Измена. Вы забрали у меня будущее - Марина Мартова

Белые стены больницы давят, в воздухе явно чувствуется спиртовой запах антисептика, в коридоре слышны приглушённые голоса.

Останавливаюсь у нужного кабинета и нервно выдыхаю.

- Пусть всё будет хорошо, - шепчу, и в следующую секунду мы все заходим внутрь.

Игорь Иванович привычно улыбается нам. Я укладываю Митю на столик, раздеваю и отхожу.

Врач осматривает сыночка, измеряет, взвешивает, слушает, ощупывает…

Боже, мне кажется, что он проверяет каждый его вздох!

Сижу на стуле рядом с Тимуром. Плотно сжимаю кулаки, и почти не дышу, пока педиатр не откладывает стетоскоп и не улыбается:

- Всё в порядке. Да, Митя недобирает в весе и росте, но в текущей ситуации развивается прекрасно.

Мне кажется, все в кабинете слышат, как я облегчённо выдыхаю, но мне, честное слово, настолько сейчас безразлично на это…

Страх, наконец-то, отпускает, и я закрываю глаза на секунду.

Здоров.

Мой сын здоров.

- Соня, - зовёт меня врач, и я быстро открываю глаза, принимаю из его рук Митю, - останьтесь на минуту, нужно кое-что обсудить.

Я киваю, быстро одеваю сыночка и укладываю в автолюльку, но Митя вдруг начинает хныкать и выгибаться, показывая, что он не намерен лежать.

Торопливо расстёгиваю ремни, но руки дрожат от волнения, не могу справиться.

- Дай я попробую, - Тимур мягко отодвигает мои пальцы и за секунду освобождает малыша. Он берёт его на руки, прижимает к себе, и – о, чудо! – Митя тут же замолкает и начинает с интересом разглядывать мужчину.

Я застываю, глядя на них.

Тимур, кажется, таким огромным рядом с моим крошечным сыном. Он осторожно держит Митю. Их взгляды встречаются – серые глаза Тимура и серо-голубые, ещё мутные, сына.

Что-то щемит в груди.

- Он тебя узнаёт, - шепчу.

Тимур бросает на меня быстрый озорной взгляд и улыбается. Две маленькие ямочки снова появляются на его щеках, и в этот момент мне хочется…

Нет. Нельзя.

Одёргиваю себя.

Отворачиваюсь, глотаю ком в горле.

После больницы мы идём в парк.

Солнце, смех детей, шелест листьев – всё кажется таким лёгким и беззаботным сейчас. Тимур ведёт Митину коляску, а я иду рядом, и между нами разливается это странное, тягучее напряжение.

Тимур намеренно замедляет шаг, чтобы наши плечи соприкоснулись. Я чувствую его обжигающий взгляд, но не решаюсь поднять глаза.

- Соня… - он начинает, но в этот момент пряча глаза, я случайно поворачиваю голову вправо… и ледяная волна паники накрывает меня с головой.

Алиса.

Она стоит метрах в двадцати от нас, в зелёном длинном сарафане, такая же бледная, какой я её помню, и с большими широко раскрытыми глазами.

Наши взгляды встречаются, и Алиса резко дёргается, бросается к машине, стоящей у обочины, а меня начинает трясти.

- Тимур! – хрипло выдыхаю и хватаю мужчину за руку.

Он бросает на меня встревоженный взгляд и, мгновенно всё поняв, тут же бросается за Алисой, встаёт на обочине, достаёт телефон, и начинает фотографировать быстро удаляющийся от нас автомобиль.

- Кто это? – первым делом спрашивает он, вернувшись к нам. Его голос резкий, настороженный.

Я не отвечаю. Просто прижимаю к себе Митю, который мирно спит, не подозревая, как хрупок мир вокруг него.

Глава 48.

Глава 48.

* Соня *

Откидываюсь на спинку, и мягкое кресло машины будто обнимает меня. Смотрю в окно – там мелькают невысокие домики и стройные зелёные кипарисы, уже нагретые солнцем… но вместо восторга в груди стоит неприятный ком.

Поворачиваюсь к спящему сыну и осторожно убираю налипшие волосики с его лба, прислушиваюсь к тёплому дыханию.

- Ещё час – и мы на месте, - голос Тимура звучит тихо, чтобы не разбудить малыша.

Я киваю, но пальцы сами сжимают подол летнего платья. В зеркале заднего вида вижу, как серые глаза мужчины на мгновение встречаются с моими.

- Сильно устала?

- Немного, - признаюсь, проводя пальцем по Митиной щеке, - мне неспокойно от всей этой ситуации, - вздыхаю и закусываю губу.

Я действительно устала постоянно прятаться, жить как затворница, окружённая плотной охраной.

Тимур молча протягивает руку через подлокотник. Его ладонь раскрывается в немом жесте… и я, не задумываясь, медленно опускаю свои пальцы в его – тёплые, сильные, с едва заметными шрамами.

- Я здесь, - говорит он просто, - я всегда рядом с тобой и Митей.

Эти слова мужчина произносит уверенно и спокойно… и я ему верю… верю, что не оставит меня и отведёт от нас с сыном опасность.

Чувствую, как Тимур большим пальцем осторожно проводит по моим костяшкам – медленно, гипнотизирующе… и я вспыхиваю, хочу выдернуть свои пальцы, но мужчина не отпускает.

- Ты... – начинаю, но замолкаю, не зная, что сказать ему.

Тимур лишь слегка сжимает мою руку в ответ и улыбается, снова поймав мой смущённый взгляд в зеркало заднего вида… и отпускает мою руку, когда рядом малыш начинает недовольно сопеть.

Поворачиваюсь к сыну, поглаживаю его, и Митя снова затихает, а моё сердце сильно колотится в груди, и по венам растекается уже знакомый жар.

Боже…

Отворачиваюсь к окну и больше не смотрю на мужчину.

Какая-то слишком безумная, яркая, горячая у меня реакция на него.

Вскоре за окном появляется первая полоска моря – ослепительно синяя, бесконечная, красивая. Митя во сне ворочается, и его крошечная ручка сжимает мой палец.

- Смотри, - Тимур указывает подбородком вперёд, и я поворачиваюсь и смотрю в лобовое стекло.

Дорога резко поворачивает, и перед нами открывается безумно красивая бухта – бирюзовая вода, белые яхты, шикарные террасы вилл, утопающие в зелени.

Дом, который для нас снял дядя, оказывается огромным – комнаты на первом этаже занимает охрана, а я с Митей и Тимур располагаемся на втором.

- Нравится? – Тимур заносит наши с Митей вещи в огромную спальню с балконом и прекрасным видом на море.

- Это слишком… роскошно.

Мужчина смеётся, а я завороженно смотрю на появившиеся ямочки на его щеках.

- Генерал не любит экономить на безопасности… а на вас с Митей тем более.

Я киваю, но мои мысли вдруг снова возвращаются к Алисе, и, видимо, я слишком нервничаю, потому что Тимур замечает перемену в моём настроении. Он подходит ко мне ближе… так близко, что я чувствую жар его кожи и чувствую аромат его парфюма – морозный, с лёгким оттеком цитрусов.

- Соня, - он берёт меня