Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде! - Ангелина Сантос

— Сколько времени? — спросила Ада.

— Два рабочих дня для заверенной банковской выписки. Предварительную цепь построю сегодня по внутреннему реестру, но в суд она пойдет только с печатями банка.

— Общая жалоба подается не позже семнадцатого дня.

— Сегодня четырнадцатый. Получите утром шестнадцатого, если банк не заявит тайну третьих лиц.

— Заявят? — спросила Клара.

— Скорее всего. Тогда я представлю требование Счетной палаты и закрою личные расходы, не связанные с фирмой. Это добавит несколько часов, не дней.

Соль попросил изложить, что именно мы ищем. Ада назвала узкую цель: установить, кто фактически управлял посредником, откуда поступали деньги за техническую работу Локса и кто получил выгоду от перепродажи имущества. Уголовную квалификацию она не просила.

— Хорошо, — сказал ревизор. — Слова «схема», «коррупция» и «семейная трагедия» оставьте для другого кабинета. Дайте номера счетов, даты и суммы.

Тесса разложила девять копирных листов Локса, три имущественные выписки и старые счета Клары. Имена закрытых сторон оставались под накладками. Для финансового запроса хватало кодов платежей.

Соль начал с «Северных складов». За четыре года фирма получила двенадцать крупных переводов от трех драконьих родов: Вейров, Хорнов и Керстов. В назначении стояло «правовое сопровождение семейных обязательств». В течение двух дней после шести переводов Локс получал оплату за ОР-312. Еще часть денег уходила на покупку спорных объектов.

— Род Вейр платил посреднику, — сказала я.

Ранар сидел в соседней комнате как лицо, предоставившее семейный список. Из-за ограничений комиссии наше профессиональное общение шло через Аду. Она пригласила его только после того, как Соль назвал счет.

— Кто утверждал платежи? — спросил ревизор.

Ранар передал заверенную выписку, полученную по судебному требованию.

— Два утверждала Адела Вейр, один Торвальд. Моя подпись стоит на месячном своде расходов архива, но конкретные получатели в нем не перечислены.

— Вы имели доступ к расшифровке?

— До шестого дня — по запросу к счетной службе. После ограничения доступа — только через суд. Раньше не запрашивал, поскольку сумма укладывалась в утвержденный советом предел сопровождения.

— Кто предложил фирму?

— Адела. В протоколе совета записано, что посредник рекомендован Брачной палатой.

— Кем именно?

— Председателем Таленом в письме о списке доверенных подрядчиков.

Ранар передал письмо с исходящим номером Палаты. Тален рекомендовал «Северные склады» как расчетного посредника для провинциальных мастеров. Объяснение выглядело законным: фирма принимала платеж в Астене и рассчитывалась с ремесленниками в других городах. Незаконным его делало не существование посредника, а то, куда уходила разница.

Соль проследил три перепродажи. Мастерскую Клары фирма купила за четыре тысячи серебряных, продала за одиннадцать. Городской дом Веры приняли в счет услуг по оценке в две тысячи, затем заложили на восемь. Склад Савины пока не продали, но на него уже оформили договор будущей аренды с родом Хорнов.

— Доход фирмы после расходов, — сказал ревизор, записывая числа, — семь тысяч по первой сделке, не менее шести по второй, ожидаемый годовой доход девятьсот по третьей. Теперь получатели.

Из прибыли регулярно переводили деньги в четыре места: Локсу, Фарину Дорсу, на счет юридической консультации и на личный счет Ардена Талена.

— Кто это? — спросила Клара.

— Племянник Герхарда Талена, — ответил Соль после проверки городского реестра родства. — Тридцать один год, формально владелец конторы морских перевозок. За четыре года получил от «Северных складов» одиннадцать переводов.

— За какие услуги?

— «Сопровождение риска». Других документов нет.

— Председатель получал деньги лично? — спросила Ада.

— В видимых записях нет. Есть племянник, рекомендованная председателем фирма и решения, создавшие имущество для покупки. Это финансовый мотив для проверки, не доказательство личного получения.

Я записала его формулировку. Соль произносил числа без драматической паузы. Деньги не нуждались в магической печати: они переходили со счета на счет и оставляли даты.

— Сравните переводы Ардену с решениями Палаты, — сказала Тесса.

Ревизор построил вторую таблицу. Семь платежей проходили в течение недели после решений Талена по связанным делам. Четыре относились к другим периодам и могли иметь законное основание. Совпадение времени усиливало подозрение, но не заменяло договор.

— Запрошу налоговые отчеты конторы Ардена и его переписку с фирмой, — сказал Соль. — Для семейного суда достаточно показать возможную выгоду. Уголовная палата решит, нужен ли арест счета.

— Может ли он вывести деньги за два дня? — спросила Клара.

— Может. Поэтому Счетная палата направит банку запрет на крупные переводы до ответа. Это финансовая мера, не признание вины.

— А Дорс?

— Его счет также под наблюдением. Задерживать его оснований пока нет.

Банк ответил на первый запрос через сигнальную пластину уже при нас. Он признал счета, но отказался раскрыть имена конечных получателей без точного диапазона дат: в выписках находились платежи десятков торговцев, не связанных с семейными делами.

Соль не стал требовать все движение фирмы. Он взял даты девяти заказов Локса, добавил по десять дней до и после каждого и исключил суммы ниже ста серебряных. Получилось девять узких периодов. Ада проверила, что запрос не раскрывает закрытые имена женщин: вместо них стояли коды судебных листов.

— Почему десять дней? — спросила я.

— В трех известных сделках имущество переходило посреднику не позже восьмого дня после решения, — ответил ревизор. — Десять дают разумный запас. Месяц превратил бы проверку в поиск наугад.

Он направил уточнение. Банк согласился подготовить закрытую выборку и сообщил, что один из счетов уже пытались закрыть этим утром. Заявление подал Фарин Дорс через доверенного служащего.

— После нашего вчерашнего запроса? — спросила Ада.

— Запрос зарегистрирован в девять десять, заявление о закрытии — в одиннадцать сорок, — сказал Соль. — Банк остановил операцию из-за судебного наблюдения.

— Это доказывает, что Дорс знает о проверке?

— Доказывает только попытку закрыть счет после запроса. Уведомляли его или он решил по другой причине, установит допрос.

Клара вспомнила, что Дорс всегда держал два счета: городской для официальных поставок и речной для расчетов с провинцией. Второго в ответе банка не было.

— Название? — спросил Соль.

— Не знаю. На квитанциях стоял знак трех волн и буква «Л». Я получала оттуда возвраты за бракованный товар.

Тесса нашла одну такую квитанцию в счетной книге. Знак принадлежал Ларенскому торговому банку, где «Северные склады» не числились. Получателем старого возврата был Ф. Дорс лично.

— Отдельный личный счет,