Усилитель 6. Теперь ты в армии - Алексей Урусов

но загорелся заправщик только с третьего выстрела. Для надёжности стреляю в него ещё два раза, вижу, что чёрный дым устойчиво валит вверх. Снова перекидываю магазин, выбираю цель и нажимаю на спуск.

Поначалу в тыловом районе у поляков возникла небольшая паника, но надо отдать им должное — попрятались они быстро. А через некоторое время сообразили, с какой стороны ведётся стрельба и открыли ответную из миномётов, но целились они значительно выше, ближе к опорнику, который был у меня в тылу; хотя разлёт был большим и пара мин взорвалась неподалеку от меня.

Я периодически постреливал. Услышав непривычный свист, втянул голову в плечи — но просвистев высоко надо мной, бомба жахнула в том же районе, где у поляков поднимался столб дыма от подожженной мной бензовозки. А следом поблизости легло ещё два ФАБа. Похоже, польским воякам теперь не до атаки.

* * *

Подходя к опорнику, издалека увидел Ходырева: он стоял на бруствере и рассылал матросов по разным направлениям, видимо, старясь, пока не стемнеет, максимально восстановить заграждения перед опорником.

И точно, слышу его голос: — Задраить минами все проходы и только после этого устанавливаем колючку и путанку!

Вот же: «задраить».

Увидев меня, взводный лыбится: — Спасибо, здорово помог!

Улыбаюсь в ответ: — Обращайтесь, товарищ младший лейтенант. Это моя работа.

Он снова смеётся: — Они так и не поняли, откуда ты стрелял. Можно будет по тому склону оборудовать несколько позиций, в том числе ложных.

Скосив взгляд на мою ногу, спрашивает: — Что у тебя? Ранение?

Машу рукой: — Царапина, мелочь, даже не заметил, что получил, а когда возвращался, обратил внимание, обработал из пакета.

— Всё равно у медиков засвидетельствоваться надо, — немного скисает взводный. — Вот что: отвезёшь раненых. Их у нас трое, один средней тяжести, и сам заодно покажешься. Но только быстро: одно колесо там, — другое здесь. Обратной ходкой привезёшь боекомплект, я заявку в штаб объединённой базы кинул. Там мин дадут побольше — сейчас нам есть, чем перекрыться, но запас нужно пополнить. Аааа… я ещё дистанционное минирование заказал.

Москва. Кремль.

Распахнулись высокие двухстворчатые двери зала. Артур и Надежда вошли, улыбаясь и раскланиваясь направились к подиуму, на котором размещался оркестр. По юной аристократии пополз шепоток: Артур Гефт был одет в белый военный китель незнакомого покроя и тёмно-синие брюки; благо, специалистов по военной форме в этом в зале полно: чуть не через одного собравшиеся юноши были курсантами или молодыми офицерами и в теме разбирались. И шеврон на его рукаве был ни на что непохожим: круг, поделённый дугами на четыре части, каждая окрашенная в свой цвет: сине-голубой, белый, оранжево-красный, зелёный. А ещё аристократию взволновал боевой орден на его груди — Владимира четвёртой степени, легко узнаваемый даже издалека по яркой красно-чёрной колодке.

— Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем! — скандировала молодёжь, образовавшая широкий коридор, по которому по залу двигались Артур и Надежда. Артур слегка сжал в своей ладони тонкие пальцы принцессы, поддерживая её и подавая сигнал: я рядом! Дойдя до микрофонов, они остановились под люстрой, ярко сиявшей в высоте, и от каждого движения колье и диадема, надетые Надеждой вспыхивали и искрились маленькими бриллиантовыми звёздочками. Артур заговорил: — Спасибо всем, кто нашёл возможность прийти сюда в один из самых счастливых дней в нашей жизни.

Надежда и Артур делают несколько шагов вперёд, расходятся на небольшую дистанцию, и как только они замирают, оркестр берёт первые ноты вальса. Музыка идеальна для «разгона»: композиция началась с резкого удара большого барабана и мягкого, но ритмичного рокота малых барабанов, и кажется: вот прямо сейчас по паркету зала браво промарширует рота солдат *. И в такт мелодии Артур твёрдой походкой направляется к Надежде, и как только в следующем такте в вальс вплетаются саксофоны, виолончели и скрипки, и мелодия приобретает чувственность и нежность, Гефт легко подхватывает Надежду и вместе они начинают скользить по паркету зала. Пройдя в танце круг по залу, кружащаяся пара оказываются в центре, Артур становится на колено; подключившиеся к вальсу флейты и трубы придают мелодии праздничность; и под эту музыку, напоминающую щебет стаи птиц, невеста кружится вокруг жениха. Артур поднимается, вновь уверенно ведёт партнёршу в танце, а в вальсе в это время попеременно солируют разные инструменты, демонстрируя свой «характер», и их светлые и тёмные, радостные и тревожные тона прорываются сквозь друг друга, создавая неповторимую композицию соревнования звучаний, а затем они, послушные взмаху руки дирижёра, сливаются в единый мощный звукоряд, наполняя зал торжественностью.

В отличие от предыдущих дней, когда Артур и Надежда тренировались в танцах под музыку из колонок, сегодня вальс исполнял оркестр из суворовцев музыкального училища и студенток консерватории, и живая музыка витала по всему залу, наполняя его захватывающей мелодией и проникая в каждую клеточку организма и заставляя сердце трепетать в том ритме, который задавал вальс.

Вот снова ударные начинают вбивать в мелодию чёткий ритм и Артур изумился: уже больше половины танца прошло! Как быстро! Сейчас же третья часть начнётся…

Да, это он! Апофеоз «Русского вальса»: соло тромбона! Невысокий полноватый суворовец с забавным носом-кнопкой, сидевший у самого верха оркестра, возле барабанов, встал, приложил к губам тромбон и закрыл глаза… Торжественная и грустная, глубокая и необъятная, как сама Россия, музыка вальса с этим соло снова наполнилась чётким ритмом; в него постепенно вплетаются ударные и трубы, флейты и саксофоны, не заглушая, а поддерживая тромбон и наполняя его тревожную музыку оптимизмом и живительными нотами, проникая сквозь напряжение медных духовых инструментов нежностью и страстью саксофона, и как бы говоря: пока мы есть — ничего не потеряно. И пусть потом будет всё, что угодно — мы выстоим и всё преодолеем. Но эти три минуты вальса, что струятся сейчас вокруг, наполняя счастьем, не забудутся никогда.

Музыка замедляется, она становится торжественней, переплетая мелодии всех инструментов и сплавляя их воедино, находя правильное место для каждой ноты. Артур уверенно кружит Надежду по залу, полуулыбка застыла на её губах, но глаза горят неподдельным восторгом и счастьем…

Завершив танец, к собравшимся обратилась Надежда: — Товарищи, господа! Присоединяйтесь к танцам. Угощайтесь и веселитесь. А через два месяца мы будем рады увидеть вас всех на нашей свадьбе.

Снова полилась музыка и пары устремились на пол. Взяв бокалы с шампанским, Артур и Надежда отправились в проходку по залу…

Почти через час непрерывных танцев, музыка стихла и к микрофону подошёл цесаревич: — Я предлагаю сделать небольшой перерыв для отдыха и пройти в соседний зал.

Когда гости перешли, Александр Владимирович встал у высокого подиума в центре зала: — Год назад многие из нас смогли насладиться необычным