Усилитель 6. Теперь ты в армии - Алексей Урусов

до нас добраться. Значит, ещё одно нападение точно будет — иначе мы за ночь минные поля восстановим. Но на ближних подступах им для прокладки проходов в минных полях придётся технику подтягивать, вот тут мы повеселимся. Я ещё у летунов заказал беспилотные самолёты, они тоже нам подсобят чутка.

Командир взвода обычно находится на левом фланге, как самом опасном, а моя позиция на противоположной стороне опорника и команды он выдаёт и выслушивает доклады по обычному телефону. Ну и во время боя старается оказываться в нужных местах.

То, что накат будет серьёзным, мы поняли сразу же, как выбрались из укрытий: сквозь не частый вой снарядов и мин отчетливо был слышен рокот бронированной техники: развернувшись дугой, на максимальной скорости, непрерывно стреляя из спаренных пулемётов, шесть бронетранспортёров устремились к нашим позициям. Между ними перебирали гусеницами какие-то непонятные машины поменьше.

Стоящий рядом со мной в траншее Рази Назимов «Поэт», негромко прошептал: — Мелкие — это системы разминирования. Проходы будут делать, у них длина заряда всего сто метров, зато широкий проход делают; но им нужно подъезжать близко, вот и прикрываются бронетранспортёрами. Но всё равно совсем близко к траншее им не подобраться, мы не дадим…

Поэту можно доверять — он один из самых опытных морпехов взвода и на этом опорнике уже несколько раз был. По команде взводного открываем огонь, а дроноводы запускают сразу несколько квадрокоптеров. Дронам пробиться сквозь решётки, которыми обшита броня атакующей техники, сложно; пока поляки отбиваются от квадриков и нашей стрельбы, в борт одного из транспортёров прилетает переносная ракета, ловко выпущенная с левого фланга, где находится Ходырев; уж не сам ли Танкист её и запустил?

Одна из «мелких» машин попадает на фугас и легко подпрыгнув, загорается. По самому близкому бронетранспортёру несколько раз прилетает из гранатомётов, и он тоже вспыхивает. Наши большие беспилотники, видимо, кружившие где-то в ожидании целей, тоже бросаются в атаку: один из них таранит бронетранспортёр, второй — машину разминирования. Ещё два наших беспилотных самолёта противнику удалось сбить. Бронетранспортёры с системами разминирования всё-таки дошли до нужной точки, дали залп, выпустив в воздух длинный шланг, который, упав на землю, взорвался. Машины разминирования тут же ретируются в тыл, а бронетранспортёры сдают назад, но маневрируют, дожидаясь пехоту.

В магическом зрении вижу, что пехота и впрямь подтягивается, просачиваясь в нашу сторону поодиночке или небольшими группками. Но основное действо у противника происходит подальше, у остатков небольшого хутора, почти скрытого он нас пологим повышением: там поляки кучкуются, будто муравьи; туда они переместили штаб, и как цель эта толчея выглядят очень заманчиво.

Коротко бросаю: — Поэт, остаёшься за меня, я на правый фланг, к Танкисту.

Тот понятливо кивает…

Метров через двести нахожу в траншее взводного, руководящего миномётным расчётом. Докладываю: — Поляки все от хутора движутся, там у них штаб и накопление сил…

— Да знаю я, — отзывается Ходырев. — Но наши миномёты туда не добивают, квадрики запускали, но их сбивают на подлёте. Я заказал в объединённый штаб, чтобы туда отбомбились или дальней артиллерией накрыли, но это минут тридцать, а за это время много что успеет произойти.

Да, попадос…

Предлагаю: — Если переместиться на нижнюю часть склона холма нашего соседа слева, то из снайперки реально достать, а там вкусных целей — объесться можно…

— Опасно. Да и далековато, — сомневается взводный, но тем не менее, достаёт курвиметр и проводит им по карте.

— У меня же «Тень», чекавинская винтовка, она на два с половиной километра бьёт не напрягаясь, — выкладываю перед командиром главный козырь.

— Точно! Всё время забываю, что ты у меня уникум и винтовка у тебя уникальная. Ну-ка, покажи маршрут, по которому будешь выдвигаться.

* * *

Это был эпичный забег. Но впервые за два месяца, не имея бревна в руках, бежать было легко и приятно — винтовка и небольшой рюкзак не особенно отягощали. Вначале по траншеям ухожу в тыл нашей позиции, ещё некоторое время бегу на восток, потом начинаю по длинной дуге забирать в сторону соседей.

Ходырев пообещал их предупредить, так что за стрельбу с флангов и с тыла можно не опасаться. Спустившись в распадок между холмами, дальше двигаюсь на запад по небольшому, поросшему кустами, овражку. Когда он почти исчезает, пригибаюсь, и прикрываясь кустами и камнями, двигаюсь в нужном направлении. Беспилотников поблизости нет — в последнее время я всё чувствительнее воспринимаю «тонкую энергию» и большой квадрокоптер замечаю за пару километров, маленькие ближе, но и их здесь нет… В самом низу подножия холма присматриваю подходящее место для позиции, втискиваюсь между продолговатым и овальным камнями, перекладываю несколько мелких камней вперёд, чтобы создать бруствер. Раскрываю маскировочный зонтик и набрасываю его на себя, готовлю винтовку к бою, приговариваю: — Роза, помочь надо пацанам.

Осматриваю поле боя, точнее — склон, по которому нас атакуют польские солдаты. Выбираю подходящую цель: вон, однозначно, офицер позади солдат — перебежал за камень и оттуда командует. Выстрел — и офицер заваливается на бок. К нему подбегают два солдата и тянут вначале в небольшую воронку, а потом приступают к эвакуации в тыл. Что ж, один раненый. Но из атаки выпало трое. Наблюдаю дальше, скользя оптикой вверх и вниз. Поляки пытаются собрать и установить миномёт, прикрываясь подбитым бронетранспортёром; делаю ещё два выстрела и прислуга или выведена из строя или укрылась. Оптика находит ещё одного офицера — и его тоже настигает пуля. С ним вообще очень хорошо получилось — после того, как он упал, солдаты, которых больше никто не подгонял в бой, начали пятиться и потихоньку ползти назад. Пулями доказываю двум «упоротым», продолжающим ползти к нашим позициям, что они не правы. Думаю, нашему взводу отбиваться стало попроще — проседает атака у «жолнежей». Пора пройтись по тылам. Начинаю сдвигать винтовку вниз и останавливаюсь — в кустах на «нашем» склоне в магическом зрении вижу человека. Он реально в середине куста и обычным взглядом его не обнаружить. Наверняка это польский снайпер лежит и пытается кого-то выцелить на опорнике. Меняю патроны на разрывные, чтобы и через ветки его достать, как можно быстрее прицеливаюсь и трижды стреляю. «Свечение» от снайпера в энергетическом зрении гаснет. Уничтожаю ещё две «интересных» цели. На всякий случай просматриваю снова поле боя… Пока терпимо, пятится шляхта. Перевожу винтовку на дальний район, где штаб и вся «движуха», проверяю оптикой дальние подступы и замираю от удивления: под маскировочной сетью стоит автомобиль-заправщик и около него суетится несколько человек. Они что, ещё одну атаку готовят и дозаправляют бронетранспортёры?

Меняю магазин в винтовке, прицеливаюсь и стреляю: пуля бронебойно-зажигательная,