Неукротимая - Гленнон Дойл Мелтон

с одной из руководительниц из Кремниевой долины, которая сыграла важную роль в создании и распространении мобильных телефонов. Я спросила у нее, сколько лет было ее детям, когда она купила им телефоны.

– Ой, вы знаете, у моих детей нет телефонов, – рассмеялась в ответ она.

– Ага, – кивнула я, – не подсаживаете детей на свой товар. Люди, создавшие телефоны – творческие и креативные умы, и они хотят, чтобы их дети тоже стали творческими людьми, а не просто потребителями. Чтобы они искали себя не где-то там, а в себе. Они знают, что телефоны создают зависимость от внешней среды, и что, не обратив взгляд в себя, мы никогда не станем теми, кем нам предназначено было стать.

Мы с Эбби и Крейгом часто говорили о том, что Чейз угасает, но ничего не предпринимали. В душе я понимала, что Чейз становится зависимым от телефона, что тот нарушает его покой и мешает развиваться. Но в то же время боялась, что, если заберу у него телефон, он превратится в аутсайдера. Ведь у всех его сверстников телефоны есть. Мне понадобилось еще два года, чтобы осознать – страх превратить своего ребенка в аутсайдера – ужасное оправдание не делать того, что родитель сделать должен, если речь идет о благе ребенка.

Как-то раз, когда Чейз только перешел в старший класс, я позвала его прогуляться со мной. Когда мы спустились по подъездной дорожке и вышли на тротуар, я повернулась к моему умному и красивому сыну и сказала:

– Как мама я совершала кучу ошибок. И лишь спустя какое-то время понимала, что это ошибки. И все же я никогда не принимала решение, зная наверняка, что оно причинит вред. До недавнего времени. Я понимаю, что совершаю ошибку, позволяя тебе пользоваться смартфоном. Понимаю, что, если заберу его, твоя жизнь снова станет наполненной. Ты не будешь из нее выпадать. Быть может, тебе будет сложнее поддерживать контакт со всеми сверстниками, зато ты сможешь чаще и лучше проводить время с друзьями. Снова начнешь читать и будешь жить здесь, в своей умной голове и своем прекрасном сердце вместо виртуальной реальности. И мы сможем проводить больше времени вместе.

Я знаю. Знаю, что должна это сделать, и все же не делаю. Потому что у всех твоих друзей есть телефоны, и я не хочу, чтобы ты чувствовал себя изгоем. Меня останавливает именно то, что «сейчас все сидят в телефонах». А потом я думаю, что с людьми всегда и во все времена так было: мы сначала делаем что-то, потому что все делают, а потом понимаем, что это было смертельно опасно. Вроде курения: пару десятилетий назад все курили.

Довольно долгое время Чейз молчал. Мы шли дальше. А потом он сказал:

– Недавно читал о том, что современные подростки чаще впадают в депрессию и страдают от стресса именно из-за телефонов. Там еще говорилось о том, что мы не умеем общаться друг с другом. И в последнее время я тоже иногда это замечаю. А еще я читал, что Эд Ширан[9] решил сознательно отказаться от телефона.

– Как ты думаешь, почему?

– Он сказал, что хочет сам создавать что-то вместо того, чтобы просто смотреть, что создали другие. И хочет наблюдать мир своими глазами, а не в экране телефона. Мне кажется, я тоже буду счастливее без телефона. Иногда я беру его и листаю ленту просто так, словно он меня контролирует. Словно я выполняю работу, которую не хотел и за которую мне не платят, что-то такое. Иногда это очень давит.

– Вот и договорились, – сказала я.

Чейз и Тиш оба решили отказаться от социальных сетей и использовать в телефонах только мессенджеры. Амме мы купим телефон, только когда она перейдет в старший класс. Мы не хотим навязывать ей ту «работу», о которой говорил Чейз, пока она еще так юна. Хотим оставить ей дар скуки, чтобы она смогла понять, кто она такая, прежде чем узнает, кем ее хочет видеть мир. Мы решили, что наша задача как родителей не в том, чтобы делать ее счастливой. А в том, чтобы поддерживать в ней человечность.

И это не история про телефоны. Это история про понимание.

Мужественные родители прислушиваются к своему Пониманию. Поступают так, как считают справедливым и добрым по отношению к своим детям, независимо от того, насколько это может пойти вразрез с культурными установками. И раз уж вы точно поняли и знаете, что действительно нужно детям, не прикидывайтесь потом, что не знали.

Мальчики

Я воспитываю своих дочерей феминистками еще с тех пор, как они были у меня в утробе. Я знала, что мир возьмется за них, как только они сделают первый вдох, а потому хотела, чтобы они были готовы. Готовы – значит, обладали внутренним представлением о том, что значит быть женщиной, и смогли поставить его в противовес тому, что попытается им втюхать мир. У меня в детстве альтернативного взгляда на вещи не было, так что, когда мир сказал мне, что настоящая женщина – маленькая, тихая, красивая, общительная и приятная, я поверила, что это так и есть. Я так долго дышала этой ложью, что в итоге отравилась и заболела. С детьми ведь как – либо взрослые учат их, как выбраться из клетки, либо внешний мир – как с ней смириться. Девочки, родившиеся в мизогинитском обществе, вырастают либо хитрыми, либо больными. Третьего не дано.

Я хотела, чтобы мои девочки помнили: они родились людьми, а значит, у них есть право людьми и оставаться – в полной мере. А значит, позволять себе быть разными: громкими, тихими, откровенными, умными, осторожными, импульсивными, творческими, счастливыми, большими, злыми, любознательными, голодными и амбициозными. На Земле есть место их чувствам, идеям и телам. Не нужно себя ограничивать. Не нужно скрывать какую-то часть себя. Никогда.

Это битва длиною в жизнь – между женщиной, которая хочет быть свободной и полноценной, и миром, который адски жаждет запереть ее в клетку. И потому я хотела дать моим девочкам все необходимое, чтобы они смогли отвоевать у мира свою полноценность. А единственное, что поможет им стряхнуть с себя вездесущую лапшу, которой их будет забрасывать мир – это правда.

Поэтому по вечерам я частенько надевала наушники на свой круглый живот и проигрывала им аудиокниги про смелых и сильных женщин. Когда они родились, я рассказывала им на ночь истории о женщинах, которые вырвались из разнообразных культурных клеток в свободную жизнь и получили возможность делиться с миром своими