Путь Строителя 17 - Алексей Ковтунов

— Сурик, — я осторожно поднял одну пластину и повертел, оттиск сидит почти по центру, ставили его явно с любовью. — А накопители им зачем?

— Ну а что. — Он подобрался и встал между мной и рядами пластин, с ним такое нечасто. — Они разве не заслуживают?

— Заслуживать-то заслуживают, — вздохнул я и уложил пластину на место, в строй. — Только мы их потом разобьем в крошку и отправим в следующий замес. Всех до единой.

— Вот именно, — кивнул он так, будто я его правоту сам и доказал, и подоткнул камышовый край, укрывая подопечных от косого солнца.

Спорить с ним о кирпичах занятие безнадежное, да и смысла нет, накопитель ведь и правда потихоньку тянет Основу из воздуха, за время сушки пластина успеет напиться до краев, а такая глина набирает свойств сверх положенного, на сырце это давно видно. Основой кашу не испортишь, это факт.

Кстати, прием этот в моем мире знали и без всяких систем. Не тот, что про Основу, а про шамот. Так вот, битая посуда шла в ход наравне со свежей глиной, отслужил горшок целым, послужит и крошкой. Безотходное производство изобрели не инженеры, а мужики, которым было жалко выкидывать. У нас вот каждая пластина отработает дважды, а с легкой руки Сурика так и трижды.

Дальше пошла возня, которую я люблю, пожалуй, сильнее самой стройки. Наколол щепы, уложил на колосник клетку из тонких дров, подсунул солому, приоткрыл заслонку поддува и запалил. Огонек занялся неохотно, подымил мне в лицо, потыкался туда-сюда, а потом труба распробовала, потянула, и пламя выпрямилось и загудело в полный голос. Тяга есть, и вышла она отменная, не зря я ее вывел такой высокой.

Долго радоваться, правда, не пришлось, на обходе я поймал струйку дыма, сочилась она из шва довольно-таки нахально, даже с завитушками. Замазал жидкой глиной, прошелся по соседним, нашел еще одну, пожиже, и ее туда же. Кладка намекнула, что мест таких у нее много, а вечер всего один, и следующий час я так и проходил в звании мальчика с ведерком, горн пыхтел, а я затыкал ему лишние ноздри.

На дымок, понятно, подтянулись зрители, мужики от угольной ямы пришли всем составом как на смотрины.

— Топит! — обрадовался передний и толкнул локтем ближнего.

— Не топит, а сушит, — со знанием дела поправил тот. — Вон, огонь смешной, таким кашу не сваришь.

— Значит, скоро топить будет, — подытожил третий, и компания закивала, вопрос закрыт.

Дед с фермы подошел последним, оглядел мое хозяйство, крякнул и ушел недовольный, к розжигу он опоздал, а какие тут ставки, когда горит себе ровно и рушиться не желает.

Так я и прокопошился аж до вечера, подкладывал понемногу, гонял огонь от вялого к бодрому и обратно, а заодно слушал кладку ладонью, где готово, а где еще парит. К сумеркам свод отдавал спокойным теплом, дым шел светлый, швы больше не курили. Живет горн, дальше проще, дождаться, пока просохнет до середины, а там можно и первую партию загружать.

— Лорд уезжает. — Кральд обнаружился за спиной, в трех шагах, и молча смотрел, как я вожусь у топки. Давно ли он там стоит, не скажу, двигаться без шума эти ваши практики умеют даже в латах.

— Попрощаться хочет лично? — возгордился я и наскоро обтер глину с пальцев. Приятно, когда про тебя помнят и при любой возможности хотят с тобой поговорить.

— Нет, это я тебе просто рассказал, что уезжает, — он повернулся к дороге, и тут же с той стороны раскатился топот.

С другой стороны деревни из ворот вытянулась вереница, гвардейцы попарно, в середине лорд на своем мясоеде, следом егеря налегке. Пронеслись, осела пыль, и стало тихо. Ну всё, уехал.

— Я завтра утром в Северан, — Кральд проводил их взглядом до поворота. — А вам тут не завидую, жопы гореть будут, сколько всего построить надо.

— Да это мы умеем, — усмехнулся я.

— Вижу. Тут даже без шуток, и добавить нечего, — серьезно кивнул он. — Я чего пришел-то…

— Попрощаться лично? Так я могу завтра утром проводить.

— Да чего мне эти прощания! — раздраженно махнул он рукой. — Мыло есть? Я купить могу, дочки требуют просто.

— Для дочек бесплатно, разумеется. А лет им сколько? Ты вроде не рассказывал.

— А какая тебе нахрен разница? — рыкнул он. — Сколько-то есть. Я мыла попросил. Если есть, буду благодарен. И куплю, не надо ничего дарить.

— Да есть, конечно, у старосты бери сколько душе угодно. Ценник, правда, кусается, от золотого до двух, если качественное нужно, — предупредил я. — Но подарить все равно могу, мне не сложно. А возраст я спрашивал не просто так, есть детское мыло, помягче, есть всякое.

— Смотри у меня, — пригрозил он пальцем. — Ну ладно, если по два золотых, то хорошо. Староста знает, у него тогда и возьму, понял…

Кральд развернулся уходить, но в этот момент я углядел меч у него на поясе. Ну а что, другого случая мне не выпадет, ночь он проведет над сборами, а с рассветом уедет, и свидимся мы неизвестно когда.

— Кральд! — окликнул я.

Он замер на полушаге, обернулся и посмотрел сперва не на меня, а на мужиков у угольной ямы, которые бросили работу и глазеют на нас, после чего вернулся вплотную и зашипел.

— Ты меня чего по имени называешь? Господин Кральд для тебя, понял?

— Так я же просто, чтоб буквы сэкономить. — пожал я плечами.

— При посторонних господин, иначе никак, — терпеливо пояснил он. — Я лорда тоже господином называю, это нормально. А один на один можешь хоть на «ты».

— А дебилом можно называть, если один на один? — на всякий случай уточнил я и сразу поднял руки. — Нет, не просто дебилом, конечно. Только если заслуженно.

Кральд закрыл глаза и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Получилось, судя по цвету шеи, раза с третьего.

— Говори уже, чего хотел.

— Меч, — не стал я ходить вокруг да около. — Я его в прошлый раз толком не досмотрел, а больно уж интересно. Руны все-таки, да и вообще.