Курс 1. Сентябрь - Гарри Фокс

Я же вышел неспешно, почти лениво, чувствуя себя странно отстранённым от этой суматохи. У меня в расписании красовалась та самая строчка с сердечком — целых тридцать минут ничегонеделания. Я прислонился к прохладной каменной стене коридора, наблюдая, как мимо проносятся озабоченные фигуры.

Обидно, что так и не смог сосредоточиться на паре, — пронеслось в голове. — Эта Ванесса, кажется, говорила действительно что-то важное про какие-то разрывы… Ну ничего страшного. Возьму потом конспект у Кати или Зигги…

Мысли прервались. Прямо за моей спиной, у самой двери аудитории, из которой я только что вышел, раздался голос. Нарочито-сладкий, с лёгкой насмешкой.

— Так и знала, что ты будешь меня ждать.

Я обернулся. И замер.

Передо мной стояла та самая девушка со серебряными волосами и алыми глазами. Она держала стопку учебников и тетрадей, но держала их не как обычно, а прижав к груди, создавая баррикаду из знаний и канцелярии. Этот жест одновременно и прикрывал её, и намеренно акцентировал внимание на том, что она пыталась скрыть. Её взгляд был тяжёлым, полным немого вызова и какого-то странного торжества.

— Ты не подумай, я тебя не выслеживал, — я выдал максимально невинную улыбку, отводя взгляд в сторону.

Она фыркнула, и в её алых глазах мелькнула искорка насмешки.

— Я не глупая, — парировала она.

— Меня Роберт зовут. А тебя?

— Лана, — ответила она, и её голос прозвучал как шелк. — Мне сейчас на пары нужно бежать. Запиши мой номер, потом созвонимся.

Прежде чем я успел что-то сказать, она закрыла дистанцию между нами, оказавшись так близко, что я почувствовал исходящее от неё тепло и лёгкий, пьянящий аромат жасмина. Я, ошеломлённый таким поворотом, на автомате достал коммуникатор и начал судорожно вбивать цифры, которые она неторопливо диктовал. Набрав номер, я нажал на вызов. Тихий виброзвонок отозвался из кармана её формы.

— После шести позвонишь? — спросила Лана, пристально глядя мне в глаза. Она не отступала, её присутствие было почти осязаемым.

— Да, конечно, — я пообещал, и мои слова прозвучали чуть хриплее, чем я планировал.

Уголки её губ дрогнули в лёгкой, многообещающей улыбке. Она развернулась и зашагала прочь, и тут моё внимание полностью переключилось на её уходящую фигуру.

Лана была поразительно миниатюрного роста, едва доходя мне до плеча, но природа с лихвой компенсировала это щедростью в других местах. Под облегающей формой академии скрывалась невероятно пышная, соблазнительная грудь и округлая, упругая попка, ритмично покачивающаяся при каждом шаге. Её юбка слегка закрутилась вокруг стройных ног, и на секунду я замер, заворожённый этим видом.

Хуя себе поворот, — пронеслось у меня в голове, когда она скрылась за поворотом. Я облокотился о прохладную стену, всё ещё сжимая в руке коммуникатор. — Я такого не ожидал. Совсем.

4 сентября 10:30 — 12:00

После перерыва, всё ещё находясь под впечатлением от встречи с Ланой, я отправился на инструктаж к профессору Ричу. Его кабинет находился в самом старом крыле академии, и воздух здесь пах пылью, старой бумагой и чем-то ещё — возможно, засохшими травами или слабым электрическим разрядом.

Профессор Рич оказался именно таким, каким его и представляли: возрастным мужчиной с седой головой и такой же аккуратно стриженной бородой. На носу уселись очки в толстой роговой оправе, которые он постоянно поправлял нервным движением руки. Он сидел за столом, заваленным свитками, и что-то яростно строчил пером, когда я вошёл.

— Фон Дарквуд, — буркнул он, не глядя на меня. — Опоздал на четыре минуты. В Питомнике опоздание на четыре минуты может стоить вам пальца. Или глаза. Или чего-то, чем вы, молодые люди, так дорожите. Садитесь.

Я поспешно опустился на стул напротив.

Профессор отложил перо, сложил руки и уставился на меня поверх очков. Его взгляд был острым и проницательным.

— Итак, мадам Вейн сообщила, что Вы наш новый… смотритель. — Он произнёс это слово с лёгкой усмешкой. — Ваша работа — приручение и кормление существ, содержащихся в нашем… зверинце. Не обольщайтесь словом «приручение». Мы не укрощаем котят. Большинство этих тварей считают Вас либо угрозой, либо обедом. Ваша задача — сделать так, чтобы они хотя бы на время кормёжки склонялись ко второму варианту, не переходя к первому.

Он достал из стопки бумаг один пожелтевший лист и протолкнул его через стол.

— Основные правила. Заучите. Как молитву.

1. Никакой внеплановой магии. Любое заклинание, даже защитное, может быть воспринято как вызов. Или как лакомство. Некоторые существа питаются чистой энергией. Ваш щит станет для них закуской, а Вы — основным блюдом.

2. Корм строго по расписанию и строго из положенной посуды. Не кормите с руки. Не поддавайтесь на «голодный» взгляд. Грифон может выглядеть как большой несчастный пёс, но он откусит Вам руку вместе с угощением, не моргнув глазом.

3. Следите за языком тела. Не смотрите прямо в глаза хищникам — это вызов. Не поворачивайтесь спиной к рептилоидам — это приглашение к атаке. Не улыбайтесь зеркальным призракам — они воспринимают это как оскал.

4. Если что-то пошло не так — кричите. Не геройствуйте. Не пытайтесь справиться сами. Кричите аварийные руны по периметру вольеров. Это спасло больше жизней, чем все защитные заклинания, вместе взятые.

Он перевёл на меня тяжёлый взгляд.

— Вам особенно стоит опасаться трёх обитателей. Во-первых, Сажак. Пернатый змей. Быстрее мысли. Любит блестящее. Ваши пуговицы, пряжка, коммуникатор — всё это может спровоцировать его на атаку. Яд парализует на шесть часов. Не смертельно, но крайне унизительно.

Во-вторых, Гномья бешенка. Не смотрите, что она маленькая и пушистая. Это сгусток ярости с когтями, способный вспороть сталь. Невероятно обидчива. Если она на Вас косо посмотрела — считайте, что Вы уже ранены.

И в-третьих, Теневой крадун. Его Вы, скорее всего, не увидите. Он будет сливаться с тенями. Крадёт не вещи, а воспоминания, тепло, эмоции. После контакта с ним Вы неделю будете чувствовать себя пустой скорлупой. Не подпускайте его близко.

Профессор откинулся на спинку стула.

— Ваша сила, как мне сообщили, необычна. Возможно, это даст Вам преимущество. Возможно, сделает Вас ещё более привлекательной мишенью. Не рискуйте понапрасну. Ваша жизнь стоит дороже, чем аппетит какого-нибудь прожорливого зубастика. Вопросы есть?

Я молча покачал головой, глотая слюну. Листок с правилами в моей руке вдруг показался невероятно тяжёлым.

— Отлично. — Профессор снова надел