Усилитель 7. Тройка, семёрка, туз - Алексей Урусов

минимум десять лет делалось. Мы еще Софию брали, а в порты Болгарии пришвартовались первые балкеры с зерном. То есть, они из наших портов вышли до того, как мы атаку начали. А чтобы в России запас зерна был на прокорм Болгарии и Румынии, два года сокращали продажи урожая, и параллельно строили хранилища. А поля под этот будущий хлеб начали расширять пять лет назад. Но ведь одновременно и армию готовили, и запасы боеприпасов, будущих переводчиков в вузы набирали — в каждой роте был. И таких мер по подготовке к войне — не одна сотня. Сейчас крестьянам в Болгарии и Румынии раздают коров, а селяне обязуются сдавать их молоко. И этих коров тоже не один год растили. А крестьянам, что на полях работают — удобрения доставили. И те же нефть и газ поступают без задержек.

— Кстати, прикиньте. Знаете, каким был первый приказ русских оккупационных властей в Болгарии? — Юлиан Николаевич загадочно улыбается. — Вот ни в жизни не догадаетесь: приказ, разрешающий выращивать ориентальный табак. Это такой особенный табак, более душистый, чем обычные. Я тоже охренел, когда узнал про такой приказ. А оказалось — европейцы им этот табак выращивать запретили. И двести тысяч человек в бедных горных районах остались без работы. А мы разрешили. И теперь эти крестьяне на нашего императора молятся. А чтобы спрос был на этот табак, на наших фабриках несколько лет назад разработали марки сигарет с включением в смеси такого табака. Ну и для кальянов и другой продукции. По Румынии не скажу, не в теме, но мы их корабелам заказали шесть паромов.

* * *

И ещё одно приятное событие произошло в тот же вечер — до меня дозвонился Лёня Курочкин. Переключив смарт на видео, он поставил его на стол и я увидел не меньше десятка морпехов — ветеранов нашей роты… Узнаваемые всё лица. Пока мы здоровались и Спартанец объяснял, что раньше связи не было — на время операции смартфоны у них изъяли, я бешено елозя пальцем по экрану телефона, создаю чат и вывожу на связь Композитора и других наших сослуживцев, как и я, уволившихся из армии.

На наш общий вопрос: как всё прошло, Леонид отвечает: — Главное, никого из пацанов не потеряли. Было трое раненых, но все лёгкие. Уже через три дня прыгали…

Глава 13

Москва. Кремль.

Закончив разговор с генералом Гефтом, наследник престола Владимир Николаевич Романов минут пять задумчиво сидел в кресле, немного постучал карандашом, вертикально зажатым пальцами, по столу, затем позвонил отцу и захватив с собой заметки, которые делал по ходу беседы с Николаем Артуровичем — не только генералом, но и сватом, направился к императору.

Сев, как и всегда, рядом и сбоку, за приставным столиком, наследник загадочно улыбнулся: — Как и планировалось, переговорил с Гефтом по вопросам магии в «Генезисе», специально беседу назначил на воскресенье, чтобы не отрывать Николая Артуровича от учебного процесса и управления. Я под впечатлением: Гефт сообщил, что заключение об уровне магии артистов магического театра Андрей может сделать самостоятельно, так как он, — наследник престола поднял указательный палец, — главный конструктор магических устройств в академии и главный теоретик магической силы.

Император удивлённо откинулся в кресле.

— Вот! — улыбнулся Владимир Николаевич, — у меня была такая же реакция. А Николай Артурович сказал, что был уверен, что мы знаем о способностях Первозванова, так как разрешили ему, обычному простолюдину, так плотно общаться с императорской семьёй. Сам он нам ничего сказать о Первозванове не мог, так как ещё во Владимире дал Андрею слово дворянина сохранить его тайну. Сейчас же, вернувшись из армии, Андрей решил, что он уже взрослый и сможет, в случае чего, постоять за себя и его уникальные способности можно больше не скрывать.

Николай Петрович встал, задумчиво постоял у окна, повернулся к сыну: — В словах Гефта логика есть: в самом деле впервые простолюдин был не просто удостоен внимания императорской семьи, а имел постоянные контакты со вторым в очереди на престол, а также с принцессами Верой и Надеждой. А сейчас он реально за себя повоевать может: и сам он сила реальная, так как в армии за милую душу выкашивал вражеских снайперов и в боях отличился. Да и в «Галактике» у него служба безопасности уже солидная. Хотя, захотят пристрелить — что тебя, что меня: не убережёшься; было такое в нашем роду, теряли мы… Что ещё Гефт рассказал?

Наследник заглянул в заметки: — Что Андрей, хотя и не инициировался, «видит» магическую силу и имеет какой-то непонятный «дар», который использует для лечения. И что шарики, куда он с помощью «дара» научился «упаковывать» магическую силу, он первоначально и применял для лечения, с их помощью восстанавливая магический потенциал, а через него влиял и на весь организм. А после шариков придумал магические гранаты и мины, а некоторое время спустя — ещё и ошейники-блокираторы.

— Интересно ещё вот что, — продолжил Владимир Николаевич, — теоретические рассуждения, построенные на том, что Андрей «видит», получили подтверждение в процессе занятий в академии и позволили добиться хороших результатов в подготовке, и эта теория лежит в основе устройства всех магоизделий разработки Андрея. Николай Артурович сообщил, что в академии готовится к изданию учебная брошюра на основе рассказов Андрея «Современная теория магической силы». Она же, но уже под грифом «Для служебного пользования» будет издана как книга. А в секретном варианте — в пяти экземплярах Артур Гефт пишет от руки.

Николай Петрович вновь задумался: — Помнишь, мы с тобой разговаривали: Андрей, после того, как он выжил после ритуала «Усиления», должен был получить какие-то «дары». Может быть — это как раз то? И то, что он магию «видит», и лечить шариками может, и продолжает усиливать магию у Александра и тех, кто ему близок — может быть разными дарами или просто единым комплексом. Хотя нигде не упоминается, что происходит с выжившим «Усилителем»; ни слова не написано, кроме того, что он получает «дары». Надо разбираться, и причём подробно, что к чему, — рассуждал Николай Петрович.

Император помолчал и продолжил: — А Сашка где сейчас? У нас же обед приближается? До него ещё час, а после обеда церемония временной присяги для болгарских и румынских офицеров; давай сейчас пригласим Александра и о новой информации об Андрее с ним поговорим.

* * *

Выслушав зачитанное отцом краткое изложение беседы между ним и генералом Гефтом, цесаревич согласно кивнул: — Понятно.

Монарх с недоумением спросил у Саши: — Ты что-то можешь сказать по этому поводу?

Цесаревич пожал плечами: