Кэшбэк с Того Света - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Знаешь, Стас, — сказал я наконец. — А твой отец шарит.

Стас медленно повернул голову.

— Нет, серьёзно. Четыреста двенадцать лет — это гарантированное рабочее место. Оклад, конечно, вопрос, но стабильность… — Я развёл руками. — Ты знаешь, что сейчас на рынке? Меня из общаги выписали за чужой долг, я в подсобке сплю на раскладушке. А у тебя контракт до двадцать пятого века и корпоративная униформа.

— Крот, ты больной⁈ — Он вскочил, и тряпка соскользнула на ступеньку. Стас нагнулся, подобрал её и снова сжал в кулаке, даже не заметив. — Мне штрих-код на шею набили! Вот сюда! — Он ткнул себя под ухо. При дневном свете кожа выглядела обычной, разве что чуть покрасневшей, но я-то помнил, как это место светилось под лазерами. — Я теперь инвентарь! Меня в опись занесли! Между стремянкой и ведром!

Я поморщился, потому что вспомнил другую опись. Инвентарный номер 0002, бейдж с надписью маркером, толстовка до колен. И то, как Шваб… Фина мурлыкает боссу-нову над витриной с пивом.

Смеяться сразу расхотелось.

— Ладно, — сказал я. — Инвентарь так инвентарь. У меня тоже инвентарь есть, живой, и ничего, работаем.

— В смысле у тебя есть?

— Долгая история. Как и у тебя, не будем множить.

Стас вдруг резко утёрся синей тряпкой, которая наверняка ночью протирала что-то в клубе, и я решил ему об этом не сообщать. Слёзы он размазал, покраснел ещё сильнее, зато глаза стали сухими и в них появилось нечто, что мне очень не понравилось.

Решимость. Маниакальная, как у человека, который в четыре утра нашёл в интернете способ заработать на крипте.

— Думаете, я сдался? — произнёс он тихо и торжественно. — Сергунька думает, что он самый умный? Что раз батя ему сигару прикурил, то всё, Стасямба на швабре до пенсии? Не-е-ет. Я бате докажу, я тоже бизнесмен. Я нашёл антикризисного решалу.

Лера рядом со мной изменилась в лице. Не сильно, на пару миллиметров, но я уже научился читать её показания: пальцы левой руки легли на кольцо большого пальца и провернули его один раз.

— Какого решалу, Стас? — спросила она. Голос оставался ровным, и от этого делалось только хуже. — Ты у кого-то помощи попросил? У кого именно?

— Да есть у меня каналы, — сказал он и огляделся, будто нас могли подслушивать первокурсники. — В Телеге чат закрытый, «Даркнет-Услуги VIP». По приглашению только, меня туда ещё летом добавили. Там парень один сидит, шарящий, с аватаркой такой… неважно. Я ему всю ситуацию расписал, он сразу ответил. Сказал, что у него с Сергунькой старые счёты. Обещал юридически аннулировать мой долг перед Клубом. Полностью! Со всеми процентами!

— Юридически, — повторил я. — Через Телегу. Который у тебя, напомню, отобрали.

— Я старый айфон в бардачке нашёл, у него экран треснутый, но работает. Там ещё симка бабушкина стоит, мне на неё поликлиника звонит.

— То есть ты с бабушкиного номера написал в закрытый даркнет-чат, что тебя поработил владелец клуба, и попросил долг аннулировать.

— Ну да. А что?

Мы с Лерой переглянулись в третий раз за пять минут. Кажется, это становилось нашим фирменным движением.

— Стас, — сказал я медленно. — И сколько этот решала попросил за услуги?

— Да вообще копейки! — Он махнул тряпкой. — В этом и кайф. Сказал, деньги ему не нужны, деньги вообще не тот ресурс. Попросил только принести ему… э-э… — Стас наморщил лоб, вспоминая формулировку. — «Страх перед будущим». Вот так прямо написал, в кавычках. И любой предмет из клуба. Ну, псих какой-то, наверное, ролевик, типа нашего Сергуньки. Но бесплатно же!

Он ткнул пальцем в тряпку и подвигал бровями. Многозначительно, как человек, который считает, что разгадал схему и остался в плюсе.

— Предмет из Клуба, — сказала Лера очень тихо.

— Ага. Я её сразу прихватил, ещё когда меня утром выпустили. Микрофибра, фирменная, там даже бирка есть. Я думаю, ему пофиг, какой предмет, а мне тряпку не жалко, у них там их сто штук.

— А страх перед будущим ты как ему собрался передать? — спросил я. — В файле? Голосовухой?

— Он сказал, это само получится, когда встретимся. Что у меня этого добра и так с избытком, он через экран видит. — Стас пожал плечами. — Наверное, психологический приём такой. Расслабляет клиента.

Мда… Некоторые люди ничему не учатся, даже когда швабра вдарит им по носу уже десятый раз.

Стас за одну ночь умудрился оказаться должен клубу четыреста двенадцать лет. И, не отходя от кассы, взять кредит у кого-то, кто просит в оплату не деньги и не кровь, а то, чего ты у себя не видишь и чего потом не хватишься.

Лера поднялась с корточек, отряхнула колени и взяла Стаса за воротник смятой куртки. Просто взяла, двумя пальцами, как берут щенка, и Стас, к моему удивлению, послушно встал.

И к его удивлению тоже, судя по вытянувшемуся лицу.

— Так, — сказала она. — Вставай, инвентарь. Мы идём на лекцию. И ты теперь от нас ни на шаг не отойдёшь. В туалет тоже с Денисом.

— Чего? — Стас выпучил глаза. — Лер, ты чего? Я не могу, мне к семи в клуб на смену…

— К семи ты будешь в клубе. Целый. — Она развернула его лицом к дубовым дверям. — А сейчас ты будешь сидеть между нами на четвёртом ряду и записывать лекцию, чтобы руки были заняты не тряпкой.

— Ага, — добавил я, подхватывая его под другую руку. — Потому что если твой даркнет сожрёт тебя до того, как ты отработаешь Сергуньке четыреста двенадцать лет, Сергунька выставит неустойку нам. За соучастие в порче имущества. Я его бухгалтерию уже прохавал, он ничего не списывает.

— Каким ещё нам? На меня решала работает!

— Ничего не знаю, ты нам все рассказал, — отрезала Лера. — По правилам Изнанки это уже считается за свидетельство и, скорее всего, за поручительство. Не знаю точно, но проверять на своём кармане не хочу.

— Какой ещё Изнанке? Вы чё, угораете?

Он опять заныл что-то про батю, вип-статус и что «пацаны увидят, как меня ведут». Пацаны, судя по потоку, видели только свои смартфоны и тетрадки с лекциями, и никого