Дед в режиме антидемона. Том 8 - Евгений Валерьевич Решетов

после второго раза уже всем было понятно, что замужество — это не твоё, что ты не справляешься. Но разве тебя это останавливало? Смущало? Вот и тут так же. Просто делай своё чёрное дело, а там куда кривая выведет.

— Ты умеешь подбадривать, — иронично проронила магичка и решительно добавила, словно куда-то заторопилась: — Так, что-то я на тебя много времени потратила. А ведь меня ждут дела. Я теперь дама занятая. Всё, пока.

Она сбросила вызов, оставив у меня тепло где-то в груди. Вот и Владлена получила награду за то, что была рядом со мной даже в трудные минуты.

Улыбнувшись, отправился завтракать.

Вот только в кухне никого и ничего не нашёл. Оказалось, что Прасковья накрыла в небольшой уютной гостиной с камином и головами кабанов на стенах.

Внуки уже восседали за столом, где исходили паром блины. Подле них красовались тарелочки с мёдом, клубничным вареньем, жёлтым сливочным маслом и рассыпчатым творогом. Поблёскивал начищенными боками самовар. А пахло так, что я чуть не захлебнулся слюной.

— Приятного аппетита! — пожелал я внукам, торопливо уселся на стул и тут же начал с жадностью пожирать блины, запивая чаем.

Внуки не отставали от меня. Павел решил воспользоваться отсутствием надзирательницы, то бишь Владлены Велимировны, не дающей ему съесть лишний бутерброд с колбасой.

Здоровяк Вячеслав просто много ел, причём постоянно отвлекаясь на телефон. Он посмеивался, умудряясь одной рукой писать сообщения.

Я косился на него. И Павел заметил мой интерес. Он салфеткой вытер жирные пальцы, повернулся к подоконнику, не вставая со стула, взял цветастую коробку и поставил её на стол передо мной.

— Деда, вот тебе подарок.

— Телефон, — увидел я рисунок на коробке. — Благодарю.

— Не за что. Аппарат не самый дорогой, но прочный. Однако думаю, ты и его угробишь, — улыбнулся Павлушка.

Вячеслав в этот миг снова хохотнул, глядя на экран своего телефона.

— Что ты там такое весёлое читаешь? Некрологи врагов? — поинтересовался я, заломив бровь.

— Да это… — начал с весёлой усмешкой здоровяк, глянув на нас, — провинциалка ко мне в друзья добавилась. Весёлая, зараза. Вот и смеюсь с её шуток.

— И как зовут эту барышню? Из какого она города? — спросил я, начав догадываться кто это.

— Мария из Светлолесенска.

О как! Да, она и есть! Та самая дворянка, которая с голой грудью бегала по охотничьему дому, прячущемуся в лесу.

А она зря время не теряет. Уже начала обрабатывать Вячеслава. Может, всё же зря я разрекламировал ей внука?

— И как серьёзно у вас с ней? — полюбопытствовал я как бы в шутку.

— Не знаю. Может, съезжу к ней в Светлолесенск. Мне нравятся маленькие города, затерянные в дремучих лесах. Как раз после свадьбы Павла и поеду, наверное. Мне ведь отпуск продлили аж на неделю, стоило только заикнуться, что брат женится.

— Замечательная новость, — радостно покивал Павлушка и чуть свысока подмигнул брату, как опытный новичку: — Глядишь, и ты скоро женишься. Кто хоть эта Мария? Чем занимается?

Вячеслав принялся с упоением рассказывать о ней, постоянно подхихикивая. А я молча доел блины и спросил, когда уже решил покинуть гостиную:

— Кто отвезёт доброго дедушку на скотобойню? Хочу поглядеть, что там успел натворить Павел.

Пухляш сразу же осёкся на полуслове, слегка покраснел и торопливо выдохнул:

— Мне надо к свадьбе готовиться!

— Я отвезу тебя, — вызвался здоровяк, вставая из-за стола.

— Поехали.

Я, сыто отдуваясь, переоделся в своей спальне и напялил пальто, а потом вышел на крыльцо. Возле него уже стоял чёрный внедорожник с гербами Зверевых на дверях и капоте. Эх, лучше бы их убрать, дабы мой транспорт тяжелее было опознать.

Пообещав себе сделать это, забрался на заднее сиденье и глянул в зеркало заднего вида. В нём отражалась улыбающаяся физиономию Вячеслава, продолжающего одной рукой держать телефон.

— Ежели мы из-за твоей переписки с Марией попадём в аварию — будет весьма глупо, — проворчал я, втягивая носом тёплый воздух, пахнущий автомобильным освежителем с запахом моря.

Внук кивнул, убрал телефон в карман джинсовой куртки и завёл мотор. Тот утробно зарычал, и по асфальту зашелестели покрышки.

Автомобиль выбрался за ворота и помчался по утопающей в тумане дороге, стиснутой желтеющим осенним лесом, почти касающимся низко висящего серо-стального неба, будто решившего раздавить этот поганый мир.

Лишь на шоссе появился бледный свет фонарей, а за окном начали мелькать редкие машины. Вынырнул из тумана билборд с рекламой чистящего средства, поверх кто-то написал красной краской, а может, и кровью животного: «Гридет Конец Света!»

Вячеслав кивнул на надпись и буркнул, крепко сжимая руль:

— Очередной идиот.

— Ага. Правильно «грядёт», а не «гридет», — криво улыбнулся я, попутно вспомнив, что нападение демонов не за горами.

Надеюсь, император и его приближённые сумеют нормально подготовиться. Авось смена руководителя тайной канцелярии ничему не помешает. Интересно, кого государь назначил вместо князя Вяземского? Сумеет ли этот человек справиться с задачей? Ведь не за горами и столетие Лабиринта, а это значит, что мир захлёстнут споры безумия и неконтролируемого гнева. Уже сейчас по ночам по улицам бродят маньяки и культисты, а количество преступлений увеличилось. Дальше будет только хуже. Народ станет роптать громче, возникнут интриги.

Тяжело вздохнув, глянул за окно. Там появилась знакомая деревенька. Мы проехали её и очутились перед закрытыми воротами скотобойни, обнесённой высоким жестяным забором с колючей проволокой и камерами видеонаблюдения.

— Пойдём, — бросил я внуку и вышел из машины.

Под ботинком хрустнул тонкий лёд, затянувший небольшую лужицу на асфальте, таком же покрытом трещинами, как и прежде. Забор тоже не блистал новизной.

Хм, а Павел сделал хоть что-нибудь?

Мрачно нахмурившись, подошёл к воротам и постучал в калитку. Никто не ответил.

— Вячеслав, давай ты, только не сломай, — кивнул я на калитку.

Здоровяк стукнул пару раз, да так, что зашатался забор. Но нам навстречу никто не вышел. Разве что специфический запах, сопровождающий любую скотобойню, стал чуть сильнее. Однако раньше он точно был мощнее, едва с ног не валил, как дробовик.

— Что-то никто не выходит, — прогудел внук.

— А ты наблюдательный, — саркастично выдал я.

Тот поморщился и предположил:

— Может, сегодня выходной? Или скотобойня простаивает? Вдруг Павел не справился? Всё-таки это для него новый вид деятельности.

Я пожевал губы и услышал торопливые шаги, приближающиеся с той стороны ворот. Скрипнула калитка, и показался крупный бородатый мужик лет пятидесяти. В новой тёплой фуфайке, штанах и сапогах. Его раскрасневшееся лицо выражало восторг, а рука взметнулась, вытерев сопли.

Он тут же устыдился своих манер и густо побагровел, не зная, куда деть руки. А потом завёл их за спину и