Бастардорождённый - DBorn

— извечный друг разного рода сброда, боящегося покидать свои укрытия при свете дня. Ночью воры и мародёры выходят на дело, ночью контрабандисты отваживаются на наиболее опасные авантюры, ночью почти в каждой подворотне городских кварталов слышны стоны шлюх, а на улицах — пьяные вопли.

Тайвин Ланнистер смог избавить город от всех этих проблем и навести на улицах порядок, горожане смогли вздохнуть спокойно, но с коронацией его внука у жителей столицы появилась новая причина бояться ночи. Бояться и ненавидеть её.

Как только улицы погрузились во мрак, верные слуги короны вышли на очередную охоту. Десятки воинов, облачённых в латы и кольчуги, с семиконечной звездой на щитах, наведались к очередному врагу государства. Сотни «кротких мирян», вооружённых чем попало, следовали за ними, перекрывая улицы, и не оставляя возможности сбежать любому, кто попытается.

Выбиваются двери поместий, Сыны Воина заходят внутрь, убивая любого, кто оказывает сопротивление. Не проходит и десяти минут, как семья торговца, рыцаря или мелкого дворянина, уличённая в связях с «узурпатором», связанная, наблюдает за тем, как все накопленные непосильным трудом за десятки лет ценности выносят и складывают в телеги.

Агенты лорда Вариса указывают на все места в доме, где могут быть спрятаны золото, украшения и прочие ценности, некоторые тайники становятся новостью даже для некоторых из самих задержанных. Служащие короны ведут опись имущества и оценивают его стоимость.

Двадцатая его часть пойдет в награду верному Железному трону информатору, сообщившему об изменниках. Четверть получит Вера в качестве награды за самоотверженную службу и защиту города. Остальное будет конфисковано в пользу короны и пополнит пустую казну. Новый закон нравился всем участникам того, что городская элита в перешёптываниях смела называть погромами.

С рассветом городскую площадь украшают новые виселицы, а Верховный Септон произносит очередную речь о борьбе с внутренними врагами и тяжёлом труде на благо государства. Вместе с паствой он молится Семерым о долгом правлении Короля Джоффри и процветании королевства. Народ ликует, радуясь смерти изменников, феодальных угнетателей, завышающих цены торгашей и шпионов Эдрика Шторма (Баратеона). Словом, тех, кого им покажут сегодня.

В полночь наступает новый день. Цикл повторяется.

* * *

Замок Живописный, Штормовые земли

С момента объединения всех королевств материка в единое государство резиденция дома Грандисон утратила былое стратегическое значение. Железнорождённых прогнали обратно на острова, набеги штормовиков на богатые земли Простора, как и регулярные войны между этими регионами, прекратились. Необходимость укреплять родовую твердыню больше не была главенствующей.

Годы мира разбаловали местных лордов щедрыми урожаями и высокими по меркам штормовиков доходами, которые могли тратиться на что-то помимо войны. Как результат, разместившаяся на опушке Королевского леса постройка из белого камня полностью соответствовала своему названию. Широкие луга на юге, щедрый лес на севере, реки в относительной близости, чистое небо. В окрестностях просто хотелось остаться и отдохнуть, наслаждаясь видами, позабыв о заботах и проблемах. Или отправиться на охоту и узреть приграничье во всей его красе. Однако в этот день прекрасная мирная картина была нарушена.

С рассветом на окраине леса показались алые плащи ланнистерских лансьеров, почти тысяча мечей стремительно двигалась на юг широкой дугой. Грязные, потные, покрытые дорожной пылью и невероятно сильно уставшие западники, судя по виду, не то что совершили ночной переход, а с неделю путешествовали почти без сна.

Любой лорд, сведущий в военном деле, скажет, что этих людей слишком мало для штурма, а если атаковать с ходу, без подготовки и не отдохнув, то затея и вовсе обречена на провал. Однако на фоне Живописного даже такое воинство выглядело солидным. Невысокие стены, несколько построек во внутреннем дворе, заросший травой ров, четыре башни и замковый чертог, не сильно превосходящий любую из них в высоту.

Затяжная война с выжженной землей была не на руку Тайвину, особенно когда инициатива была на стороне у соперника. Но выход нашёлся быстро — решительный марш к ближайшему наименее защищённому замку, его молниеносный захват или осада, а за ними подготовка к деблокирующему удару штормовиков. Идеальная возможность навязать так необходимое генеральное сражение.

Передовой отряд в пять десятков мечей, ещё ночью подобравшийся максимально близко к замку, влетел в не успевшие закрыться ворота, сея страх, панику и смерть всем, кто попадётся им под руку. Полудремавших на посту под воротами воинов домашней гвардии изрубили на куски сразу же. Минутой позже во внутреннем дворе лежало ещё полдюжины трупов штормовиков.

Когда в Живописном наконец затрубил боевой рог, а из казарм ринулись в контратаку, ближайшие из западных лансьеров уже добрались до моста, а их товарищи, спешившись, начали забираться на стены при помощи крюков. Защитники замка оправились от первоначального шока и, сомкнув строй, начали медленно, но верно теснить врага обратно к воротам. Без толку, бой уже перекинулся и на стены. Стрелки убиты, знамёна с золотым львом подняты над воротами, а оставшиеся в живых штормовики закрылись в цитадели.

Командующий атакой уже искал, чем бы выбить окованные железом двери, и приказывал своим людям занять позиции на башнях со стенами и укрыться от возможного обстрела из бойниц. В тысяче мечей пехоты, отстающей от конницы на два-три часа, уже не было необходимости. Замок почти взят, а приказ лорда Тайвина выполнен.

Он так и не обратил внимание на то, что в замке не оказалось никого из прислуги, ни служанок, ни конюхов, ни прочей челяди. Равно как и не отметил, что все защитники замка были седовласыми стариками, а арсенал, склад и амбар оказались совершенно пусты.

…

Лорд Хью Грандисон был стар, очень стар, настолько, что принц Доран Мартелл вёл с ним переговоры о браке со своей дочерью. Сейчас Владыка Живописного спал, что было совершенно не удивительно для человека его возраста. Ни лязг мечей, ни предсмертные крики солдат так и не смогли разбудить его, лишь боевой рог и мастер над оружием совместными силами смогли справиться с этой задачей.

Нехотя натягивая поверх ночной сорочки плащ с фамильным гербом и рыцарский пояс, лорд Хью вышел на балкон чертога, чтобы увидеть, как во внутреннем дворе хозяйничают львы. Часть солдат готовит таран и смолу, другие собирают трофеи, а подоспевшая к стенам пехота готовится разбить лагерь прямо под ними. Замок слишком мал, чтобы вместить хотя бы тысячу человек.

— Тебе не стоило будить меня, мальчик, — обратился к командиру западников лорд Хью, успевая даже зевнуть.

— Сдай замок и тебе сохранят жизнь! — крикнул ему Ланнистер.

— Жизнь? Ты знаешь, сколько мне лет? Не сегодня, так завтра у меня будет рандеву с Неведомым. Что мне твоё милосердие? — тон