Маньчжурский гамбит. Книга седьмая - Павел Барчук

За спиной раздался тяжкий вздох. Потом кряхтение. Потом снова вздох.

Тимофей заглянул мне через плечо, изучил цифру, покачал головой и произнёс с искренним, глубоким состраданием:

— Селиванов не переживёт, Павел Саныч. Как есть не переживёт. Помрёт прямо на месте, как только увидит.

— Переживёт, — буркнул я. — Поохает, поахает, поцокает языком да запишет в убытки. Любезный, — посмотрел на управляющего, — деньги вам привезёт мой человек сегодня к вечеру. Как понимаете, такой суммы при себе не имею.

— Конечно, конечно, — снова закивал управляющий. — Как скажете, ваше сиятельство. Вы человек порядочный, в вашем слове нет ни малейшего сомнения.

Мы с Тимохой посмотрели друг на друга, потом на медведя. Потом, не прощаясь, вышли на улицу. После гостиничного тепла ледяной воздух стал самым настоящим облегчением. Даже голове полегчало.

У крыльца ждал Еремей. Маруся косилась на меня с тем же осуждением, что и вся гостиничная прислуга. Видать, тоже была свидетелем моих подвигов и составила о князе Арсеньеве соответствующее мнение.

— На лесопилку, — велел я, забираясь в пролётку. — И побыстрее.

Мне предстоит разговор. Серьёзный. С одной китайской дрянью, которая думает, что мной можно вот так манипулировать и пользоваться.

Ничего. Ничего… Сейчас девчонка искренне считает, что всё у неё срослось. Наивная. Она ещё не понимает, что обыграла саму себя.

Глава 15

До лесопилки домчали с ветерком. То ли Еремей так проникся моим состоянием, то ли Маруся торопилась поскорее сдать беспутного князя с рук на руки и забыть сегодняшнюю ночь как страшный сон. Так понимаю, кобыле от меня тоже досталось.

Пока ехали, стало немного легче. Голова ещё гудела, но уже не так, чтоб хотелось сдохнуть. К моменту, когда пролётка вкатилась в ворота, я почти чувствовал себя человеком. Ну, наполовину.

На лесопилке уже вовсю кипела жизнь, а соответственно, многие находились во дворе. Народ при виде меня оборачивался, но как-то украдкой, отводя глаза. Стало быть, о моих приключениях общинникам известно. Оно и понятно. Еремей ведь Манью привёз утром, одну, помятую, а такие новости расходятся быстрее пожара.

Ладно. С этим разберёмся позже. Сейчас у меня было дело поважнее.

Первым делом, как только выбрался из пролётки, велел Тимохе найти Селиванова и морально подготовить управляющего к той сумме, которую сегодня надо отвезти в «Модерн». Потом отправился на поиски Манью.

Девчонка нашлась там же, где и всегда, — в мастерской Шэня. Она уже переоделась в свою рабочую форму и, что особенно бесило, действительно выглядела отвратительно бодро. Стояла возле столика, что-то толкла в ступке.

Шэнь в мастерской отсутствовал. Видимо, знал, что грядёт буря, а потому от греха подальше смылся по каким-нибудь «особо важным» делам.

— Доброе утро, князь, — не отрываясь от процесса, произнесла Манью. — Хотя, судя по вашему виду, добрым его вряд ли можно назвать.

Девчонка наяривала пестиком с таким энтузиазмом, что от его стука о чашу в башке моментально снова загудело.

Я привалился к стене плечом, пару секунд молча наблюдал за стервой, потом всё же ответил.

— Утро и правда недоброе. С пустого места сразу нарисовалось несколько проблем, на которые совсем не рассчитывал. А ты, смотрю, хорошо выглядишь. Свежо. Не то что некоторые.

— Стараюсь. — Манью подняла на меня взгляд. В глазах у неё плясали такие черти, что сразу стало ясно — собой девчонка довольна донельзя. — А вы, наверное, притомились на приёме. Бывает. Не всякий выдержит столько веселья.

— Не всякий, — согласился я. — Особенно если этому организму весь вечер услужливо подсовывают бокал за бокалом.

Манью улыбнулась. Открыто, нагло, без всякого притворства. Спектакль «я у Шэня дурочка» закончился. Теперь она смотрела на меня уже не как восторженная барышня, а как игрок, который выложил на стол победную комбинацию.

— Значит, догадались, — не столько спросила, сколько констатировала она.

— Догадался. Не сразу, врать не буду. Сложил два и два только утром, буквально около часа назад. Когда проснулся в гостинице и узнал, что ты, оказывается, провела эту ночь в моей компании.

— И что же у вас сложилось, князь?

Она отложила пестик, вытерла руки о фартук. Приготовилась слушать. С таким видом, будто это я сейчас буду перед ней отчитываться, а не наоборот.

Ну-ну.

— Всё сложилось, — сказал я спокойно. — Ты специально меня спаивала. Чтобы я, добрый молодец, сам, по своей воле, увёз тебя в гостиницу на глазах у всего Харбина. Ловко. Не отнять. Нужны подробности?

— Продолжайте. — Она склонила голову набок. — У вас неплохо получается.

— А продолжение простое. Теперь весь город знает, что незамужняя барышня провела ночь в «Модерне» с мужчиной. Позор. Клеймо. После такого ни один уважающий себя китайский сановник тебя в жёны не возьмёт. И губернатор Бао Гуйцин в том числе.

Манью молчала. Смотрела на меня и улыбалась. В этой улыбке читалось торжество чистой воды.

— Всё верно, князь, — сказала она наконец. — Всё до последнего слова. Я не хотела за него замуж. Я вообще, знаете, замуж не хочу. А вы… простите, но вы оказались самым удобным инструментом. За что, кстати, отдельное спасибо.

— Не за что, — кивнул я. — Всегда рад помочь даме. Вот только, Манью, есть в твоём гениальном плане один маленький изъян. Крохотный. Ты его пока не заметила, а зря.

Улыбка на её лице чуть дрогнула. Совсем чуть-чуть.

— Какой же? — насмешливо поинтересовалась девица. Она ещё не понимала, в какую ловушку сама себя загнала.

Я оттолкнулся от косяка, шагнул к китаянке, посмотрел ей прямо в глаза.

— Ты очень старалась опозориться, чтобы губернатор на тебе не женился. У тебя получилось. Думаю, Бао уже в курсе и прекрасно понимает, что опозоренная девица ему не по чину. Кстати, для меня такой поворот создаёт ряд проблем. Мне только недавно удалось наладить с губернатором почти приятельские взаимоотношения, но теперь, благодаря тебе, все усилия полетели к чёрту. Однако…

Я выдержал паузу, улыбнулся.

— Во всей этой ситуации есть один несомненный плюс.

— Какой же? — взгляд девчонки стал настороженным.

— Видишь ли, дорогая, — я улыбнулся ей так же нагло, как минуту назад улыбалась она, — жениться на тебе губернатор не может. Это действительно так. А я — могу. Так что будь добра, сообщи Шэню, что в ближайшее время свадьба всё-таки состоится. Твоя. Со мной.

Я подмигнул девчонке, крутанулся на месте и собрался выйти из мастерской. Не успел сделать пары шагов, как меня очень крепко ухватили за рукав.

— Какая свадьба, князь? О чём вы? Я не хочу!

Девчонка выглядела, мягко говоря, ошарашенной.

— Ну милая моя, — я выдернул руку из её хватки, пожал плечами.