Заплати за любовь - Екатерина Ромеро

Глава 31

Я уже приняла душ и готовлюсь спать, когда Викинг врывается вечером в мою-нашу спальню, с грохотом распахивая дверь. Без стука.

– Почему не взяла? Ну почему?!

Опешевшая, я только и успеваю, что прикрыть голые ноги покрывалом, распахиваю губы, смотря на Суворова во все глаза.

Злой, злющий даже, а мне становится страшно.

– О чем вы?

– Пакет на столе. Ты же его видела!

Понимание мгновенно проносится в голове. О боже, Вадим понял, что я коснулась чужого подарка, но неужели думает что я себе взяла? Украла.

– Я просто посмотрела. Не брала. Можете проверить. Извините.

Тот самый момент, когда словно говорим на разных языках, а у меня сердце вот-вот выскочит из груди.

Он что, думает я воровка или шарюсь по чужим пакетам? Обидно, но похоже, так Суворов и думает, судя по выступившей вене на его лбу.

– Так почему?!

– Что почему?

Я правда, не понимаю, чего Вадим злиться. Там же все на месте! Я не трогала те сережки. Даже в руки не брала.

– Ясно все с тобой. Ты меня просто выводишь, девочка! Как еще никто не выводил.

Пробасил и вышел, с грохотом хлопнул дверью, а вот тут уже я не поняла.

Вскочив с кровати, я спускаюсь за ним на первый этаж. Я все равно так не усну, и мы поговорим, хочет он того или нет.

Зайдя на кухню вижу, как Вадим резко хватает тот подарочный пакет, и открыв нижнюю дверцу шкафчика, бросает его в урну.

И нет, он не пьяный, вполне себе трезвый, просто взбешен, а у меня ком в горле, и сама даже не знаю, почему.

– В чем вы меня обвиняете? Что я сделала не так?

Встречаемся взглядами, Викинг достает кофе, а после опирается сильными руками о столешницу, тяжело выдыхает.

– Я тебя ни в чем не обвиняю. Сам идиот. Иди спать, Нюта.

И вот, вроде, спокойно говорит, но я чувствую, что у него внутри ураган. Пламя адское плескается. Что Вадима так обидело я не знаю, но задело его знатно, вон, аж костяшки на кулаках побледнели от напряжения.

– Та коробочка невредима и цела. Можете проверить. Думаете, я бы смогла взять чужое или украсть у вас? Такого вы мнения обо мне? Не выбрасывайте ту вещь, или после того как я ее коснулась, вам что, противно дарить?! Стеше понравится или кому вы там это приготовили. Соне вашей!

Выпаливаю, сдерживая слезы. Паша проболтался, что до меня у Вадима девушка по имени была. И они были вместе больше пяти лет. Я когда узнала, стало не по себе, и теперь могу только надеяться, что это не я стала причиной их разрыва.

Вадим как-то странно смотрит на меня, а после проводит рукой по лицу.

– Девочка, это было для тебя. Тебе купил. Подарок.

Воцаряется пауза, становится стыдно. Мало того, что Вадим вчера все слышал, так и сегодня я еще сверху добавила. И эта Соня… зачем я вообще ее упомянула?! Не знаю, просто я боюсь, что Вадим с ней будет время проводить, когда мы ссоримся. Я не хочу этого, и не я не ревную! Просто. Не хочу.

– Мне? Зачем?

– Чтобы ты не чувствовала себя здесь, как в тюрьме! Потому что ты не в тюрьме, Нюта! А просто замужем ЗА МНОЙ, хотя для тебя, похоже, это одно и тоже.

Да, конечно же, Вадим все слышал и это был упрек, а я расплакалась. Слезы потекли по щекам, я только сейчас заметила, что стою посреди кухни босая в одних только трусах и майке без лифчика.Сказал мрачно, и налив себе кофе, прошел мимо.

В отражении окна я увидела уже слегка округлившийся беременный животик.

Я простояла так минут пять не двигаясь, а после подбежала шкафчику с мусором и достала из него тот треклятый пакет. Вынула коробочку с сережками, и сжав ее в ладони, поднялась с ней в спальню.

***

На часах два ночи, а сна ни в одном глазу. Так тихо в доме, и снова снег пошел, метель танцует снежинками. Я сижу в кровати и держу в руках эти маленькие золотые сережки. Красивые они, вроде простые, с фиолетовым камушками, но как же сильно они мне нравятся.

Я хочу их надеть, но у меня не проколоты уши. Обидно до ужаса. Я всегда боялась иголок, потому Шурочка жалела меня, все говорила вырасту – муж подарит сережки. Так, впрочем, и случилось.

Вадим в кабинете у себя, так и не выходил. Дверь не хлопала, не знаю даже, спит или нет. А ночь такая длинная, и мне холодно одной тут сидеть, либо я просто хочу извиниться.

Я поднимаюсь с кровати, и набросив халат иду к нему, стучусь в кабинет, пока не слышу глухое:

– Входи.

Открыв дверь, вижу Викинга. Он сидит за столом, рядом полупустая чашка кофе. Почему не полуполная? Снежка бы сказала по-другому, но у меня так.

– Что-то нужно?

– Я…

Хочу извиниться, но молчу. Вадим не спал, глаза красные, смотрит прямо на меня. И он без футболки сейчас. В одних только джинсах, а я теряюсь, Стыдно мне смотреть на него, неловко очень, хотя вроде как, и муж, и видела его уже без одежды тогда, все равно.

Потупляю взгляд, опускаю голову.

– Я хочу надеть их, но не могу.

Раскрываю ладонь, там сережки поблескивают.

– Почему не можешь?

– У меня уши не проколоты. В детстве боялась, а потом не до того было.

– Завтра поедем проколем.

– Я сейчас хочу. У вас есть в доме игла? Может в аптечке?

Думаю, Вадим сейчас меня выгонит, но он поднимается и открывает шкаф. Ищет что-то, выбрасывает какие-то папки, а после достает небольшую коробочку с лекарствами. Там же бутылочка спирта, вата и новые шприцы.

– Могу проколоть тебе уши сам. Если хочешь.

Сглатываю, знаю, будет больно, но все же киваю.

– Хочу.

– Садись на диван.

Вадим моет руки и приземляется рядом на стуле. Я оборачиваюсь к нему полубоком и замираю, когда мужчина откидывает мои волосы с шеи, освобождая доступ к ушам. Мурашки бегут от его прикосновения, тело то деревенеет, то наоборот, кажется очень горячим.

Глава 32

– Извините за те слова. Я не думаю, что живу здесь как в тюрьме. Вырвалось.

– Не извиняйся, малыш. Я знаю все и так.

Вздрагиваю, когда