Казнь протопопа Аввакума - Кирилл Яковлевич Кожурин

Кирилловны, которые в обход старшего царевича, слабоумного и худосочного Иоанна Алексеевича, рожденного от первого брака с Марией Ильиничной Милославской, возвели на престол его младшего брата — девятилетнего царевича Петра.

Не дав телу царя Феодора Алексеевича остыть, Нарышкины и их сторонники поспешно попытались утвердить единоличную власть нового царя. «Федор скончался вскоре после полудня — близ четверти первого. А к вечеру дворец и вся Москва знали: новым государем наречен Петр Алексеевич. Некоторые источники сообщают жутковатую деталь: наречение нового монарха состоялось чуть ли не через час после смерти прежнего. Эта торопливость производит странное впечатление. Ни Земского собора, ни даже Соборного совещания... Петра Алексеевича в обход его брата Ивана «избрал» на царство узкий круг царедворцев». Тут еще поползли слухи о том, что Нарышкины задушили царевича Иоанна.

Утром 15 мая 1682 года вооруженные стрельцы начали собираться у съезжих изб. Когда полки подтянулись, одновременно со всех сторон под звон набата стрельцы вступили в Кремль, где в это время как раз закончилось заседание Боярской Думы, и заполнили Соборную площадь перед царским дворцом. На Красное крыльцо вышли царица Наталья Кирилловна, которая держала за руки царя Петра и царевича Иоанна, патриарх и несколько бояр. Среди стрельцов произошло замешательство: царевич Иоанн был жив и невредим, а на расспросы стрельцов отвечал: «Меня никто не изводит, и жаловаться мне не на кого».

Стрельцы начали успокаиваться, но в это время князь Михаил Юрьевич Долгорукий принялся кричать на них, обвиняя их в «воровстве», измене и угрожая суровой расправой. Это взорвало накаленную до предела толпу, стрельцы поднялись на крыльцо и сбросили Долгорукого на подставленные копья, после чего кровопролитие пошло по нарастающей: следующей жертвой стал боярин Артамон Сергеевич Матвеев — общепризнанный лидер клана Нарышкиных. Стрельцы ворвались во внутренние покои дворца, в соответствии с составленными заранее списками зарезали нескольких бояр, в том числе брата царицы Афанасия Кирилловича Нарышкина, князя Григория Григорьевича Ромодановского, боярина Языкова, думного дьяка Посольского приказа Лариона Иванова. Стрельцы разыскивали также другого брата царицы — Ивана Кирилловича Нарышкина, но в тот день его не нашли — он скрывался в покоях сестры.

В городе также происходили убийства бояр и стрелецких начальников, в том числе боярина Стрелецкого приказа князя Юрия Алексеевича Долгорукого — того самого, к которому Аввакум обращался в послании к царю Феодору. Князь Юрий Алексеевич был стар, болен и из дома не выходил — его убили из опасения мести за сына Михаила. Стрельцы расставили в Кремле свои караулы, которые не должны были никого ни впускать, ни выпускать. Фактически все обитатели Кремля, включая царскую семью, оказались заложниками восставших. На следующий день стрельцы вновь пришли в Кремль, требуя выдачи Ивана Нарышкина, угрожая в противном случае перебить всех бояр. Царевна Софья и бояре оказали на Наталью Кирилловну сильное давление, говоря так: «Брату твоему не отбыть от стрельцов; не погибать же нам всем за него!» Иван Нарышкин был выдан, подвергнут пытке и казнён. Отец царицы — престарелый Кирилл Полуэктович Нарышкин по настоянию стрельцов был пострижен в монахи и выслан в Кирилло-Белозерский монастырь.

Царица Наталья Кирилловна показывает Ивана V стрельцам, чтобы доказать, что он жив-здоров. Картина Н. Д. Дмитриева-Оренбургского

Смерть боярина Матвеева.

Гравюра с рисунка М. Зиновьева (1880)

Выступления продолжались 16 и 17 мая. За это время все государственные учреждения были взяты под контроль стрельцов, после чего в столице снова был восстановлен порядок. Было образовано новое правительство, во главе которого встали царевна Софья Алексеевна и князь Иван Андреевич Хованский. 23 мая выборные от восставших стрельцов явились в Кремль и через князя Хованского потребовали, чтобы в Русском государстве было два царя: старший брат Иоанн — первым, а младший Петр — вторым. На 25 июня было назначено венчание царей.

* * *

Движение за восстановление старой веры среди восставших продолжало набирать обороты. Служилые люди держали между собой совет, «чтобы в царствующем граде Москве старую православную веру возобновити». «Инициаторами выступления против официальной церкви стали стрельцы бывшего Титова полка, которые при содействии соседей, жителей Гончарной слободы, избрали себе вождей — «расколоучителей» Никиту Борисова, Ивана Курбатова, Савву Романова, отца Сергия и Никиту Пустосвята. Через них к движению примкнули «мног народ промышленники и чернь»{170}.

Свои требования восставшие изложили в челобитной, поданной начальнику приказа Надворной пехоты князю И. А. Хованскому, который при этом пообещал: «Аз и сам, грешный, вельми желаю, чтобы по-старому было единогласно и немятежно», — и заверил челобитчиков, что более за веру «вешать, да в срубах жечь не будут». Князь Хованский даже обещал устроить венчание царей по старому обряду, однако этот замысел не удался, поскольку церемонией венчания руководил известный западник, фаворит царевны Софьи князь Василий Голицын.

Между тем готовилась челобитная о восстановлении старой веры на Руси. Идея подачи этой челобитной созрела давно, однако благоприятная возможность для ее осуществления появилась лишь теперь. Одним из главных вдохновителей подачи челобитной был знаменитый игумен Досифей, ловко уходивший от арестов и тайно путешествовавший между Поморьем, Москвой и Доном. 20 мая 1682 года стрельцы при помощи присланных Досифеем иноков составили челобитную, в которой требовали «старую православную веру восстановити, в коей Российские чудотворцы Богу угодили». Челобитная была зачитана перед созванными представителями стрелецких полков.

23 июня состоялось совещание выборных представителей староверия. Общественным лидером движения стал князь Иван Хованский, а духовное руководство осуществляли игумен Досифей, инок Сава Романов, ученик Аввакума священноинок Сергий и священник Никита Добрынин. Стрельцы и жители московских слобод требовали всенародных прений о вере на Лобном месте или в Кремле у Красного крыльца. Они хотели, чтобы патриарх открыто перед всем народом объяснил, чем же все-таки была вызвана необходимость никоновской реформы и почему ревнители старой веры предаются проклятию и ссылаются в заточение, наконец, за что был поруган и разорен Соловецкий монастырь, а его насельники за ребра перевешаны и на морозе заморожены. В день венчания новых царей князь Хованский передал стрелецкую челобитную царям Иоанну и Петру и патриарху Иоакиму, а 27 июня в палатах Кремля уже состоялся первый диспут старообрядцев с патриархом.

Этот диспут, проходивший при закрытых дверях, не принес никаких результатов (если не считать, что по его окончании церковные иерархи сменили греческие жезлы со змеиными головами на старые русские). На следующий же день князь Хованский подал царям вторую челобитную. Новый диспут был назначен на 5 июля. Накануне прошло совещание вождей старообрядцев, на котором был окончательно выработан план действий, а