Дед в режиме антидемона. Том 8 - Евгений Валерьевич Решетов

— Доброе утро, господа Зверевы, проходите, проходите! Вы уж извините, что вам пришлось ждать! Я пока со второго этажа спустился, пока во двор вышел… Немолодой уже, вот и так долго. Простите меня великодушно.

— Нет в том твоей вины, — резонно сказал я и проник через калитку во двор, где стояло несколько приземистых строений из белого кирпича.

Почти все носили следы недавнего ремонта, а прежде земляной двор оказался покрыт новеньким асфальтом. В углу стояла свежая курилка для сотрудников. А из открытых дверей центрального здания стали выходить и сами работники в новых синих комбинезонах и шапках. Немолодые лица подобострастные, уважительные, будто любимый государь приехал.

Кажется, не рад был только сторожевой пёс, выбравшийся из будки, прикорнувшей к стене здания. Правда, он не брехал, но посмотрел на меня подозрительно. Впрочем, пёс ещё более подозрительно посмотрел на одного из рабочих, высокого малого с пошло бегающими зенками и длинным носом. Более того, пёс даже начал воротить от него зад, словно знал о нём нечто такое, что приличный человек знать совсем не хочет.

Я усмехнулся и услышал бас бородача:

— Сударь Зверев, звать меня Прохор. Ваш внук Павел назначил меня управляющим. Прежде я работал тут же обвальщиком мяса аж пятнадцать лет. Знаю скотобойню как свои пять пальцев! Она для меня второй дом. А живу в деревеньке неподалёку. Большинство работяг оттуда же.

— Оттуда, оттуда, — поддакнули рабочие, снимая шапки, как перед императором.

А мне что-то не понравилось такое подобострастие, потому и произнёс, глянув на них:

— Вы это бросьте…

Не успел договорить, как кто-то уже швырнул шапку на асфальт.

— Так не шапки бросайте, а бросайте снимать их, чай не государь приехал, а просто владелец. Прекращайте спины гнуть и улыбки выдавливать. Не обращайте на меня внимания. Я просто пройдусь, гляну, что здесь мой внук натворил.

Народ тотчас рассосался, словно я не попросил их, а приказал под страхом смерти. Остался лишь бородач.

Он сразу же радушно затараторил, указывая на открытую дверь:

— Идите, идите за мной, господа. Я вам всё покажу и доложу. Внук ваш уже столько всего успел сделать! Ох какой же молодец! Во все-то он вникает. И знаете что? Слушает простой народ, что мы ему говорим, он то записывает, а потом вводит в дело.

— Небось вы из него верёвки вьёте? — усмехнулся я. — Зарплаты у всех поди, как у министров? Скотобойня, наверное, в минус работает.

— Что вы, кормилиц! — выдохнул бородач, выкатив глаза так, словно я заподозрил его в продаже матери на невольничий рынок. — Да, зарплаты у нас достойные, не ропщем. Поднял их молодой господин, но и работаем мы на совесть. Выручка в полтора раза увеличилась! Мы же понимаем, что некуда нам будет податься, ежели скотобойня обанкротится. Вот и стараемся сделать её лучше! Пойдёмте, всё покажу!

Он махнул рукой и скрылся в здании. А мы с Вячеславом двинулись за ним.

И вскоре действительно убедились, что скотобойня преобразилась в лучшую сторону. Нет, ей, конечно, ещё далеко до образцового предприятия, но щели везде замазаны, вонь ушла, оборудование пусть пока и старое, но его очистили от ржавчины и подлатали. Людям сделали более комфортабельные условия, а в комнате отдыха появилась даже игровая приставка, но никто ею не пользовался, а проходил мимо, на всякий случай осеняя крестным знамением как вышки 5G, которые, как хорошо известно, всех зомбируют.

В общем, я остался доволен проделанной Павлом работой, потому покинул скотобойню с улыбкой на губах.

О душах не забыл. Добыл аж четыре. Они отправились в «клетку», где их стало пять, учитывая душу ассасина, правда она уже скоро исчезнет, потраченная на поддержание жизнедеятельности моего организма.

— Едем домой, — приказал я внуку, усевшись на заднее сиденье внедорожника.

Вячеслав кивнул и погнал автомобиль по дороге. Но далеко мы не уехали…

Когда внедорожник оказался на узкой дороге, пересекающей лес, я торопливо проговорил:

— Притормози, что-то приспичило.

Слава остановил машину, а я быстро вышел вон, миновал обочину и углубился в лес, скованный лёгким морозцем: земля оказалась твёрдой, на коре деревьев поблёскивал иней, холод щипал за щёки. Но меня всё это мало волновало. Я сгорал от нетерпения. Пора было вызвать мой новый магический атрибут, дабы узнать на что он способен. Авось что-то крутое…

Глава 17

Летний сад, Северная Пальмира

Неподалёку шумела Нева, а за красивой оградой с золочёными орнаментами скрывался парк. На дорожках лежали жёлтые листья, на которые слепо смотрели две шеренги мраморных итальянских статуй.

В туманной дымке бродили немногочисленные в такой час посетители, а к одной из кованых скамеек подошёл высокий мужчина в длинном чёрном пальто с поднятым воротником. Его голову покрывала утеплённая кепка, надвинутая на самый лоб, из-за чего мало кто мог рассмотреть черты его лица.

Мужчина присел на край скамьи, а на другую сторону пристроился некто, облачённый в похожее пальто. Нижнюю часть его лица скрывал шарф, на голове красовалась шапочка, а руки в кожаных перчатках сжимали тросточку.

— Доброе утро, — тихо проговорил он, глядя в сторону на живую изгородь.

— Доброе утро, — сказал высокий мужчина, уставившись на статую, словно любовался ею. — Думаю, нам больше не стоит встречаться.

— Вы делаете большую ошибку. Сейчас самое время взять бразды правления в свои руки. После самоубийства князя Вяземского трон под императором зашатался, — прошипел неизвестный в шапке. — Знать возмущена, ведь все понимают, что князь застрелился отчасти из-за выскочки Зверева. И что государь весьма недальновидно благоволит этому старому мерзавцу Игнатию, выскочившему из нищеты и забвения как чёрт из табакерки. А вы отказываетесь… Все карты у нас на руках.

— Нет, я пас. Не надо уговаривать меня. Если империя погрузится в борьбу за власть, она и вовсе может исчезнуть. Уж слишком много негативных сил действуют на страну.

— Какая борьба? — всплеснул руками мужчина, едва не выронив тросточку. — Практически все поддержат вас, особенно молодые дворяне из старых богатых родов. Они преданы мне. Я давно работаю с ними. Вы станете новым правителем. А мне за мою помощь многого и не надо… лишь титул князя да кое-какая власть.

— Нет, не рассчитывайте на меня, — проговорил собеседник, поправил кепку и неторопливо встал со скамьи. — Я, конечно, сохраню наш разговор втайне, но учтите… если вы решитесь на переворот, мне придётся действовать.

Мужчина медленно зашагал прочь, как обычный гуляка, наслаждающийся прогулкой.

— Ты будешь… будешь плясать под мою дудку, — зло процедил человек в шапке, глядя вслед собеседнику. — Никуда ты от меня не денешься.

Мужчина поднялся со скамьи и пошёл в другую