История английского футбола - Сергей Владимирович Сурин

вне поля, гол, офсайд, нарушения правил и неспортивное поведение, штрафные и свободные удары, пенальти, вбрасывание из аута, удары от ворот, угловые удары.

Стенли Роуз сделал футбольные правила прозрачными, и с той поры понять, что надо делать на поле, смогут все.

Даже пингвины.

Глава II. Книга судей

Сами с усами

Вспомним вкратце историю появления на поле странного человека в черном со свистком.

В декабре 1863 года в Англии были приняты унифицированные футбольные правила – пошел отсчет нашей (футбольной) эры. Командам уже не надо было перед игрой долго и мучительно договариваться о длине ворот и о том, что можно делать на поле в этот вечер. И показалось игрокам, что раз уж в кармане шорт у каждого лежал буклет с едиными правилами, а в игре участвовало 22 английских джентльмена, воспитанных на традиции уважения к закону, – то никаких нарушений не будет в принципе, ну а уж если кто-нибудь по неосторожности правила нарушит, то тут же в этом чистосердечно признается.

При возникновении спорного момента, правилами не описанного, о разрешении спора договорятся капитаны – самые уважаемые люди на поле (таких в старину называли старейшинами). А если у капитанов с консенсусом в этот вечер не заладится, вопрос будет решен коллегиально – недаром же германцы (из которых вышли англосаксы, высадившиеся потом в Британии вместо ушедших тягаться с Аттилой римлян) решали спорные вопросы на тинге – общей сходке мужского населения. Причем мужское население специально брало с собой оружие, чтобы показать, что приличные люди всегда договорятся полюбовно – даже при наличии острых кинжалов за пазухой.

Ощущая себя прямыми наследниками демократических традиций, джентльмены начала футбольной эры были абсолютно уверены, что справедливость на поле будет торжествовать в течение всего матча. Но…

Несмотря на унифицированные правила, спорные моменты во время матча возникали буквально на каждом шагу. Никто не хотел уступать – договариваться заточенным на победу игрокам оказалось очень трудно. Более того: некоторые джентльмены на время переговоров даже забывали, страшно сказать, что они – джентльмены. Про первый в Европе парламент, про Великую хартию вольностей, подписанную Иоанном Безземельным, – забывали напрочь! В результате – вместо захватывающей динамичной игры получалась платоновская Академия с жаркими спорами и горячими диспутами, от чего матч затягивался (как и в недавние времена, когда общих правил не было), и зрители поступали в распоряжение мрачных сумерек и вечерней британской прохлады. Футбол терял зрелищность…

«Что делать?» – именно так назывался роман Николая Гавриловича Чернышевского, опубликованный в год принятия унифицированных правил футбола и основания Футбольной ассоциации Англии.

Первые судьи

Придумали так: с 1874 года на каждый матч приглашать двух судей – по одному от каждой команды. К ним обращались в тех случаях, когда сначала капитаны, а потом и сами игроки оказывались не в состоянии рассудить спорную ситуацию на поле.

Казалось бы, решение найдено, и можно наслаждаться игрой… Но нет, опять тупик: приглашенные судьи с поразительной стабильностью принимали ровно противоположные решения, – что характерно, в пользу той команды, которая судью и пригласила.

Третьим будешь?

Тогда решили приглашать еще и третьего – третейского арбитра. Сработало: третейскому арбитру – оказавшемуся судом последней инстанции, – спорить было уже не с кем, так что долгожданное решение наконец-то принималось, и игра продолжалась.

Откуда брали судей?

Поначалу они были членами тех же футбольных клубов и часто совмещали игру на поле и судейство: сегодня играю, завтра сужу… На стадионе отличить судью от болельщика того же сословия было просто невозможно: судьи носили обычную уличную одежду – куртку, брюки, цилиндр, ботинки. И если двое судей, приглашенных от команд – участниц матча, могли важно, с ощущением социальной значимости, ходить вдоль поля, поделив между собой противоположные бровки, то третейскому арбитру приходилось скромно сидеть на трибуне и ждать, когда его позовут для принятия окончательного решения в сложных ситуациях.

Выработанный алгоритм к продолжению матча приводил – но как же все это было долго, томно и тягуче!

И пришлось джентльменам, воспитанным на многовековых традициях парламентской демократии, прийти к неутешительному выводу: игре нужен разумный диктатор, контролирующий ход матча и оперативно выносящий вердикты, причем место его (и тут уж придется наступить демократии на горло) – на футбольном поле.

Диктатор на поле

Первый арбитр на поле судил при помощи носового платка, который, конечно же, всегда присутствует в кармане у джентльмена. Активно размахивая платком, арбитр мог, в случае удачи, привлечь внимание футболистов, которые, увы, имели обыкновение смотреть не в сторону арбитра, а в сторону мяча.

Тогда арбитр на поле перешел на крик. Это сработало, особенно если судить приглашали певцов из местных оперных театров. Но к концу первого тайма бодро кричавший, как правило, оказывался совершенно охрипшим – это ведь был не закрытый зал, а открытый и хорошо продуваемый газон… Стали пробовать на роль главного арбитра представителей других профессий, и каждый судивший привносил что-нибудь свежее в систему сигналов оповещения о нарушениях.

Из врачей один матч отсудил в те годы Артур Конан Дойл, автор рассказов о Шерлоке Холмсе. Как Конан Дойл останавливал матч – доподлинно неизвестно, но вполне мог при нарушении вызывать на поле санитаров.

Школьный учитель, судивший матч, придумал звонить в школьный звонок-колокольчик. Слава богу, не пригласили артиллериста.

Наконец, 10 июля 1878 года судить футбольный матч позвали полицейского – учителя были в отпуске, а врачи – в разъездах по вызовам. Вышел на поле констебль – человек суровый, жесткий и авторитетный, осмотрелся, а тут как раз драка между джентльменами на поле началась. По профессиональной привычке полицейский и свистнул в свой свисток. Футболисты от удивления даже перестали драться – настолько это было ярко и убедительно!

С тех пор судья на поле останавливает игру с помощью свистка.

В 1891 году Футбольная ассоциация Англии постановила, что главный арбитр – единственный человек, принимающий решения по ходу матча. Отныне судья, непосредственно находившийся на поле, мог назначать штрафные и пенальти, а также удалять игроков.

Впрочем, по-прежнему каждая команда, участвовавшая в матче, делегировала своего полномочного представителя в помощь главному судье. Как и раньше, их на поле не пускали, зато дали в руки по флажку, чтобы в случае нарушения они этими флажками привлекали внимание полевого арбитра. Увидит – свистнет, игра остановится. Полпреды активно перемещались вдоль боковой линии, за что их стали называть «лайнсменами».

В наше время судебная коллегия, обслуживающая футбольный матч, возросла до семи человек: главный арбитр, резервный, два линейных и три видеоассистента. Кстати, у древних греков суд формировался из 500 человек. Зачем так много? Все просто: такое количество судей было трудно подкупить, во-вторых, таким числом можно всегда отбиться от недовольных, а в-третьих, практически каждый древний грек ежегодно выносил судебные решения и потом уже не ругался лишний раз на судей,