Пепел Бессмертия. Том 1 - Один Слав

Он шёл быстро, почти не разбирая дороги, позволяя телу двигаться по привычке, а мыслям — кружиться, как листья в водовороте. За прошедшие сутки он преодолел гораздо больше, чем рассчитывал: поля оказались менее опасными, чем он ожидал. Патрули встречались редко, а рабочие, занятые своими делами, не обращали внимания на тень у канавы. Иногда ему казалось, что он идёт по чужой, забытой земле, где никто не ждёт ни врага, ни гостя.

«Всё оказалось проще, чем я думал, — размышлял Хан Ло. — Если так пойдёт и дальше, к утру я буду у самой границы. А там — только найти подходящий проход через Врата клана. Может быть, уже следующей ночью я покину эти земли навсегда…»

Но радость от того, что путь оказался легче, чем он ожидал, быстро сменилась тревогой. На пересечённых полях не выращивали ничего съедобного — только жёсткие травы и растения, шедшие на плетение корзин или на корм скоту. Его припасы почти закончились, а пополнить их было негде. Голод всё чаще напоминал о себе, и это злило.

Гораздо хуже было другое: за последние сутки ему пришлось принять уже три пилюли, чтобы отсрочить действие яда. Их эффект слабел, и теперь времени оставалось ещё меньше, чем он рассчитывал. Если так пойдёт и дальше, у него останется всего несколько дней, чтобы выбраться за пределы клана и найти способ избавления от отравы.

Он сжал кулак, чувствуя, как внутри поднимаются злость и отчаяние. «Я не могу позволить себе ошибиться сейчас. Не могу…»

К концу ночи Хан Ло почувствовал, что силы на исходе. Он остановился, чтобы перевести дух, и вдруг заметил в стороне, на склоне холма, скопление огней. Там, вдалеке, раскинулось одно из поселений рабочих: свет фонарей, редкие всполохи костров, тёмные силуэты строений. Сердце сжалось — он понимал, что приближается к границе полей, но и опасность становилась всё ближе.

«Пора искать укрытие, — подумал он. — До рассвета осталось не так много времени».

Он осторожно двинулся вдоль канавы, выбирая место, где кусты были особенно густыми. Здесь он мог бы переждать день, если не найдёт ничего лучше. Вода в канаве тихо журчала, скрывая его шаги, а ночной воздух был наполнен запахом сырой земли и травы.

Когда рассвет начал окрашивать небо, Хан Ло уже устроился в густых зарослях у самой воды. Он укрылся плащом, стараясь не шевелиться, и прислушивался к звукам вокруг. Вскоре по тропинке вдоль канавы прошли двое рабочих, неся на плечах мотыги. Хан Ло затаился и услышал их разговор.

— Говорю тебе, что то неладное творится, — ворчливо сказал один, по стариковски шаркая ногами. — Сначала патрули исчезли, теперь и надзиратели новые, все злые, как собаки.

— Ага, — отозвался второй, помоложе. — Говорят, в клане кто то большой пропал, и теперь все друг на друга смотрят, будто враги. Даже еду стали выдавать хуже, а на складах — пусто.

— Слышал, будто кто то из рабов сбежал, — шёпотом добавил первый. — Только никому не говорят, чтоб паники не было.

— Да куда тут бежать, — фыркнул второй. — Разве что в звериный лес, да там и дня не протянешь.

Они скрылись за поворотом, а Хан Ло ещё долго прислушивался к затихающим голосам. Слова рабочих подтвердили его догадки: в клане царит тревога, и все силы стянуты к важным точкам. Значит, его путь действительно стал чуть безопаснее.

Позже, когда солнце поднялось выше, он заметил у самой воды пучок зелёных стеблей, пробивающихся сквозь глину. Хан Ло присел, внимательно рассмотрел растение и узнал в нём дикий водяной лук — не слишком сытный, но вполне съедобный. Он быстро выкопал несколько луковиц, очистил их и, не раздумывая, съел сырыми. Горечь и терпкость только усилили чувство голода, но всё же добавили немного сил.

«Пусть немного, но это лучше, чем ничего», — подумал он, пряча остатки в мешочек. Эта находка напомнила ему: даже в самых безнадёжных местах можно найти шанс выжить, если не терять бдительности.

В это время в клане Железной Клятвы последствия ночных совещаний уже начали сказываться. Фракция Чжоу усилила охрану Террасы Багровых Облаков и Селения Туманного Лотоса, стянув туда лучших бойцов. Ветвь Линь замкнулась в своих владениях, выставив дополнительные дозоры и запретив кому либо покидать территорию без особого разрешения. Союз Ду и Фан затаился, ограничив любые контакты с внешним миром и усилив наблюдение за караванными путями.

Внутри клана росло напряжение: каждый подозревал соседа, каждый ждал удара в спину. Патрули на окраинах полей стали появляться реже — все силы были брошены на защиту ключевых точек. Именно этим и воспользовался Хан Ло, проходя всё дальше и дальше, пока другие были заняты внутренними распрями.

С наступлением ночи поля остались позади, и мир вокруг изменился. Впереди, на фоне звёздного неба, вырастала горная гряда — последняя преграда, отделяющая Хан Ло от свободы. На вершинах мерцали огни дозорных башен, а между ними, по голой земле, медленно двигались патрули с факелами.

К середине ночи, когда он подобрался ближе, детали стали различимы: ровные тропы, выжжённые полосы, по которым не росла ни трава, ни кустарник. Всё пространство под башнями было открыто, и каждый шаг требовал предельной осторожности.

Забравшись на высокое дерево у подножия гор, Хан Ло затаился в густой листве, стараясь не выдать себя ни малейшим движением. С этой высоты он мог видеть всю очищенную полосу у вершины хребта и наблюдать за дозорными башнями, между которыми сновали патрули с факелами. Он внимательно следил за их маршрутами, отмечал, где стражники задерживаются дольше, а где проходят наспех, где дорога к вершине короче, а где можно попытаться проскользнуть, пользуясь тенью скал или редкими выступами.

Время от времени он замечал, как один из патрулей останавливается, чтобы обменяться короткими фразами с соседями, или как отблеск факела исчезает за поворотом тропы. Хан Ло мысленно вычерчивал на воображаемой карте возможные пути, искал малейшие бреши в охране, прикидывал, сколько времени займёт преодоление открытого пространства.

Всё внутри него было напряжено до предела, но вместе с тем он ощущал странное спокойствие: теперь всё зависело только от его наблюдательности и выдержки. Для себя он уже решил — следующей ночью он сделает последний рывок к свободе. Оставалось лишь выбрать лучший момент и не упустить свой единственный шанс.

Постепенно небо на востоке посветлело, и рассвет начал разгонять ночную тьму. Хан Ло всё ещё наблюдал за горной грядой,