмника, но Черныш, клянусь всеми богами, выдал подобие насмешливой улыбки и махнул когтистой лапой, снова вскрыв горло демону! Оттуда ливанула кровь.

Убийца затрясся и захрипел, а его стремительно гаснущий взор впился в моё лицо чуть ли не с праведным гневом.

— Ты… же… обещал… — сумел прошептать он, закатывая глаза.

— Ну, я никому ничего не обещал, а что касается твоей души… она пойдёт на благое дело. Не каждый может похвастаться этим, — ухмыльнулся я, делая вид, что выходка кота не удивила меня, а была следствием моего мысленного приказа.

Но на самом деле я, конечно, изрядно изумился, когда Черныш убил демона. И ведь кот даже не стал пить его кровь, а просто перепрыгнул расслабившееся тело и пошёл к открытой двери.

Поступок Черныша будто был продиктован желанием отомстить мне за то, что я отобрал у него полудохлого демона, когда кот желал испить его крови. А теперь Черныш сознательно не дал мне нормально допросить наёмника, прочитав в моих мыслях это желание.

Вот же мохнатый злопамятный, зловредный гад!

Глава 15

Демон отдал концы быстрее, чем Черныш вышел из разгромленного будуара.

Душа наёмника вылетела из тела с распоротым горлом, толчками изрыгающим кровь. Та заливала пол, уже и так покрытый лужами с красной подсохшей коркой.

Тут и там алчно жужжали мухи, слетевшиеся на тяжёлый металлический запах, поднимающийся к потолку. Туда-то и устремилась душа.

Я с протяжным стоном подпрыгнул