Полковник Романов - Игорь Сергеевич Градов

Гарнизон города не знает, то крепость уже захвачена нами, значит, есть шанс с ходу взять его. Поэтому уже на следующее утро он приказал своим танкистам готовиться к новому походу. Отдохнем, ребята, потом, позже, когда кончится война. И когда мы победим…

Рано утром его батальон двинулся к перевалу. «Добрыни», в принципе, шли без проблем — уверено взбирались наверх по каменисто горной дороге, «Ратники» тоже шли достаточно резво, а вот с артиллерией вышла досадная заминка: пушки у капитана Ковальчука были в основном на конной тяге (экономили бензин), а лошади не всегда справлялись с крутыми подъемами. Людям часто приходилось помогать им — вручную толкать тяжелые «трехдюймовки» в гору. Это сильно замеляло движение батальона и тормозило наступление.

Через час таких мучения Дима понял, что они доберутся до Шухэ только к позднему вечеру, и решил идти в город без артиллерии — потом нас догонят. Надо действовать быстро, пока японцы думают, будто бы мы по-прежнему топчемся где-то у подножия горы. Пересел в пушечный «Ратник-3», взял с собой еще два бронемобиля, сотню казаков и, как всегда, первым понесся к Шухэ. Сделаем японцам сюрприз, свалимся на них, как снег на голову!

Задумка полностью удалась: когда русские машины на полной скорости ворвались в город, никто из жителей даже не повернулся в их сторону: все подумали, что это еще один японский отряд, присланный для усиления гарнизона. Ни один житель не испугался, не побежал с истошным криком «Русские, русские идут!», все смотрели на бронемобили и кавалеристов безучастно, без всяких эмоций, как бы говоря: это не наша война, мы вообще сражаться ни с кем не собираемся. Вот торговать — это да, это сколько угодно, с большим нашим удовольствием, но воевать…

Точно также (равнодушно, без всякого интереса) отреагировали на их появление и часовые при штабе гарнизона — они стояли у дверей двухэтажного каменного дома на главной площади. Солдаты даже свои винтовки не подняли — продолжали спокойно стоять на посту. Дима вылез из броневика и сердито пробурчал: «Разбаловались вы тут, никакой дисциплины! Ну, ничего, сейчас вы у меня забегаете!» И через переводчика Доржу (его тоже прихватили с собой) приказал часовым:

— Немедленно вызовите ко мне начальника гарнизона!

Один солдат, не торопясь, пошел внутрь здания, а второй так и остался неподвижно стоять у дверей (правда, с некоторым удивление и непониманием взирая на бородатых «косакку», заполнивших площадь, и бронемобили с российским знаками на боку). Через несколько минут из штаба вышел низенький, толстенький подполковник, он слегка пошатывался…

Дима невольно поморщился: позорище — нажрался уже с самого утра! Тем не менее, козырнул японцу по всей форме и представился: командир первого танкового батальона ротмистр Дмитрий Романов. И потребовал, чтобы подполковник приказал своим людям сложить оружие. Японец пробормотал что-то невнятное в ответ (надо полагать, тоже назвал себя и свою должность) и сбивчиво стал объяснять, что у него нет на это необходимых полномочий, что ему нужно связаться с начальником штаба 4-й пехотной армии в Догулине и получить соответствующее распоряжение… Похоже, он так и не понял, что произошло — что город уже захвачен русскими войсками.

Глава 32

Глава тридцать вторая

Нодзу Киси пьяно икнул и предложил Диме пройти в здание и выпить с ним пару-тройку чашек сакэ — так сказать, за знакомство. Романова это просто взбесило, и он стал натуральным образом орать на нерадивого подполковника, густо пересыпая свою речь известными русскими выражениями: «Это что за цирк такой, тра-та-та, я вас спрашиваю? Вы офицер, мать вашу, или где? А ну-ка, так вас и разэтак, приведите себя в порядок и доложите по всей форме! Мы тут что, в бирюльки, кудыть вас раскудыть, играем? Немедленно отдайте солдатам приказ сложить оружие! Это ваша, едрёна матрена, прямая обязанность! И не забудьте, господин подполковник, едрить вас за ногу, вручить мне ваш самурайский меч — в знак полной и безоговорочной капитуляции! Иначе я вам такую кузькину мать устрою, тра-та-та, что до конца жизни икать будете! Кривым коромыслом вас, тра-та-та, по пустой башке!»

Доржу сначала несколько растерялся от такого бурного потока ненормативной русской лексики, но затем стал кое-как переводить, стараясь сохранять грозную Димину интонацию — чтобы выглядело как можно убедительней. Правда, на словах с коромыслом он споткнулся — не знал, как правильно передать эту идиому (никогда в жизни русское коромысло не видел). Однако выкрутился — просто еще раз прорычал что-то грозное и устрашающее по-японски.

Подполковник нервно икнул, мутным взором медленно обвел площадь, заметил, наконец, конных бородатых «косакку» и российские бронемобили, мгновенно протрезвел, развернулся на каблуках и со всех ног кинулся обратно в штаб. И заорал что-то своим солдатам. Часовые, громко топая ботинками, понеслись следом за ним.

— Отдает приказ готовиться к обороне, — тут же перевел Доржу.

— Я ему сейчас покажу — оборону! — зло прошипел Дима. — Алкаш, только офицерское звание позорит!

И приказал наводчику пушечного «Рантника»:

— Дай-ка, Тобольцев, пару раз по дверям!

Орудие дважды коротко, резко рявкнуло, и 45-мм снаряды полностью разнесли вход в японский штаб. Когда дым и пыль, наконец, рассеялись, на пороге снова появился подполковник. Но на сей раз он твердо и уверенно держался на ногах. Хорошим строевым шагом подошел к Романову, остановился, низко поклонился и вручил свой меч.

Доржу перевел слова Нодзу Киси:

— Прошу господина ротмистра Романова принять капитуляцию моего гарнизона!

— Вот так-то лучше, — буркнул Дима и приказал казакам, чтобы занимали штаб — сейчас будем брать пленных и оружие. А потом велел подполковнику отправить кого-нибудь в маньчжурский батальон — чтобы тоже готовился к сдаче. Надо, чтобы всё прошло быстро и без всяких неожиданностей, нам сюрпризы совершенно ни к чему

Подполковник Нодзу усиленно закивал, выражая свою полную готовность к сотрудничеству, и последовал за Димой в здание штаба — сдавать оружие, боеприпасы и документы. Город Шухэ был взят российскими войсками всего за полчаса — без боя и без потерь. 'Вот и дальше бы так! — весело подумал Дима.

Местные жители сначала никак не отреагировали на смену власти — подумаешь, вместо одних солдат теперь будут другие, однако потом оживились, когда русские стали покупать у них свежие продукты (хотелось какого-то разнообразия в еде). Это сильно обрадовало мелких лавочников — раньше японцы у них товары просто-напросто отбирали или же платили сущие копейки. А вот ресторан, казино и «чайный домик» Романов приказал временно закрыть — чтобы у его подчиненных